Пациентка
Шрифт:
— Выезжаю, — буркнул Бергман и в половине седьмого утра уже здоровался с бледными, все еще пребывающими в глубоком шоке родителями Джонни Биллингема.
— Где он, сержант? — повернулся Бергман к подчиненному.
— Пойдемте, сэр… Осторожнее, здесь кровь.
Бергман вошел в спальню и оторопел.
— Матерь божья!
Пацана явно застали врасплох, прямо в постели и убивали шилом. Десятки — нет, сотни! — багровых точек и множественные потеки запекшейся крови покрывали его тело почти целиком, но не это было по-настоящему страшно.
Деньги,
Нэнси собралась менее чем за четверть часа. Смыла копоть, одела скромное деловое платье, навела неброский макияж, а вскоре уже парковала машину на стоянке возле управления. Приветливо кивнула разгоряченно жестикулирующему, окруженному офицерами Бергману, сообразила, что тот ее даже не заметил, и, всем своим существом переживая идущее снизу вверх жаркое томление, поднялась по ступенькам и прошла на второй этаж. Отыскала взглядом нужную комнату, постучала и вошла.
За столом сидела Роуз.
Внутри у Нэнси все оборвалось.
— Проходите, миссис Дженкинс, — мгновенно опустив глаза в стол, пробормотала сверхпреданная напарница Джимми и виновато добавила: — Все офицеры на выезде, и протокол поручили составить мне.
Нэнси некоторое время пыталась понять смысл сказанного, но не смогла, а потому просто кивнула и присела на стул — самый дальний от стола и самый близкий к двери. Она видела, что Роуз тоже не в своей тарелке, но это могло означать что угодно. Например, что ей неловко предъявлять обвинение в разгроме офиса законной супруге своего любовника. В глазах у Нэнси слегка поплыло.
Напарница мужа переложила на столе несколько листков и предательски дрогнувшим голосом начала:
— Миссис Дженкинс, продавец бакалейного магазина, что возле школьного парка, показал, что вы заходили к нему за покупками.
«Тальбот! — охнула Нэнси. — Они меня вычислили!» — она и думать забыла об этом чертовом психе!
— По времени это в точности совпадает с моментом покушения на мистера Тальбота, — торопливо продолжила Роуз, — и вопросы у меня простые…
Нэнси попыталась взять себя в руки и не сумела. В глазах все еще плыло, а руки затряслись так сильно, что ей пришлось спрятать их за поставленную на колени сумочку.
— Это ведь ваша машина была припаркована у магазина?
Отрицать этот факт было бесполезно.
— Моя, — глухо признала Нэнси.
Роуз приободрилась и быстро пометила что-то в лежащем на столе бланке.
— И вы пробыли в магазине совсем недолго?
— Да.
— И вышли до того, как в районе городской школы прозвучал выстрел?
Нэнси молча мотнула головой.
— Опишите мне, что происходило дальше.
По спине Нэнси, снизу вверх, промчался жаркий
Роуз некоторое время ждала и, видимо, желая напомнить о себе, прокашлялась.
— Когда вы вышли из магазина, вы сразу же направились к машине?
Нэнси непонимающе моргнула и, лишь когда Роуз повторила свой вопрос, сумела на секунду сосредоточиться.
— Да.
— Но вы слышали этот выстрел?
Нэнси как очнулась, посмотрела на Роуз и вдруг осознала, что напарница ее мужа вовсе не пытается загнать ее в угол. Более того, она помогает!
— Конечно, слышала, — кивнула она. — Я так думаю, его все в округе слышали.
Роуз с облегчением вздохнула.
— Скажите, миссис Дженкинс, кроме вас, возле магазина или у парка кто-нибудь еще был? Женщина, я имею в виду.
«Женщина…» — Нэнси сразу вспомнила рассказ Джимми о том, что полиция знает, что в Тальбота стреляла женщина.
— Я никого не видела, — честно ответила Нэнси. — Возле магазина я совершенно точно была одна, а вот в парке… Я в ту сторону и не смотрела даже. Пока не выстрелили.
Роуз удовлетворенно кивнула.
— Сколько выстрелов вы слышали?
— Один.
— И… что после этого? Вы, наверное, испугались и уехали?
Нэнси молча мотнула головой в смысле «да», и Роуз вновь с облегчением вздохнула и склонилась над бланком протокола допроса.
— Подождите минутку, миссис Дженкинс. Я только запишу ваши показания.
Роуз принялась что-то строчить, а Нэнси смотрела и все глубже понимала, что могла засыпаться на самом невинном вопросе, типа «вы услышали выстрел до того, как сели в машину, или после?». Но любовница ее мужа не сумела задать этого вопроса, — как теперь понимала Нэнси, — только потому, что не смогла посмотреть в лицо своей собственной проблеме.
«Чертов Левадовски!»
— Распишитесь, пожалуйста, — разложила листки протокола на столе Роуз, а когда Нэнси подошла, тихо добавила: — И простите меня, если сможете… я сама не ожидала, что так выйдет…
Нэнси на секунду замерла, но взяла себя в руки, подошла и быстро поставила на бланках допроса аккуратную подпись.
— Я не знаю, Роуз, что тебе сказать, — глухо произнесла она. — Что сделано, то сделано.
— Вы ведь не скажете Бергману? — умоляюще заглянула ей в глаза снизу вверх Роуз.
Нэнси задумалась. Такая мысль ей в голову не приходила, и она не понимала, как до этого сумела додуматься сама Роуз, разве что сделала свои выводы из переданного Джимми при ней начальственного приглашения на барбекю.
— Я обещаю, что этого больше не повторится, — тихо добавила Роуз.
Конечно, по правилам, пусть и сам живущий с Маргарет во грехе, начальник местной полиции должен был на подобный донос отреагировать жестко — вплоть до служебного понижения Роуз Лестер, но Нэнси вовсе не была уверена в том, что так уж хочет отомстить напарнице своего мужа. Не в ней ведь проблема.