Падение

Кент Клэр

— Ленна дома, — пробормотал он, прикоснувшись губами к её волосам.

— Всегда Рон дома, — она погладила его челюсть. У него начала расти борода. Завтра нужно будет за ним поухаживать. — Ленна рада пещере, — прошептала она.

Он удовлетворённо проворчал, всё так же блаженно щурясь. Они оба млели от прикосновений друг к другу, но сейчас это была не прелюдия, а утверждение и осознание привязанности. Спустя время Рон снова стал обнюхивать её, даже как-то более тщательно. И вдруг пробормотал:

— Детка.

Ленна не думала, что

Кроо пользовались нежными словечками так, как это делало её бывшее окружение.

— Ленна не детка.

Рон поднял голову и взял её руку, чтобы поместить к ней на живот.

— Детка.

Ленна ахнула, поняв, что он ей говорит.

— Детка?

— Детка, — было слишком темно, чтобы увидеть его лицо, но Ленна могла сказать по звуку его голоса, что он улыбается. — Детка.

Если Рон был прав, срок беременности небольшой, не более нескольких недель. Как он мог догадаться, она понятия не имела, но Ленна почему-то знала, что он не ошибается в этом.

Она никогда не хотела ребенка. Ни разу в жизни не задумывалась об этом.

И всё же её сердце вздрогнуло от волнения и радости, когда девушка обдумала такую возможность.

Да. Она хотела иметь детей с Роном, и она не хотела больше ждать.

— Рада, — выдохнула она, снова расслабившись на кровати.

— Рад, — согласился Рон, поглаживая её щёку, живот, волосы.

В конце концов, девушка закрыла глаза, понимая, что в её старой жизни не было ничего, о чём стоило сожалеть. В нынешней ситуации она остаётся лишь в выигрыше.

Ленна думала, что Кроо были похожи на животных, когда впервые встретила их, но она ошибалась. В глубине души они не были примитивными. А вот в обществе Коалиции все души давно опустились до примитивности. Они были такими разными. Ленна ни о чём не жалела.

Всё человеческое, что действительно имело значение, у Ленна было здесь в избытке.

Эпилог

Волна глубокой, мучительной боли ударила Ленну, перехватив дыхание на мгновение. Ленна попыталась глубоко вдохнуть и сосредоточиться на сломанной ветке низкого куста, которую показывал ей Рон.

Пару раз в течение последнего месяца Ленна испытывала фальшивые родовые схватки, поэтому, когда сегодня днём у неё опять начались схватки, она не подумала, что время действительно пришло. И только теперь Ленна поняла, что зря игнорировала сегодняшнюю боль, схватки продолжались с учащающейся периодичностью.

— Ленна, — хрипло сказал Рон, всё ещё наклоняясь к сломанной ветке. — Видеть? Здесь ходят олени.

Девушка кивнула и с трудом сглотнула, испытывая нелепое и совершенно непонятное чувство самосознания, словно она не хотела говорить своему супругу, что у них скоро будет ребёнок.

— Да. Здесь ходит олень, — проговорила она, затаив дыхание, пока сокращение отступило.

Девушка была на последнем месяце беременности, практиковаться в охоте

в её состоянии было невозможно, Рон выводил её, чтобы научить читать следы. Это были одни из её любимых вечеров, и Ленна не хотела пропускать сегодняшний, хоть и чувствовала себя раздутой, тяжёлой и всё время больной.

Рон выпрямился, нахмурившись.

— Ленна… надоело? — он произнёс последнее слово осторожно, как бы пробуя. Он учил её поиску и отслеживанию, а она преподавала ему слова на её языке — слова, которые воплощали сложные или абстрактные мысли, которые не имели слов на языке Кроо.

Это было намного сложнее, чем она ожидала, научить его, что значит «свобода» и «мир», «снисхождение» и «скука». Для Ленны это было важно, она могла влиять на него так же сильно, как и он влиял на неё — они искренне делили жизнь и отношения.

Ленна улыбнулась.

— Ленне не надоело.

Брови опустились ещё больше.

— Ленна… устала?

Хихикая, она покачала головой. Ей нравилось, что он использует новые слова.

— Ленна не устала, — девушка поморщилась, когда началось ещё одно сокращение.

Очевидно, он увидел её дрожь.

— Детка здесь?

— Да, — она потянулась, чтобы держаться за его руку. — Младенец здесь. Пещера.

Рон настороженно кивнул, взял её за руку, повернул в направлении пещеры и начал идти. Они находились на расстоянии не более чем в несколько миль, но Ленна почувствовала сильнейшую боль, когда наступила следующая схватка. Ленна должна была признаться ему раньше. Ей не стоило откладывать. Она собиралась родить этого ребенка, и лучше бы это произошло в пещере, чем здесь, на траве. По правде говоря, Ленна была в ужасе. Так много младенцев на её глазах не прожили и первую неделю здесь, на этой планете. Ленна уже ощущала глубокую связь с ребёнком и с Роном. Девушка была бы опустошена, если бы потеряла их малыша.

Им пришлось идти медленно, потому что Ленна должна была останавливаться каждый раз, когда наступали схватки. И, в конце концов, боли стало слишком много, чтобы можно было двигаться. Сначала прогулка, казалось, помогала отвлечься, но теперь — боль была слишком интенсивной.

Ленна прижалась к руке Рона и, задыхаясь, вздрогнула. Впервые с тех пор, как вернулась на эту планету, она жалела, что не в больнице, что у неё нет лекарств и что у неё нет, по крайней мере, некоторых удобств цивилизованного мира.

Большую часть времени Ленна даже не скучала по удобствам, но роды…

Рон беспомощно издавал горловые звуки каждый раз, когда Ленна страдала от схваток. Рон гладил её волосы и спину, и девушка могла сказать, что он чувствовал себя ужасно, потому что был беспомощен что-либо сделать, чтобы помочь.

Они находились примерно в одной миле от пещеры, схватки уже обратились почти сплошной болью, Рон внезапно довольно хрюкнул и отпустил Ленну, чтобы наклониться и сорвать что-то из-под куста. Мужчина выглядел радостным, когда протянул ей пару листьев.