Падение
Шрифт:
3. Отель «Таити»
– Ты на себя рыбью чешую решила напялить? – Джо придирчиво осмотрел Риверу с ног до головы.
– Это Валентино, идиот.
Эйса шутку не оценила. На ней было чёрное коктейльное платье, расшитое пайетками. Оно было баснословно дорогим – таким деревенщинам, как Джо, этого не понять, зато публика «Таити» умеет определить ценник вещи с полу-взгляда, и Эйса не собиралась выделяться из толпы.
Ривера рассматривала фасад здания из окна машины, нервно поглаживая участок кожи чуть выше запястья,
– Чего ждём? – Эйса не любила ждать, отсрочки и заминки заставляли её нервничать и терять настрой.
– Сейчас, – Джо махнул рукой в её сторону. – Вон она. Идёт.
Из-за угла здания показалась крупная женщина с тележкой. Неосвещенный участок территории не позволял разглядеть её лицо – волосы были забраны в гладкий хвост, а светло-голубая униформа горничной едва сходилась на огромной груди. Она неспешно прошла мимо машины, и после, выйдя из-под прицела камер, резко свернула к ним. Джо распахнул заднюю дверь, и женщина грузно плюхнулась на сиденье рядом с Эйсой.
Ривере пришлось потесниться – габаритная горничная едва не выдавила её наружу. От неё исходил запах дешевых приторных духов и кухни, и Эйса торопливо раскрыла окна – не хватало еще провонять этим дивным букетом, тем самым уничтожив своё прикрытие.
– Эйсита! Сестрёнка, как ты?!
Эйса вздрогнула и повернула голову в сторону незнакомки. В её смазанных, грубых чертах она узнала Лупе, свою старшую сестру.
Ривера едва её помнила, ей было восемь, когда Лупе сбежала в Штаты в мешке из-под кукурузы, и, судя по всему, сумела здесь обжиться – в своих редких письмах домой она писала, что нашла честную работу и вышла замуж за американца. В ней теперь было больше центнера веса, а на лице чернели густые усы – Лупе постарела, подурнела и стала безумно похожа на мать.
– Какая красотка ты стала! Какая худенькая! – непроизносимая смесь испанского с английским валилась из её рта вместе с дурным запахом, вынуждая Риверу дышать в сторону.
– Лупита, – Эйса сдержанно улыбнулась и на медвежьи объятия сестры ответила скудным похлопыванием по спине – теперь придётся вылить на себя полфлакона терпких Герлен, чтобы отбить этот запах нищеты. Ривера не испытывала радости от встречи, ей было всё равно – прошло слишком много лет, чтобы родственные чувства вдруг всколыхнулись. В восторженных причитаниях Лупе искренности было не больше. Сестра явно помогала им не за спасибо, рискуя своей честной работой – внушительная пачка наличности оттопыривала ей задний карман.
– Вот это наш информатор. Как интересно вышло, да? – Джо смотрел на них с видом вершителя судеб, словно Эйса ему теперь по гроб жизни обязана за тёплую семейную встречу.
– Да, очень интересно, – равнодушно согласилась Ривера, заглатывая свежего ночного воздуха из раскрытого настежь окна.
– Вот, –
Ривере хватило нескольких минут в кабинке туалета, чтобы привести себя обратно в божеский вид. По дороге к главной площадке она захватила бокал шампанского с подноса услужливого официанта в смокинге – ей нужно было ненавязчиво осмотреться и проследить за нужными людьми. Её работа была доведена до автоматизма – толстый кожаный кейс она засекла в руках у секьюрити, который пересекал территорию отеля по направлению к выходу. Дело было за Джо – он и Шокер изображали бурную деятельность на выезде с парковки. Шокер вырубит всю технику, по которой машину охраны могут отследить, Джо вырубит саму охрану, Эйсе не придётся даже брать в руки пистолет. Всё просто, как дважды два. Даже слишком.
Когда трубка лежала мёртвым грузом в её ладони уже полчаса, Ривера начала нервничать. Суеты в зале не было, охрана не подорвалась на помощь своим, обстановка, за которой Эйса осталась следить, не изменилась. В чём причина заминки, она могла только гадать.
Телефон заскрежетал по барной стойке, когда Ривера мусолила второй бокал мартини. Она нервно заколотила ногтями по экрану, торопясь ответить.
– Пленка! Плёнка-антистресс, сука! Знаешь, такая, которую лопать можно? – Шокер кричал и заливался нездоровым смехом. Эйса напряглась – в его голосе были слышны нотки подступающей истерики. – Чпок-плёнка, ёпта! Нас поимели, крошка.
– Заткнись, Шоки, дай телефон, – на периферии послышался голос Джо вперемешку с шорохом и вознёй. – Эйса, нас ждали. Денег здесь нет. Чемодан набит упаковочной плёнкой. Не паникуй. Тебя не видели, тебя не знают. Помаячь там пару минут и сваливай. Я свяжусь с тобой.
Она выслушала отрывистый приказ Силвы и отняла телефон от уха не сразу. К горлу подступила тошнота, а тёплый ночной воздух захолодил открытые плечи и ноги. Внутри словно сжалась пружина, не дававшая ей сделать вдох. Эйса осмотрелась – в её сторону никто не шёл, суеты не было, она улыбнулась бармену и попросила повторить.
– Привет. Как тебе шоу? – она не заметила, как к ней за стойку подсели. Молодой мужчина кивнул на сцену, где грохала музыка и взлетали голые ноги бурлеск-танцовщиц. Ривера ничего не видела, шоу её не волновало.
– Скучно. Я собираюсь уезжать, – она вынула из сумочки мятую купюру и хлопнула ладонью по столу.
– Моя смена закончилась. Могу подвезти.
Ривера взглянула на него внимательнее. У него было добродушное, простоватое, но не лишенное обаяния лицо, прямой, открытый взгляд, развязанная бабочка небрежно обнимала шею, а смокинг сидел на нём более, чем неплохо. Официант или администратор. Скорее официант.
– Это не обязательно, но спасибо, – она сошла с барного стула, поправляя задравшийся подол платья, изобразила на лице безразличие и скуку в надежде, что парень окажется понятливым и отвалит от неё.
– Как тебя зовут?
Официант оказался и непонятливым, и весьма настойчивым, Эйса воздела очи к небу и вздохнула. Он тормозил её, он заставлял её терять драгоценные секунды и терять самообладание. Ривера не хотела привлекать внимание охраны разборками у барной стойки, потому натянуто улыбнулась и соврала: