Падение

Анифер Екатерина Анатольевна

– Если мы выживем, то нога моя не ступит ни на одну пустыню или болото, - поклялся Миракл.

– Ясно. Значит, отдыхаем.
– Лайл устало привалился спиной к большому камню и посмотрел на Кина.

– Охранка?

– Не надо. Я начертил круг, он нас предупредит. Хотя если учесть, что за все время проведенное здесь мы никого не встретили...
– ответил за него Крид.

– Всё равно, круг лишним не будет, - упрямо мотнул головой Лайл..

Вот уже восьмой день они брели по Долине. Подавленные, злые и молчаливые, они казались призраками

этого болота. Семь дней почти безостановочной ходьбы, хлюпающей под ногами грязи, однообразного бесконечного пейзажа и полной тишины. За время, проведенное здесь, фениксы не услышали ни единого крика птицы, не увидели ни одного животного. Даже вездесущие насекомые, казалось, повымирали. Единственная радость - изнуряющая жара пустыни и гор осталась позади. Но от однообразия пейзажа хотелось взвыть, отсутствие живности нервировало, а постоянное чувство наблюдения, заставляющее всё время быть начеку, подтачивало моральные и физические силы. Здесь не было ни клочка земли, где можно было бы передохнуть. После привала у края Долины, им так и не удалось найти место для отдыха. Даже есть приходилось на ходу, или ненадолго останавливаясь. Но даже после короткой остановки ноги уходили в трясину больше чем по щиколотку.

Каково же было изумление фениксов, когда они услышали негромкий девичий голосок, мурлыкающий песню на неизвестном языке, а шагов через пятнадцать увидели его обладательницу. Как ни в чем не бывало, девушка сидела в ворохе своих юбок и перебирала цветы, разложенные на коленях. Рядом стояла её корзинка... Но откуда здесь могла взяться девушка, сидящая непонятно на чём и перебирающая неизвестно откуда принесённые цветы? Лайлу показалось, что от голода и усталости у него начались видения. Похоже, девушка что-то почувствовала, так как подняла глаза и посмотрела на фениксов, стоящих в десятке шагов от неё.

'Какие у нее странные глаза, - подумалось Лайлу.
– В середине черный кружок, обведенный светло-карим кольцом радужки с вкраплением золотистых бликов, остальная часть глаза полностью белая'.

Повелитель Тьмы никогда не видел таких глаз. У фениксов глаза преимущественно одного цвета, темнеющего к центру. В боевой форме в глубинах вспыхивают постоянно меняющие своё место звёзды. Правда, когда перед тобой феникс в боевой форме, времени рассматривать его глаза просто-напросто не остаётся.

– Ой! А вы что здесь делаете?
– И, не дав ответить, девушка сама предположила: - Вы, наверное, заблудились, да? В эту часть Долины мало кто заходит.

Она быстро и в то же время аккуратно собрала с колен цветы и встала, оправляя юбки.

– Идёмте. Я вас провожу к селению. Как вы могли заблудиться?

Девушка подхватила корзинку и пошла так легко, будто не касалась поверхности. Команда недоумённо переглянулась и потянулась следом. С первых шагов фениксы поняли, что идут намного медленнее своей провожатой. Создалось впечатление, что болото их удерживает, не хочет выпускать топчущие его ноги. Каждый шаг давался много тяжелее, чем раньше.

Но кто признается в своей слабости девчонке? Она же шла легко и свободно, не замолкая ни на мгновение:

– В Долину часто приходят чужестранцы, но мало кому разрешают по ней путешествовать... судя по внешнему виду, вы проделали долгий путь. Да?

– Да.

– А меня никуда не пускают. Говорят, нужно учиться. Нет, я ничего не имею против, мне это очень нравится. У нас очень хорошие, умные учителя. Но я всегда мечтала путешествовать. Увидеть мир вокруг. Познакомиться с другими народами. Посетить столицы больших империй... Но нельзя, пока не закончу обучение. А вы откуда?
– она оглянулась. На хорошеньком личике появилось сострадание.
– Вы, наверное, очень сильно устали, да?

– Нет!
– раздраженно рявкнули в полном единодушии фениксы.

В этих странных глазах заблестели слезы, на лице появились обиженность и непонимание.

– Я вас чем-то рассердила, да? Я не хотела. Правда. Просто... За что вы на меня сердитесь?

Лайл не смог выдержать взгляда этих невинных добрых глаз и отвернулся. Против воли он произнес:

– Мы не на тебя сердимся. Просто мы... устали. А еще это демоново болото!

– Какое болото? Вы обиделись на какое-то болото, да?

– Ни на что мы не обиделись!
– рявкнул раздосадованный мимолётной слабостью командира Кин. У девушки в глазах вновь появились слезы.

"Если она разревется, я сбегу", - мрачно подумал Лайл.

– Но я не понимаю, при чем здесь я. Почему вы направляете на меня свои негативные эмоции, если они предназначены чему-то другому?
– Лайл ошарашено посмотрел на девушку, не понимая, откуда она это взяла.
– Вы не правы. Нельзя ни на кого злиться. Иначе ему от этого будет плохо. Нельзя злиться даже на болото. Ему тоже может быть плохо.

Фениксу начало казаться, что у него не все в порядке с головой. Откуда вообще взялась эта ненормальная? И как БОЛОТУ может быть плохо, если на него злиться?

– И вам потом тоже будет плохо. Потому что негативные эмоции проникают в вашу энергетику и затем не дают в полной мере наслаждаться жизнью вокруг. Если оно вам чем-то навредило, простите его. Оно, скорее всего, не хотело. И попросите у него прощения за то, что злились на него. Вы должны быть в гармонии со всем, что окружает вас. Это помогает достичь гармонии в себе. Ну? Попросите прощения. И я уверена, что это болото не будет держать на вас обиды. Произнесите: 'Я прошу у вас прощения'. Это ведь так просто.

Девушка подошла к Лайлу, встала на носочки, но все равно оказалась ниже феникса, и взволновано заглянула ему в глаза, слегка прикусив нижнюю губу, похоже от сильного наплыва эмоций. В этих глазах была такая настоятельная мольба, что Повелитель Тьмы, чувствуя себя последним идиотом, сказал:

– Я прошу у вас прощения.

Девушка нахмурилась.

– Ты не у меня должен просить прощения. И вы должны искренне раскаяться в своих словах и мыслях.