Падший

Туровников Юрий Юрьевич

Падшие замерли в оцепенении. Темно-красное пятно расплывалось на серой поверхности возле безжизненного тела, смешиваясь с каменной пылью и остатками крупинок песка. Крылья мертвого ангела подергивались в смертельной агонии. Желтые, сухие глаза зверя смотрели на ангелов. Хвост мотался из стороны в сторону, ударяя по камням и оставляя на них сколы и глубокие царапины. Пришедший в себя Мульцибер медленно двинулся вперед.

– Безумец, - крикнул Азазель.
– Он порвет тебя!

Архитектор махнул рукой.

– Его смерть на моих руках! Я создал это и мне с ним разбираться!

Он подходил все ближе и ближе.

Зверь часто дышал, обводя взглядом ангелов, но не проявлял агрессии. Мульцибер подошел своему творению на расстояние вытянутой руки. Страха не было в глазах ангела.

Зверь повернул голову. Его ноздри раздувались и издавали не то хлюпающий, не то храпящий звук. Его шипастое тело дернулось, и туша опустилась на брюхо, выставив в сторону чешуйчатую, когтистую лапу, будто приглашая ангела забраться на спину, утыканную острыми шипами. Желтое глазное яблоко на миг скрылось под морщинистым веком. Зверь ждал. Помедлив, Мульцибер решился. Взявшись рукой за длинный шип, он уперся ногой в лапу чудовища и рывком закинул себя ему на спину. Пошевелив своим массивным телом, зверь дал понять ангелу, чтобы тот устроился поудобнее. Архитектор сел на бугристую тушу, стараясь не пораниться об острые шипы. Ладони Мульцибера легли на два рога, что торчали из головы создания и теперь оказались прямо перед Падшим. Зверь захрипел и поднялся. Азазель набрался смелости и шагнул вперед.

– Устрашающе выглядишь, Мульцибер! Честно говоря, я думал, что ты будешь лежать на камнях, растерзанный в клочья. Но, похоже, ты ему приглянулся!

Ангел приблизился к зверю. Мгновенно серая туша ощетинилась. Шипы начали шевелиться, а из широко раскрытой, полной клыков пасти, вырвалось оглушающее рычание, сопровождаемое зловонным дыханием. Азазель отпрянул назад.

– А ты ему не очень приглянулся!
– ответил Мульцибер.
– Кто теперь тварь дрожащая?! Вперед!

Архитектор прикрикнул на зверя и ударил его пяткой в чешуйчатый бок. Монстр послушно двинулся вперед. Совершив круг по амфитеатру, Мульцибер напряг мускулы на руках и поднял рога вверх. Морда существа опустилась вниз и он остановился.

– Кажется, теперь ты его хозяин, - усмехнулся Туор.
– Жаль только этого бедолагу. Он был верным ангелом.

Все сочувственно посмотрели на еще кровоточащее тело.

– Сколько таких еще будет...
– печально сказал Азазель.
– Он выжил в Битве и... Надо отдать ему почести.

– Предадим его тело водам огненной реки. И впредь пусть будет так!
– Туор посмотрел на Мульцибера.

Тот кивнул и вновь взялся за рога своего питомца. Зверь подошел к телу и, подчиняясь мысленному приказу своего хозяина, опустил голову, подцепил гнутыми рогами погибшего ангела и поднял вверх. Покачиваясь. Серая туша направилась к арке, что служила входом в амфитеатр. Ангелы прекратили работу и молча двинулись следом...

Тяжело ступая, огромный зверь шел вперед, туда, где виднелась широкая полоса огненной реки. Восседавший сверху Мульцибер, правил им, огибая бесконечные кратеры. Небольшие камни, попадавшиеся на пути, острыми брызгами разлетались в стороны, сминаемые массивными лапами. Архитектор плавно покачивался в такт движению. Горячий ветер развивал его темные волосы. Безжизненные руки мертвого ангела раскачивались из стороны в сторону, приковывая к себе взгляд Серафима. Бурлящие, бесконечные воды реки перекатывались

красно-желтыми волнами, облизывая крутой берег. Острые языки пламени вырывались вверх, выбрасывая искры и растворяясь в воздухе. Жар, шедший от мертвых вод обжигал, сгущая эфир и закручивая его причудливым образом. Мульцибер остановил зверя у самого края каменного берега. Ангелы замерли, встав полукругом. Туор вышел вперед и, тяжело вздохнув, произнес:

– Пусть огненные воды примут тело нашего брата и упокоят его в пучине своей...

Падшие приложили руки к груди и склонили головы. Получив мысленный приказ своего хозяина, зверь согнул передние лапы, уперся в камни широкой, бугристой грудью и наклонил голову. Тело ангела скользнуло с витых рогов монстра и погрузилось в бурлящий поток. Остатки одежды вспыхнули, обжигая почерневшую кожу. Перья на огромных крыльях зашипели и стали скручиваться. Воздух наполнился запахом паленой плоти.

– Покойся с Миром...
– прошептал Туор.

В то же мгновение прозвучал глубокий, протяжный гул, заставивший ангелов вздрогнуть и направить взгляд на уходившую в небо башню. Хранитель Времени - Аластор, ударил в гонг, возвещая о начале нового цикла...

Глава 6.

Агарес стоял посреди снежной пустыни, с грустной улыбкой вспоминая, как преодолевал ее, замерзая и изнывая от лютого холода. Фиолетово-синее небо над ним роняло тусклый свет, сквозь который проходили голубые сполохи. Все новые и новые души прибывали в этот мир.

"Сколько же времени прошло?
– пронеслось в голове Серафима".

Снежинки кружили в воздухе, подгоняемые ветром. Ангел откинул назад волосы. Он смотрел на голубовато-молочный ледяной дворец, что возвели тут Падшие. Жить здесь никто не собирался. Мороз и жуткий холод убьют кого угодно. Возвести замок было идеей самого Агареса. Он просто хотел построить, чтобы придать хоть какой-то живой вид этой безжизненной, ледяной пустыне.

– Он великолепен!
– прошептала подошедшая Лана, прижимаясь к ангелу.

Облаченные в меховые одежды, что были сделаны из черных шкур вновь созданных животных, они стояли и смотрели на голубое сияние, что излучали вершины башен, которые соединялись между собой изогнутыми мостами. Центральную, самую высокую из трех, венчали два ледяных крыла, устремленных в темное небо.

– Почему мы не создали такой на Земле?
– муза положила голову на плечо Серафима.

– Ну, если бы я чуть не замерз во льдах Нового Мира, то может мне бы и пришла такая идея, но там я жил в пустыне, полной песка, а едва не замерз именно тут, так что...
– ангел шмыгнул носом и посмотрел на музу.

До их ушей донесся громкий рык. Агарес осмотрел заснеженное плато и его взгляд задержался на быстро приближающееся облако.

– Они возвращаются, - Лана попыталась согреть ладони своим дыханием.

Серафим стянул пышные рукавицы, протягивая своей спутнице.

– Я же предупреждал, что здесь убийственный холод! Почему вы такие упрямые?
– спросил он, не ожидая ответа, и пригладил растрепавшиеся на ветру черные, как уголь, волосы.

Полы черных плащей хлопали от порывов ледяного воздуха и били по ногам. Снег валил с неба крупными хлопьями, оседая на волосах и одежде ангелов.