Падающий

Радин Сергей

Девушка и мужчина не испарились, хотя втайне я рассчитывал с ними уже больше не встретиться. Девушка лежала близко, лицом ко мне. Сердце сжало. Я узнал её. Женщина, обстреливавшая Ильма, который падал в пропасть. Она верила, что он будет жив. Поэтому стреляла, убивая на нём кровососущих тварей. Лишь раз взглянув на неё тогда, я запомнил темноглазое скуластое лицо, полное решимости помочь.

Чуть скосил взгляд. Где мужчина? Забыв, что лучше дышать ртом, втянул воздух носом, вздохнув. И - охнул от боли. Чёрт, не сломала ли сущность мне нос?..

Татуировки,

врезанные в тело. Подполец, который шёл рядом в тот день, когда я проехался на бармаглоте из бездны. Всё тело в татуировках. А я думал - только лицо.

Что же. Их только что убили? Сейчас? Женщину я сегодня видел. Татуированного - нет. Кто - убил? Бездна? Или те твари, которых она засылает в наш мир?

Из носа потекло, противно щекоча ободранную кожу. Сначала думал - сопель. Опустил меч и провёл ладонью под носом. Кровь. Руку тела рядом всё неосознанно боялся отпустить. Типа, отпущу - сразу и трупы поднимутся, и сущность сгустится.

Теперь видел не только тела, лежащие в непосредственной близости ко мне. Много металлических столов и каких-то приборов на них.

Но я терпеливо ждал, когда станет видна лестница. Встать ещё боялся. Но очень хотел разглядеть, что же там.

Когда обозначились ступени, слева от них разглядел чёрное пятно. Гарм. Неподвижный. Настолько неподвижный, что выть захотелось от тоски.

– Гарм…

Мой шёпот вряд ли услышал бы даже человек с хорошим слухом.

Но - чёрт всё подери!
– чёрное пятно зашевелилось!

Гарм встал на лапы, постоял немного и медленно, раскачиваясь на каждом шагу, потопал ко мне. Он шёл, ссутулившись, словно не веря, что врагов больше не осталось. У тела татуированного подпольца он остановился понюхать. А может, только изображал, что нюхает - набираясь сил, чтобы дойти до меня. Но мимо женщины прошёл равнодушно, словно не заметив. Значит, останавливался не отдыхать. Возможно, мужчина когда-то был знаком псу.

Гарм подошёл справа. Сначала заглянул мне в глаза. Изучающий такой взгляд. Точно хотел увериться, я ли это ещё. Потом наклонил косматую башку лизнуть руку - и лёг рядом, не обращая внимания на тело слева от меня.

Ещё минуты через три лампы в подвале засветились в полную мощь.

И лишь тогда смогли войти сюда остальные, кого бездна до сих пор не пускала.

Пару раз споткнувшись и чудом не полетев на ступенях, сбежал сверху профессор Легатта. Завертел головой, разыскивая меня.

Два пацана с оружием впереди, двое - сзади. Доктор Арнольд с личными секьюрити. Деловой, с чемоданчиком в руках, как врач полевого госпиталя.

– Вадим! Вадим!

Я сморщился. Ну чего они орут? Трудно просто осмотреть помещение и найти меня без воплей, которые резко бьют по нервам?

Пока они нашли меня, я успел приподнять правую руку и опустить её на загривок Гарма. Левой всё ещё сжимал ладонь Дэнила. Святое семейство, блин.

28.

– Попробуйте только… сдвинуть меня с места…

–

И что? Ругаться будешь? Драться?

"А правда, Вадим, что сделаешь?"

– Помру, - буркнул я.

Смотреть не мог в глаза потрясённых мальчишек. Что они видели? Даже думать не хотел. Чувствовал себя грязным, раздавленным в лепёшку и колючим от засохшей крови. Хуже всего, что при народе расслабился окончательно - и тело сразу взвыло от неимоверной боли.

– Что здесь было?
– в очередной раз спросил Легатта, бережно отсоединяя провода от Дэнила, чтобы первым делом именно его водрузить на каталку, на которой тот лежал уже несколько лет.

– Вам… в подробностях?

– Молчите уж. Сначала приведём вас в порядок, потом уж… - с откровенной жалостью сказал доктор Арнольд, присев передо мной и вынимая из чемоданчика перевязочный материал.

Молчать - с удовольствием. Ещё поспать бы.

"Ты знал о Дэниле?"

– Да.

– Что, Вадим? Ах, вы, наверное, с Диланом…

– Так, мальчики. Наверху, справа от двери сюда, носилки. Тащите их сюда.

Мальчишки гордо фыркнули на профессорское "мальчики" и помчались наперегонки по лестнице.

– Откуда у вас… Дэнил?

– Он пришёл ко мне сразу после похорон Дилана. Вроде здоровый. Только шишка небольшая на затылке. Но бледный, как смерть. Внутренние органы в порядке - а умирал на глазах. Сказал, кто-то тянет из него энергию. Что его сил не хватает, чтобы оградить себя от энерговампира. Попросил устроить искусственное силовое поле, отсекающее от него присосавшегося. Пока я подсоединял к нему приборы, он отключился. Жизненные процессы шли вяло, но он жил. Потом пульс и работу мозга можно было проследить только с помощью очень чувствительных приборов. Он впал в подобие летаргического сна. Я не решался отключать систему, кормил внутривенно. Всё казалось - вот-вот очнётся. Пару раз был сбой в системе. Будто перенапряжение…

– Врёте вы всё… - прохрипел я.

– Что?
– Он остановился, удивлённо глядя на меня.
– Я? Вру? О чём вы?

– Помните… Вы сказали о пластической операции. Вы ведь были твёрдо уверены, что Дилан умер. Но говорили, что меня подослали. Кого вы имели в виду? Не Дилана. Значит - Дэнила. И ещё. У Дэнила на плече - тату.

Я со стоном разогнулся и чуть склонился над безжизненным телом Дэнила. Тигриная морда на его коже впечатляла.

– В мастерской со Среднего уровня сказали, что такие татуировки делает только старый мастер с Нижнего, и дал мне ваш адрес. Вы были знакомы с Дэнилом раньше.

– Пока я не могу ничего сказать!
– заявил профессор, встревоженно глядя на доктора Арнольда.

– Доктор Арнольд тоже знал Дэнила. Как и Мирон. Тот парень, что остался в Подполье. Проф, надо говорить всё, что знаете. Дилан заблокировал свою память. Сейчас она постепенно прорывается. Нужно, чтобы процесс прорыва шёл быстрее. Он начинает вспоминать, когда узнаёт хоть часть прошлого.

– Не для чужих ушей.
– Легатта недовольно взглянул на меня: мол, как ты этого не понимаешь?!