Палач в белом

Серегин Михаил Георгиевич

К сожалению, с финансами было туго. Фирма оставила пока Четыкина в покое, до выяснения обстоятельств, связанных с Ладыгиным. Заказов Роману Ильичу временно не давали.

Он доложил о разговоре с Ладыгиным Артуру. Тот выслушал все внимательнейшим образом, некоторые подробности заставил повторить.

– Ну что ж, – сказал он наконец. – Вы действовали совершенно правильно, Роман Ильич. Думаю, Ладыгин теперь призадумается. К руководству жаловаться вы, конечно, не пойдете, но Ладыгин-то об этом не знает и будет у нас пока на коротком поводке.

А там что-нибудь придумаем. В принципе это нехорошо, когда в голове у посторонних роятся такие странные мысли – об эвтаназии, о заказных убийствах... Но, повторяю, в дальнейшем мы что-нибудь обязательно придумаем.

Но никакого задания Роман Ильич опять не получил, и лишь сегодня утром, после ночной смены, Артур встретил его в коридоре старого корпуса и вручил бумажку с адресом и двухграммовую ампулу с черным ободком.

– Сегодня вечером, – на ходу сказал он. – Вам повезло – удалось получить небольшую партию этого препарата. У вас не будет с ним много возни. – И он быстро пошел дальше.

Со стороны могло показаться, встретились в коридоре два просто знакомых человека, мимоходом поздоровались и разбежались. Ничего предосудительного.

Роман Ильич приехал домой и до обеда отсыпался. Соседки с утра дома не было, и это даже обрадовало Четыкина – он устал мучиться и хотел отдохнуть. Вообще этот месяц Лариса была в отпуске или на каникулах – Роман Ильич не знал, как это называется у спортсменов – и находилась дома очень часто. Можно было предположить, что отдых она проведет бурно, в шумных вечеринках, выездах на пляж, но ничего подобного не происходило. Видимо, все ее друзья и подруги разъехались кто куда, и она осталась одна.

Это давало Роману Ильичу дополнительный шанс, и он решил непременно его использовать и непременно сегодня.

Лариса вернулась после обеда домой – гремела на кухне кастрюлями, шумела водой в ванной. Когда Четыкин окончательно проснулся, она уже удалилась в свою комнату и включила магнитофон. Песни она предпочитала душевные, про любовь, и сладкие, с придыханием голоса певиц причиняли Роману Ильичу дополнительные страдания – они были обманчивы, как призывы сказочных сирен.

Ближе к вечеру стало тихо, видимо, Лариса уснула. Когда же Роман Ильич начал собираться, она проснулась и включила телевизор.

Роман Ильич тщательно повязал галстук и придал своему лицу торжественное и таинственное выражение. Сегодня он позволит себе расслабиться. Это будет стоить денег, но, в конце концов, для чего же существуют деньги! Жизнь проходит, и никто не знает, что может случиться завтра.

Роман Ильич надел пиджак и стряхнул с лацкана невидимую пылинку. Теперь он был совершенно готов к переговорам. Продолжая сохранять на лице значительную мину, он вышел в коридор и остановился возле соседской двери.

Из комнаты доносился шум работающего телевизора – развязные голоса ведущих, бессмысленный смех, аплодисменты. Роман Ильич кашлянул и постучал согнутым пальцем в дверь.

– Открыто! – послышался

сердитый, слегка осипший голос Ларисы.

Роман Ильич вошел и остановился на пороге. Соседка валялась на низкой тахте. Сегодня на ней был темно-синий спортивный костюм с ослепительно белыми лампасами. Соломенного цвета волосы были перехвачены на затылке ярко-розовой тесьмой. Выражение лица у Ларисы было сердитым, из красного, припухшего носа текло – летом она умудрилась где-то простудиться. В руке у нее был полуочищенный банан, который она лениво жевала, глядя то на экран, то на неподвижную фигуру Четыкина, застывшего в дверях.

– Чего надо? – немного гнусаво произнесла она.

Роман Ильич помялся – он не знал, с чего начать.

– Вы простудились, Лариса? – сочувственно сказал он наконец. – Вам надо лечиться!

Соседка уничтожающе фыркнула и с баскетбольным шиком швырнула банановую кожуру через всю комнату, точно попав в пустую картонную коробку, стоявшую на подоконнике.

– Вот и лечили бы, доктора хреновы! – угрожающе произнесла она.

– Да, собственно, – натянуто хихикнул Четыкин, – я это и хочу вам предложить. Не возражаете, если я вечерком занесу вам лекарство? Я куплю хорошее. Сегодня у меня должны появиться деньги, – обещающе добавил он.

Расплатиться с ним должны были завтра, но он уже решил позаимствовать некоторую сумму из своего хранилища. Лариса взглянула на Романа Ильича с мрачным любопытством.

– Зачесалось, что ли? – язвительно поинтересовалась она. – Как вы мне надоели!

И она опять уставилась на экран телевизора.

Романа Ильича такая жестокая отповедь только подстегнула. Он на цыпочках приблизился к тахте и осторожно присел на край. Его рука воровато скользнула по ноге Ларисы и замерла на ее круглом колене. Девушка посмотрела на соседа тяжелым задумчивым взглядом.

– Всегда можно найти взаимопонимание! – фальшиво, но вдохновенно произнес Четыкин. – Я хочу, чтобы вы мне доверяли, Лариса!

Лариса шмыгнула носом и промолчала. Ей было скучно и тошно. Этот похотливый слизняк вызывал у нее отвращение, но она не стала бы возражать, если бы удалось вытянуть из него бабки. Деньги были постоянной проблемой – ради них можно было и потерпеть немного. Она решила пока не отпугивать Четыкина – пусть старается. По крайней мере с ним можно не опасаться подцепить что-нибудь. Медики регулярно проходят медосмотр – это Лариса знала точно.

– Доверяй, но проверяй! – ворчливо сказала она, не поворачивая головы.

Роман Ильич сразу уловил изменения в ее голосе и слегка улыбнулся.

– Меня вы можете проверить в любую минуту, Лариса! – обрадованно заверил он. – Я весь как на ладони. У меня нет никаких задних мыслей. Я расположен к вам всей душой.

– Знаю я, чем ты расположен! – убежденно заявила девушка.

Переход на «ты» Роман Ильич воспринял как хороший знак. Он порывисто вскочил и направился к двери, еще раз пообещав перед уходом: