Падший Ангел
Шрифт:
Натан сделал вид, что не слышит вопроса. Он взял молоток и принялся сосредоточенно прибивать очередную дощечку.
– Капитан Уэллесли! – повысила голос Элис.
Обреченно вздохнув, Натан опять отложил молоток:
– Да, миссис Грэхем?
– Я спрашиваю, как вы расплатились за новую дранку?
Натан немного помедлил, а затем, пожав плечами, сказал:
– Вы находитесь под защитой властей штата Техас.
Элис была озадачена. Она не могла понять, при чем тут власти.
– Ну и?..
– Ну и… – Натан вбил очередной гвоздь, пытаясь выиграть время.
– Может, вы мне
Мужчина сжал в зубах несколько гвоздей, надеясь, что невнятный ответ удовлетворит Элис и ему, Натану, не придется лгать.
– Дело в том, – проговорил он сквозь стиснутые зубы, – что за дранку заплатило правительство.
– Что вы сказали? Я не поняла ни слова, выньте изо рта гвозди!
Почувствовав, что его прижали к стенке, Натан выплюнул гвозди в ладонь и проревел:
– Я говорю, что за дранку заплатило правительство!
У Элис отвисла челюсть.
– Правительство? – выдохнула она. – Ага. Они это сделали только потому, что я согласилась им помочь?
– Да, – кивнул Натан и отвернулся, сделав вид, что ищет нужный гвоздь. Рейнджер надеялся, что Элис не заметит его виноватых глаз.
– Это очень мило с их стороны, – проговорила Элис.
– Да, очень мило, – пробормотал Натан, страстно желая, чтобы она поскорее вернулась в дом.
В любую минуту она могла сообразить, что все эти россказни о щедрости властей просто нелепы. Тогда она снова пристанет к нему с расспросами, и ему придется или врать дальше, или признаться в том, что он заплатил за дранку из своего кармана. А уж об этом Натану хотелось оповещать Элис меньше всего.
– И еще милее было бы, если бы ты ушла отсюда, – сквозь зубы процедил он. Ему казалось, что он произнес это совсем тихо, но, взглянув вниз, он по выражению ее лица понял: она все отлично слышала.
– Прекрасно, – фыркнула женщина. – Я ухожу, чтобы не мешать вам работать.
Шурша юбками, она направилась в дом.
Первым желанием Натана было спрыгнуть с крыши, догнать Элис и сказать ей, что он не хотел ее обидеть. Но как растолковать ей, что он тут вытворяет, если Натан не может объяснить этого даже самому себе? Он провел рядом с ней почти сутки, но так и не понял, чем же она не угодила своим соседям? Поехав сегодня в город, Натан надеялся поболтать с людьми и разузнать об Элис побольше. Каково же было его разочарование, когда он застал в магазине лишь осторожного, немногословного хозяина. Натан рассчитывал наконец понять, почему Элис кажется ему ангелом, а всем остальным – исчадием ада? Но больше всего Натан хотел услышать что-нибудь такое, что помогло бы ему избавиться от влечения к этой женщине. Он не желал, не желал, не желал привязываться к ней! «Как только закончу крышу, поеду повидаюсь с Редом, – решил Натан. – Может, он что-то знает». И молодой человек вновь яростно застучал молотком, не в первый раз спрашивая себя, почему, собственно, он чинит крышу дома, а не сарая, в котором ему еще жить и жить? Он потряс головой, отгоняя ответ, который напрашивался сам собой. Нет, посмотреть правде в глаза Натан был еще явно не готов. И признать очевидное – тоже. Натан вошел в крошечное помещение городского телеграфа и с деланным равнодушием
– Мне надо отправить телеграмму.
– Да, сэр, – ответил Ред, подавая бланк пожилой женщине, стоящей рядом с конторкой. – Для этого мы тут и сидим.
Натан полез в карман и достал скомканный клочок бумаги. Расправив, он положил его на конторку перед Редом. Ред бросил на бумажку быстрый взгляд. Колокольчик над дверью звякнул, возвещая о приходе очередного посетителя. «Надо поговорить. Есть ли здесь укромное местечко?» Ред посмотрел на Натана:
– Да, сэр. Это можно. Я закроюсь на обед через пятнадцать минут. Постараюсь отправить это до перерыва.
– Сколько я вам должен? – спросил Натан.
– Восемьдесят пять центов.
Натан опять полез в карман, достал мелочь, бросил ее на конторку и повернулся к двери.
– Спасибо, сэр, – сказал Ред ему в спину.
Натан коротко кивнул и вышел на улицу. Свернув на Мэйн-стрит, он с видом праздного гуляки неторопливо зашагал вперед, глазея то на витрины, то на городских матрон, важно шествующих с сумками в руках. Через двадцать минут он повернул обратно, уже составил первое впечатление о Биксби. В окошке телеграфа Натан увидел объявление: «Закрыто на час». Тогда он обогнул маленькое здание и постучал в заднюю дверь.
– Нат! – ухмыльнулся Ред, открывая дверь. – Давай заходи.
Натан улыбнулся в ответ и вошел в маленькую темную комнатку, которая считалась сейчас домом Реда.
– Рад тебя видеть! – Ред подвинул Натану один из двух стульев, стоявших возле стола. – У меня есть немного отвратительного виски. Хочешь выпить?
– Нет, спасибо. Я к тебе ненадолго. По-моему, никто не видел, как я входил сюда, но… Не хочется возбуждать лишних подозрений.
Ред кивнул и сел на другой стул.
– Я чертовски рад, что ты выбрался сюда, Нат. Честно говоря, мы с Уиллом не понимаем, собирается ли майор Джонс вообще когда-нибудь заканчивать это дело.
– А вы давно тут? – спросил Натан.
– Слишком давно! – воскликнул Ред. – Я – уже больше месяца. Уилл приехал около трех недель назад. Знал бы ты, Нат, как я ненавижу торчать в таких вот маленьких вонючих городках! Тут же спятить можно!
– Так тебе, значит, не нравится Биксби, да? – усмехнулся Натан.
Ред встал, подошел к полке и взял бутылку и два стакана. Вернувшись к столу, Ред откупорил бутылку и плеснул в стаканы виски.
– Да уж… – мрачно проговорил он. – Знаешь, я много чего повидал в жизни. Но, по-моему, этот городишко даже хуже, чем Пратт, а я ведь думал, что ничего хуже Пратта быть не может.
– Пратт? – переспросил Натан. – А где это?
– Дыра, где я торчал в прошлом году. Помнишь дело Фарра?
– Ну еще бы, – хохотнул Натан. – Такая глушь, что сначала ты не смог найти его на карте, а потом потратил два дня, чтобы до него добраться.
– Да-да, он самый.
Подняв стакан с выпивкой, от которой он минуту назад отказался, Натан сделал большой глоток.
– Ты прав, Ред. Это виски – редкое дерьмо.
– Я же тебе говорил, – пожал плечами Ред. – Но здесь, в Биксби, по крайней мере есть салун, где можно пропустить стаканчик, хотя выпивка, наверное, тоже так себе… В той дыре не было даже этого.