Пахан
Шрифт:
“Садись. Я принесу тебе выпить. Почему-то мне кажется, что тебе это нужно”. Я посмотрела на биту, пытаясь удержаться от смеха. Это было похоже на то, как если бы она взяла нож в перестрелку, но, очевидно, у нее была отличная цель.
“Я намочу твою красивую мебель”.
Я усмехнулся, подумав о своих прежних опасениях по поводу тела Фредди. “Думаю, я смогу с этим справиться. Водка? Вино?”
“Виски, если оно у тебя есть”.
Виски. Все изменилось. Черт возьми, я вспомнил, как они с Софией бегали по дому, разбрызгивая виноградную содовую и выкрикивая какую-то популярную в то время
Она села, оказавшись достаточно близко, чтобы я мог почувствовать запах страха, исходящий от ее кожи, держа биту, как спасательный круг. Во что, черт возьми, она вляпалась? Я освежил свой бокал и налил ей. Когда я приблизился, она подняла голову и посмотрела мне в глаза. Ее глаза всегда были самыми голубыми, какие я когда-либо видел. Моя мама назвала бы эти глаза проникновенными.
У нее даже нижняя губа задрожала.
Я сел на стул рядом с ней, пытаясь дать ей пространство. Поскольку моя дочь была в Италии на шоппинге с Даниэллой, я сомневался, что она знала, что происходит с ее подругой. После окончания колледжа они пошли разными путями. Мне всегда казалось интересным, что Кэролайн была на пару лет моложе и за годы учебы в школе пропустила пару классов. По любым стандартам она считалась блестящей.
Вот почему эта ситуация меня чертовски удивила.
“Ладно, Кэролайн. Ты должна рассказать мне, что происходит. И положи биту. Никто не причинит тебе вреда в моем доме”.
Она сделала глоток своего напитка, вся ее рука дрожала, когда она опускала оружие на пол. То, как она заламывала руки, вызывало беспокойство. “За мной охотятся очень плохие люди. Я едва сбежала.”
Я не уверен, чего я ожидал, но это было не то. “Плохие люди? Почему бы тебе не объяснить”.
На этот раз Кэролайн пришлось использовать обе руки, чтобы поднести тяжелый бокал к губам. Бита осталась рядом с ней, очевидно, ее единственное оружие. Я всегда испытывал нежность к этой девушке, поскольку ее родители редко утруждали себя замечанием, сколько времени она проводит в моем доме.
Я был занятым человеком, работая по двенадцать часов в сутки, часто семь дней в неделю, но я делал все возможное, чтобы участвовать в жизни моих дочерей и отмечать праздники вместе с ними. Дни рождения. Выпускные. Праздники. В этом доме отмечали с размахом. По крайней мере, во мне было что-то приличное.
“Хм, мою работу обнаружили, и они пришли за мной в мою квартиру. Я уверена, что все разгромлено, мои компьютеры разбиты ”.
“Ты инженер-программист. Зачем плохим людям охотиться за тобой?”
Она нервно рассмеялась. “Я прославленная бариста для шовинистического сукина сына по имени мой отец, который все еще живет в темные времена”.
Казалось бы, некогда тихая, скромная девушка изменилась не только внешне. “Тогда о чем ты говоришь?”
Теплый румянец разлился по ее лицу, и она вытерла рот одним из полотенец, все так же нервничая, как и при входе в мой дом.
“У меня есть вторая работа. Я добываю информацию о людях за деньги”.
Мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять, о чем она говорит. “Ты хакер”.
“Ага”. Она нажала на букву "п",
Между тем, она была явно взволнована.
“Тогда как тебя нашли?”
“Я просто…” Она засмеялась, отводя взгляд. “Думаю, я была неосторожна”.
“Кто эти люди?”
“Мафия”. Ее лицо стало застенчивым, когда она посмотрела на меня, и теперь я был единственным, кто покачал головой.
Хотя ни одна из моих дочерей не знала подробностей о моих менее законных аспектах бизнеса и, конечно же, никогда не была свидетельницей преступления, это не означало, что они понятия не имели о том, кто и что я такое. Кэролайн также знала, что я очень опасный человек.
“У тебя вся жизнь впереди. Почему, во имя всего Святого, ты тратишь ее на хакерство? Это глупый поступок ”. Я был зол на нее, на самом деле в ярости. Я ничего так не хотел, как посадить ее к себе на колени и хорошенько отшлепать, в чем она, очевидно, нуждалась, учитывая ее порывистое и безрассудное поведение.
“Деньги”.
“Деньги? Твои родители очень богаты”.
“Я должна сделать это сама. Для моей самооценки. Это должно быть моей жизнью. Неужели ты не понимаешь этого?”
Я понимал. Это было то, что я бросил в лицо своему отцу, когда был намного моложе. “Почему ты решила связываться с мафиозной организацией? Они опасны, Кэролайн. Они намеревались убить тебя за то, что ты у них украла. Что ты украла?”
“Информацию”, - выпалила она. “Хорошо, и деньги. Я перевела немного денег с одного из их оффшорных банковских счетов своему куратору”.
“Сколько денег?”
“Пятьсот тысяч, но для них это мелочь”.
Она, очевидно, не понимала того факта, что речь могла идти о двух тысячах долларов, и ее жизнь была бы поставлена под угрозу. Таким безжалостным мужчинам, как я, было насрать на сумму в долларах. Все дело было в самой краже. Независимо от ее интеллекта или опыта, она все еще была наивной и слишком уязвимой, чтобы заниматься хакерским бизнесом.
От этого у меня ещё сильнее руки зачесались чтобы выпороть её.
“Тебе удалось поставить себя в очень скверное положение, Кэролайн”.
“Именно поэтому я здесь. Ты единственный, к кому, как я знала, я могу прийти”.
“Зачем?”
“Защита. Только ты можешь уберечь меня. Мне больше некуда идти. Мои родители убили бы меня, если бы узнали. У меня дома разгром. За мной будут охотиться на моей дерьмовой работе. Пока я ждала возле твоего дома, я проверила свои банковские счета. Они были заморожены. Как это произошло так быстро? У меня ничего нет. Ничего. Я просто…" Она залпом выпила то, что осталось в ее бокале.
Какой бы мафиозный синдикат она ни разозлила, от армян до ирландских головорезов, мне не подобало влезать в это дерьмо. Однако она была той, кого я защитил бы ценой своей жизни. Девушка была близка к истерике. Я поставил свой напиток на кофейный столик, забрав у нее из рук пустой стакан.