Падшие сердца

Эндрюс Вирджиния

Прошло десять дней, и мы вернулись с Энни домой. Когда Логан приехал с фабрики, я возилась с малышкой наверху. Муж был так увлечен ребенком, что часто отлучался с фабрики, чтобы взглянуть на нее. Он называл это «визитами к малышу». Логан обычно влетал в комнату, брал девочку на руки или наблюдал, как она спит, после чего, довольный, снова отправлялся

на фабрику.

В этот день он появился в комнате с коробкой в руках. На ней стояло клеймо: «Обращаться с осторожностью».

— Что это у тебя? — поинтересовалась я, перехватывая девочку поудобнее.

— Не знаю, это только что доставили. — Логан открыл коробку, осторожно вынул и поставил на стол ее содержимое.

Это был выполненный в миниатюре коттедж Троя. Все совпадало в точности, не забыт был даже лабиринт.

— Надо же, — удивился Логан — только посмотри, здесь и крыша поднимается.

Он поднял крышу, и комнату наполнили звуки любимой Троем прелюдии Шопена. На полу, закинув руки за голову, расположился мужчина, похожий на Троя. Рядом с ним сидела девушка, очень напоминавшая меня, в то время когда я только приехала в Фарти. Все было как настоящее: крошечная посуда, мебель, даже инструменты для изготовления игрушек.

Такое чудо мог сделать только Трой, и никто другой. И он все знал. Он знал, что ребенок его и хотел сказать мне об этом. Таким образом он заявлял свои права на дочь. Ах, Трой, как мне хотелось, чтобы все сложилось иначе. И какая же это была чудесная девочка. Само совершенство!

— Здесь нет никакой карточки, — нарушил Логан ход моих мыслей. — Вот глупо. Один из наших мастеров изготовил для тебя такую замечательную вещь и забыл вложить карточку. Как же мы сможем его поблагодарить? И как изумительно выполнены детали. Бьюсь об заклад, что Тони попросил кого–то сделать это, — неожиданно предположил Логан. — Может быть, так он хотел извиниться, как ты думаешь?

— Да, — прошептала я. Мне было трудно говорить, настолько потрясло меня свидетельство

неувядающей любви Троя. Логан решил, что меня поразил подарок. — Положи, пожалуйста, Энни в кроватку, — попросила я охрипшим вдруг голосом.

— Давай.

Логан взял у меня ребенка и осторожно положил в кроватку.

— Я отнесу это вниз, — сказал он, протягивая руку к домику.

— Пусть постоит здесь, я хочу его получше рассмотреть.

— Хорошо. Ну, мне надо обратно на фабрику. Я тебе потом позвоню.

— Хорошо.

Логан поцеловал меня в щеку и уехал. Я снова приподняла крышу домика, и чудные звуки наполнили комнату. Закрывавшее солнце облако уплыло, и освобожденное светило ворвалось в комнату, заливая своим теплым светом маленький коттедж.

Где–то в глубине моей памяти словно приоткрылась дверца, и я опять услышала звуки рояля. Мелодия росла и крепла, ее подхватил ветер, шевеливший занавески на окнах. Я посмотрела на голубое небо, как будто могла проследить за улетевшей мелодией. Потом я тихонько опустила крышу домика.

Я поставлю этот макет коттеджа на полку в комнате Энни, и, может быть, когда–нибудь спустя много лет я расскажу ей о том, что он означает. Я была уверена, что дочь поймет, почему я поступила именно так, а не иначе. Потому что я всегда буду говорить ей только правду. А правда лечит любые раны.

1 Ореховое дерево, растущее в лесах Северной Америки, с твердой древесиной. (Здесь и далее прим. перев.).

2 Так называют бедняков из белого населения южных штатов.

3 Виски с содовой и льдом.

4 Арнолд Мэтью (1822—1888), английский поэт и критик.

5 Гражданская война в США (1861—1865) между буржуазным Севером и рабовладельческим Югом.

6 Напиток из коньяка (или виски) с водой, сахаром, льдом и мятой.

7 Библейский пояс — районы на Юге и Среднем Западе США, жители которых отличаются большой религиозностью.