Палач мафии
Шрифт:
Но Марины нет. Есть только шлюхи – наследство покойного Страшилы. Их не так уж и много. И товар в основном далеко не высшего качества. Не такая уж большая территория была у Страшилы. Окраины города. Задрипанная барахолка на Луговой, автотехцентр и кемпинг на Калужском, вокзал, кафешки, всякая мелочовка. Конечно, кое-какие бабки с этого дела Гвоздь имел. Но на достигнутом останавливаться не собирался. В ближайшее время он пустит в распыл бригаду Альфреда. Давно пора подмять под себя его земли. Но и это еще не все. Гвоздь ощущал в себе
– Это не лохи были, – повторил Малышок. – Я уже пробил, это были пацаны из бригады Сырка. Одного Пыжиком кличут. Другого Барсуком. Крутые пацаны, даже не вопрос.
– Ну так по вашим рожам и видно, что они крутые, – зло ухмыльнулся Гвоздь. – Ладно, ваше счастье, что менты разбор не устроили… Так это, говоришь, бригада Сырка? А Сырок под Бекасом… Так получается, мы на самого Бекаса завязались…
– Да это чешуя все. Бекас к нам не в претензии. Если б его пацанам настучали. А так терпилы мы…
– В том-то и дело, что вы терпилы. И мудилы!.. Короче, не знаю, как Бекас, но у меня к нему предъява. Надо бы спросить с него…
Гвоздь значительно укрепил свою бригаду. Теперь под ним без малого два десятка «пехоты». Со стволами полный порядок. Но еще рано, ох как рано пырхаться на Бекаса. Надо немного подождать. А пока… Пока можно наказать Бекаса другим способом.
Бекас крышует того самого барыгу, с которым живет Марина. От своей жены он прется. Поэтому он будет в ужасе, когда Марина уйдет к другому. И этим «другим» будет Гвоздь. Он накажет лоха, а вместе с ним и самого Бекаса. Правда, тому это будет, как слону дробина. Зато у Гвоздя есть отличный повод для встречи с женщиной своей мечты. Она будет принадлежать ему.
Гвоздь чуть не задохнулся от восхищения, когда увидел Марину. Мордашка – супер, фигурка – пупер. Вся в белом. Под тесной шелковой блузкой просвечивались грудки. Она знает, какой хочет видеть ее Гвоздь. А она нужна ему сегодня именно такой. Что ж, она умеет отгадывать его желания. Кто после этого скажет, что она не создана для него. Они должны – и они будут вместе.
Гвоздь преградил ей путь на выходе из магазина.
– Привет! – улыбнулся он во всю ширину своего мужественного лица.
Это улыбка настоящего героя. И она должна произвести на нее впечатление. Плюс букет гвоздик, который он протянул ей. Хорошо было бы подарить ей розы, но за ними далеко ехать. К тому же она любит именно гвоздики. Любит, потому что он этого хочет…
– Здравствуйте, – оторопела Марина и отдернула руки, чтобы не брать цветы.
Она шутит. Она притворяется. Она просто разыгрывает его… Она должна была обрадоваться, повиснуть у него на шее. В принципе, могла бы и отдаться ему прямо здесь, на шумной улице. Но этого не происходит. Потому что ей нравится притворяться…
Когда он трахал ее, она тоже
– Соскучился по тебе! – задорно подмигнул ей Гвоздь. – Поехали покатаемся!
Он показал ей на новенькую «девятку». Сейчас она обрадуется и сломя голову бросится в машину. Бабы обожают шикарные тачки… Только почему она злится?
– Как вы смеете? – возмущенно спросила она.
– Смеет тот, кто имеет! – блеснул остроумием Гвоздь.
Конечно же, она по достоинству оценит его красноречие… Хотя, в принципе, аплодировать не обязательно.
– А я тебя имел! – добавил он и потянулся к ней губами.
В предвкушении страстного поцелуя он даже закрыл глаза. И очень удивился, когда Марина закатила ему пощечину.
– Скотина! – вспылила она и направилась к своей машине.
И только сейчас до Гвоздя дошло, что она не знает его в лицо. Ведь он тогда был в маске. Зато она должна помнить, как хорошо им было вместе.
Он перегородил ей путь, схватил за руку.
– Ты это, не узнаешь меня, да?.. А хочешь узнаешь, а?
– Пусти!
– Да не трепыхайся ты, голубка! Давай, поехали со мной!
– Я сказала, пусти!
– Да не гони ты! Думаешь, я не знаю, как тебе было классно, когда я тебя трахал… Что, теперь узнала? Чо, еще хочешь? А я знаю, что хочешь. Поехали! Не пожалеешь!
– Так это… Так это был ты! – потрясенно выдавила из себя Марина.
– Ну! Я!.. Классно мы тогда заторчали, да? Давай повто…
Последнее слово переросло в стон. Это Марина извернулась и ударила его коленом в пах. Не слабо это у нее получилось.
– Ах ты, сука! – взвыл Гвоздь и схватился за отбитые причиндалы.
Марина вырвалась и побежала к своей машине. За ней ломанулся Кирпич. Но она успела запрыгнуть в салон и закрыть дверь на защелку. Заработал мотор. Еще чуть-чуть, и ее «Опель» не остановить.
Но Кирпич не растерялся. Выхватил из кармана «выкидушку», выщелкнул лезвие и пробил колесо.
«Опель» сорвался с места. Но далеко не уехал. Остановился. И тут же рядом с ней тормознула «девятка». Марина не заметила этого. И неосторожно высунулась из машины. Фофан и Ломовик не облажались. Схватили ее и затащили в салон «девятки».
Марина плакала и умоляла ее отпустить.
– Дура, ты чо, не врубаешь, какой это кайф со мной жить? – удивленно спросил Гвоздь. – По пять палок в день, это я тебе обещаю…
– Ну пожалуйста, ну отпусти! Муж заплатит! Только отпусти!
Она сидела на продавленном диване и с ужасом осматривала полутемный подвал. Ну она точно дура. Не понимает, что оказалась в святых местах. Это не просто подвал – это музей боевой славы бригады Гвоздя. Отсюда начиналось его восхождение к высотам криминальной славы.