Пациентка. Часть вторая
Шрифт:
И вот наступал тот самый момент, когда наконец- то можно разрушить горки салатов, украшенные веточками петрушки и укропа, и никто больше не кричал «это на стол, это для гостей, жди вечера».
Семья собралась за длинным новогодним столом, в самой большой комнате, около украшенной новогодними шарами, сосульками, дождиком и мишурой елки, и они все вместе, дружно начали провожать «старый год».
Одиннадцать часов вечера 31 декабря всегда было самым любимым временем для Али, когда она жила дома, с родителями. Все домочадцы одевались
Так было и сегодня 31 декабря 1999 года. Аля сразу вручила всем подарки и с удовольствием стала разглядывать домашний новогодний стол. Она наложила в большую тарелку с золотистой каемкой и нарисованной в центре розой любимый «Оливье» с колбасой, «Сельдь под шубой», жареные колечки кальмаров в кляре – фирменное блюдо сестры, и конечно мамин холодец с горчицей.
Аля не культурно набивала рот салатами, и поглощала все как самый голодный в мире человек, успевая что- то рассказывать, размахивая руками в воздухе. Племянники бегали вокруг стола за разряженным в мишуру котом, который пытался освободиться от своего новогоднего украшения.
Аля чувствовала, что отметить новый год с родными – это самое классное ее решение, ей было так хорошо, радостно и спокойно. Она встретила новый 1999 год, чокнувшись бокалом советского шампанского, со всеми родными для нее людьми и прокричала несколько раз «ура». Потом они вышли во двор, чтобы поджечь бенгальские огни и снова выпить на легком морозце шампанского.
Все казалось действительно волшебным, они все вмести сидели около телевизора и смотрели новогоднюю программу, когда в дверь позвонили.
– Наверное, это соседка тетя Маша с дядь Юрой! – мама подскочила с дивана и пошла открывать дверь, готовясь радостно поздравить соседей.
Но Аля не услышала знакомых с детства соседей, напротив, до ее ушей донесся, слегка хриплый и бархатный голос: «С новым годом Вас, Маргарита Павловна».
Аля замерла, ей казалось, что у нее начались звуковые галлюцинации. Аля медленно двинулась в длинную, похожую на коридор коммуналки прихожую и увидела маму, которая держала в руках огромный букет белых роз, совсем растерявшуюся от неожиданности.
Его вязаная шапка была припорошена снегом, а по длинному кожаному плащу стекали струйки растаявших хлопьев. Аля только и смогла сказать одно слово «Слава», ей показалось, что комната сужается, превращаясь в мутный черный коридор.
Очнулась она через несколько минут в его руках, в прихожую на шум прибежали все: папа, сестра, ее муж Иван и племянники.
Але казалось, что она спит, не верила, что почти упала в обморок. Она взглянула на Славу, будто стараясь убедиться, что это не сон и опять повторила: «Слава»
– Алечка, доченька, с тобой все в порядке? – суетилась около нее мама.
Аля встряхнулась и освободилась из рук Славы, он все еще поддерживал ее. Все вопросительно на нее смотрели, ожидая ответа, кто же этот
– Это Слава, мой хороший знакомый из Москвы.
Похоже, ее ответ не слишком удовлетворил любопытство, так как ровным счетом ничего не стало понятнее, во- первых, почему он оказался здесь в эту праздничную ночь в совершенно чужом городе, во- вторых, зачем. Но то, что сказал Слава, окончательно повергло в шок всех присутствующих:
– Маргарита Павловна, Федор Петрович, я приехал, чтобы как бы это сказали в совсем старые времена, – он слегка запнулся, но потом взял себя в руки, – Чтобы просить руки вашей дочери.
Але начало казаться, что она во второй раз упадет в обморок. Первой пришла в себя сестра:
– Господи! Что мы тут все застыли! Слава, проходите в зал! Вы, наверное, только что с самолета?
Потом и мама подхватила:
– Ну конечно! Слава, простите нас, такая неожиданность! Вы и правда, застали нас врасплох!
Через несколько минут все опять оказались за большим домашним столом, Катюшка и Сашка сидели на коленках сестры и ее мужа, уплетая новогодние мандарины, и закусывая их шоколадками и конфетами, извлекаемыми из новогодних подарков.
Папа поднял бокал за знакомство, и Аля, наконец, поверила, что у нее не новогодняя галлюцинация, и что Слава сидит рядом и восторженно смотрит на нее.
И не только он, все смотрели и ждали, а Аля совсем забыла, что ей надо что- то ответить, и вспомнила о своем обещании подумать, а теперь Слава прилетел уже в третий раз к ней во Владивосток, чтобы просить ее руки.
Это было невероятно и почти неправдоподобно. Аля залпом выпила бокал шампанского и сказала:
– Да, Слава, я выйду за тебя замуж, – она сделала паузу, – Но с одним условием, о котором я тебе скажу позже.
Мама всплеснула руками:
– Аля, ну ты, как всегда, никуда без интриг!
Папа прибавил:
– Слава, я всегда говорил, что у нашей дочки «горе от ума», вечно какие- то шарады загадывает.
– А я люблю разгадывать, особенно если их сочиняет ваша дочь, – и Слава так посмотрел на Алю, что у нее в животе мгновенно разлилось тепло и пробежались мурашки.
Глава пятьдесят седьмая «Слушай себя»
Что и говорить, большего подарка Аля не могла пожелать для себя в этот новый год. Один из самых ценных советов Марины, которая обучала ее, и еще несколько девчонок секретам женской магии и познанию собственного тела, звучал так: «Слушай себя».
Аля теперь на сто процентов убедилась, что этот совет правильный. Теперь она даже не могла представить, что бы произошло, если бы она уехала в Турцию с Ромой, или на дачу с Валерой, или приняла приглашение в ночной клуб. Аля поежилась от неприятных мыслей и вообразила, что Слава появился на пороге их квартиры и не застав ее там, просто развернулся бы и ушел.