Падший

Лейк Кери

Твою мать.

Шаркающие звуки обострили инстинкты Ксандра.

Девушка сбежала из клетки.

Краснорубашечник прокрался мимо Ксандра, остановившись на мгновение, чтобы понюхать воздух. Он продолжал идти по коридору, прямо на звуки, исчезая в кромешной тьме.

— Давай, — пробормотал Ксандр. — Перекинься уже.

Жар вспыхнул в его крови, словно провод под напряжением, готовый к убийству. В любую минуту эти ублюдки примут форму Падших — единственный способ понять, что их души попадут

в ад. Человеческие пытки и резня часто вытаскивали их истинную личину на поверхность. Красные белки глаз, придававшие им безумный вид, и темный, почти черный оттенок губ легко указывали на их род.

Хоть бы отморозки перекинулись.

Мужик в черной рубашке убрал со стола, где они резали первую девушку на неузнаваемую груду мяса.

Крики доносились из коридора.

Поймал.

Вырывается.

— Нет! Нет! Отпусти меня! — ее тщетные мольбы отражались от холодных каменных стен, становясь все громче, по мере их приближения.

Ксандр взглянул вверх и увидел, что она перекинута через плечо Краснорубашечника. Короткие бордовые волосы, запачканные кровью, свисали на её лицо. Одежда была разорвана. Длинные порезы, нанесённые в течении этих дней, казалось погасили её красоту, поскольку каждая рана находилась на разных стадиях заживления. Грязь покрывала ее лицо, руки, ноги, а кровь засохла на ее спине, где штаны, которые она носила, были разорваны пополам, открывая доступ к ее наиболее уязвимым частям.

Замучена. Изнасилована. В ловушке.

Когда красный прошел мимо, ее глаза встретились с Ксандром. Паника промелькнула на ее лице, и она потянулась к нему.

— Помоги мне! Пожалуйста!

Лолита. Информация от Слоан.

И она видит его.

Бл*ть.

— Не позволяй им сделать это со мной! — Она корчилась на столе, когда мужчины пристегивали ее ремнями.

Чернорубашечник нажал кнопку на камере, готовый снимать следующее видео, когда Краснорубашечник засунул сигару в отверстие своей маски и сорвал её одежду, разрезая ножницами уже потрёпанную ткань и отбрасывая её в сторону, пока Лолита не оказалась полностью обнажена.

Уничтожение одежды, казалось, было частью ритуала, они делали тоже самое с азиаткой. Утверждение власти — срыв защитного барьера.

Со стены с инструментами Красный схватил флоггер и поднял его в воздух, готовый нанести удар. Рубцы на ее животе и поперек половых органов свидетельствовали о том, что ее недавно хлестали. Жестко.

— Нет! Нет! Нет! — Она пыталась выбраться из ремней. — Пожалуйста, не надо!

Удар вышел тяжелым, и Лолита вскрикнула, когда красная полоса появилась на месте удара плётки. Чернорубашечник застонал, расстегнул штаны и начал дрочить обнаженный член.

Ещё удар. Второй крик.

Красный выдернул сигару из маски и прижал тлеющий уголёк к её бедру.

Девушка брыкалась и кричала, когда ее кожа зашипела от ожога. Ничего такого, чего Ксандр не видел раньше, но, черт возьми, от этого звука у него почему-то скрутило желудок.

—

Да, сука. Кричи для меня. — Язык Красного высунулся из отверстия маски, как у змеи, и скользнул по ее щеке. — Хороший щенок.

Черный забрался на ее тело, оседлав девушку, схватился руками за её лицо, прежде чем присосаться к её рту. Грязные звуки его языка, вылизывающего её рот, через отверстие в маске, заглушили ее приглушенные стоны ужаса. Он спустил штаны до колен, его бедра совершали волнообразные движения над её телом. Цепи бились о бетон, пока она дергала за ремни. Он отстранился, прихватил серебряный пирсинг на её нижней губе, и прежде чем отпустить его, повернул маску в сторону её лица, пока она качала головой, умоляя его остановиться. Он толкнулся в неё, врезаясь в неё, как отморозок. Красный двинулся туда, где лежала ее голова, и сдёрнул свои штаны, толкнув бедра вперед, приказывая взять его в рот.

Она повернула голову в сторону Ксандра, глядя прямо на него. Непоколебимый взгляд, широко раскрытые глаза, сжатые губы выражали решимость, волю к жизни, несмотря на последствия, которые наверняка будут преследовать ее, если она выживет.

— Пожалуйста, — прошептала она, и по ее лицу потекли слезы.

Ксандр склонил голову.

Никогда не спасай девушек.

Слова помутили его разум.

Он снова перевел взгляд на них.

Черный захрипел, толкаясь в нее с такой силой, что она закричала и стала умолять его остановиться.

Красный схватил её за волосы и просунул член ей в рот. Звуки ее рвотных позывов, казалось, возбудили его.

— Вот так, шлюха, — сказал он под маской. — Скажи мне еще раз, как сильно ты любишь сосать член? Как сильно ты хотела бы сняться в кино.

Ксандр зажмурил глаза. Не делай этого.

— Ах, да, сука. У меня есть кое-что горячее для тебя.

Смех красного царапнул спину Ксандра.

— Как тебе это нравится, щенок?

Он вышел из тени.

Ксандр сморгнул воспоминание и присел на корточки.

Татуировка на его предплечье выглядывала из-под кожаного рукава, и он провел пальцами по ней. Морозный пар струился из его рта, когда его теплое дыхание касалось холодного весеннего воздуха.

Внутри него выросла пустота, тьма расползалась, как чума, на каждую частичку его существа, уничтожив человека, которым он когда-то был. Хорошим парнем. Он вздрогнул. Улицы избили этого человека, изгрызли его до кости и выплюнули бессердечного ублюдка, который каждый день смотрел на него в зеркало.

Он снова перевел взгляд на девушку в переулке — сестру Лолиты.

Каринна.

Он не планировал преследовать её.

Однако что-то в женщине гипнотизировало его до такой степени, что его сны были переполнены фантазиями, такими темными, такими запутанными, превращающимися в то, что некоторые могли бы назвать навязчивой идеей. Один только ее вид пробуждал опасную и необъяснимую жажду греха и разврата. Именно то, чему он сопротивлялся: впиваться пальцами в ее плоть, таскать ее за волосы, царапать ее идеальную кожу, и ее крики агонии играли бесконечную мелодию экстаза в его голове. Почему? Что в ней было такого, что удерживало его от того, чтобы уйти, когда он был обязан?