Падший
Шрифт:
— Ваш смешной забор не становить мои воины! Отдавай нам беглецы, и мы оставим вас живыми!
С вершины скалы им ответил Каспар:
— Врёшь ты сё! Знам скок сёл ты уж чистил до следней крысы! Уходи, мы больш не платим дань Босу, а кто он шлёт, не йдёт обрат!
Каспар отшатнулся от копья — к счастью, оно пронеслось мимо. В ответ со скал полетели булыжники. Воины кидали копья в камнеметателей, но большинство из них не достигало цели — люди наверху постоянно перемещались и наклонялись за камнями. Некоторые копья падали внутрь укрепления. Мальчишки бросились их собирать, намереваясь запустить обратно, но Даллас свистнул,
Полетели за стену и факелы. Попадая в хижины, они бы натворили немало бед, но пригодилась запасённая вода. Женщины заливали огонь прежде, чем он разрастался в пожар.
Даллас нашёл в заборе щель побольше и припал к ней. Но тут же вздрогнул и отшатнулся — прямо на него бежал воин с факелом и мечом наголо. Он со всего маху врезался плечом в забор. Брёвна со скрипом пошатнулись, но выдержали. Тут же на стену навалились в нескольких местах другие воины. К счастью, их оказалось недостаточно, чтобы обрушить укрепление. Тем временем сверху на атакующих сбрасывали тяжёлые глыбы, а мальчишки норовили через щели ткнуть противников их же копьями.
Воины быстро поняли, что стену так просто не свалить. Изрыгая ругательства, они разбегались, пытаясь найти брешь. Самые ловкие забирались по скалам и каменному завалу. Те, что избежали града булыжников, добрались до метателей и устроили резню. Но к ним на помощь поспешили мужчины племени с копьями, ножами и грозными выкриками. Они убивали или сбрасывали противников.
С бессильным ужасом Даллас наблюдал, как Арет на площадке одной из скал рубил мечом камнеметателей, прирезав заодно и мальчишек-дозорных, пока его не заметили. А когда защитники бросились к нему, Арет ловко слез со скалы тем же путём, что и забрался.
Спустя несколько ужасных, наполненных воплями и лаем минут, оставшиеся воины Боса отошли на поляну перед деревней. Даллас разглядел в щель между брёвнами, что их осталось всего-то человек двадцать. При этом многие пережили попадание камня, поэтому хромали или держались за рану. Да и те, что остались целы, потеряли запал и теперь лишь сидели на корточках, посасывая пойло из бурдюков. Похоже, Бос сильно недооценил жителей этой деревни, прислав так мало воинов. Но не будь забора, и этих сил хватило бы сполна.
— Мы прийти ещё! И нас быть много-много! — прокричал Арет, оценив свой отряд. — Вы пожалеть об это! Горько пожалеть! Каждый умирать страшный мук!
Он ещё долго выкрикивал неразборчивые и гневные слова. Видимо, совсем не привык проигрывать. Но он был прав. Больше воинов, лестницы или таран чтобы преодолеть забор — и такому малому количеству людей не удержать это примитивное укрепление. Поэтому, когда завершился подсчёт раненых (семь) и убитых (пять), Даллас обошёл рыдающих женщин и пострадавших мужчин, подошёл к Каспару и сказал:
— Они вернутся. Не успокоятся, пока не убьют всех нас. Разбирайте завал и уходите в горы. А я задержу их. Я им нужен. По крайней мере, их главарю. Приду к нему и поставлю условия — мои знания и умения взамен на то, чтобы вас не трогали. Верить им нельзя, так что завал всё равно надо разобрать.
Каспар и так не всегда понимал современную речь, а сейчас и вовсе находился в некой прострации после сражения. Лишь молча щёлкал камешками о зубы. Его чудом не убили и не покалечили. Должно быть, он тревожился за будущее, ведь по сути они объявили войну могущественному
Радость девушки что он не пострадал, быстро сменилась слезами, истерикой и, наконец, отчаянием. Больших усилий стоило уговорить Гулёнку отпустить Далласа обратно в плен и не отправляться вместе с ним. К счастью, в этом активно помогала её мать — тихая и добрая женщина. Она увещевала, что её «бох» вернётся. Далласа смутила в этой ситуации лишь ухмыляющаяся гнилозубая рожа Дана, что ошивался неподалёку. Похоже, прелести Гули до сих пор не давали ему покоя. И по обычаям племени, перед ним теперь открывались все двери, раз она будет спать одна. Даллас стиснул зубы. Он пойдёт на это, чтобы сохранить жизнь этих людей. Да и свою.
Не было уверенности, что проигравший Арет и любознательный, но жестокий Бос не посчитают «человека неба» бесполезным. В таком случае остаётся надеяться, что жители деревни успеют уйти в горы.
Возникла новая проблема — нужно покинуть укрепление, возводимое накануне с таким трудом. Перелезть через наваленные камни помешала больная нога. Разбирать забор, значит, рисковать не выстоять при новой атаке.
Далласа догнал Каспар, который за ночь пришёл в себя. Он предлагал проводить его, ведь без Вурха сложно найти путь среди трясины. Но Даллас уверил, что найдёт дорогу сам, ведь он включал в смартлете запись маршрута, когда они сбегали от Боса. Он взял пончо, на нём заодно можно спать, сушёные запасы еды от матери Гулёнки и увесистый бурдюк с водой из пещеры. Хватит на два-три дня похода. Оставалось лишь не угодить в трясину. Каспар отдал Далласу посох, с которым не расставался, и пожелал доброго пути, пожав руку за предплечье. Даллас же дал советы — использовать рычаги для расчистки завала, на всякий случай подготовиться к новой атаке, выставив дозорных. А остальное опытный лидер понимал и сам.
Каспар подошёл к ограде и нашёл определённое бревно. Он поддел его палкой снизу и немного отодвинул. Один ствол вкопали в землю не глубоко и не везде перевязали верёвками. Видимо, вспомнив недавнее приключение и проникновение через забор, Каспар догадался оставить незаметный и узкий лаз. Снаружи и не определить, что в стене есть слабое место. В этом Даллас убедился, когда с трудом протиснулся в щель и оказался по ту сторону.
Почти сразу же он споткнулся о труп воина. Рядом лежал ещё один с размозжённой головой. От взгляда на них подкатывала тошнота, но отвести глаза стоило больших усилий. Чужая смерть непостижимым образом приковывала внимание. Даллас обошёл крепость и насчитал семь тел. Ещё одно он обнаружил поодаль — видимо, воин истёк кровью, пытаясь отползти.
Путь через болота прошёл без приключений. Даллас боялся нагнать непутёвое войско обозлённого Арета, но они знали эти болота куда лучше, поэтому двигались быстрее. К тому же у них была целая ночь форы.
И всё же, бродя по тропкам и сопкам, Даллас часто останавливался и прислушивался. Редко квакали лягушки, иногда звенели комары, чавкали и булькала жижа под ногами. В остальном стояла могильная тишина.
Даллас часто сверялся с картой смартлета, петляя по болоту, но двигаясь к намеченной цели. Не так уж далеко, если по прямой. Вот только то и дело путь преграждали озера трясины, куда посох Каспара погружался почти полностью.