П-П 7
Шрифт:
Оглядываться Игорь не стал, знал, что парни всё будут делать так, как нужно, выстраиваясь в колонну по два с замыкающим её Гарки. Сразу задав темп, попаданец неспешной трусцой побежал к кромке находившегося в полутора сотнях метров леса.
– Хорошо, что это не Омаха-Бич, – усмехнулся Егоров на ходу, – Иначе часть наших кораблей потопили бы на подходе, а впереди сейчас ждали пулемёты.
Наверное, ожидание боевой работы и прилив адреналина заставили землянина вспомнить об одной из пяти точек высадки союзников в Нормандии в сорок четвёртом году.
– Что, господин? – переспросил поравнявшийся с командиром Лепесток.
Этот янычар когда-то был самым разыскиваемым домовым воришкой, сумевшим однажды обнести даже хорошо охранявшийся столичный особняк графини Исталы Оммарской.
Лепестка всё же поймали – сдал кто-то из старших воров – и орать бы ему на ратушной площади от жестоких предсмертных болей, да объявился в гирфельских краях загадочный фаворит новой государыни, и жизнь молодого преступника, во-первых, сохранилась, а, во-вторых, резко изменилась – в очень благоприятную, захватывающе интересную и прилично оплачиваемую сторону.
– Стреломёты и арбалеты, говорю, нас за деревьями не поджидают, – пояснил Игорь, – Не спрашивай больше ни о чём, береги дыхание, – он почувствовал и разглядел под ногами вместо песка твёрдый грунт, усыпанный хвоёй.
Биранский лес, как попаданцу и докладывали, был вполне удобен для перемещения по нему. Густая зелень копилась в основном в кронах высоких деревьев, напоминавших ливанские кедры, а незначительные по размерам участки подлеска и кустарника легко обходились, точнее, обегались – попаданец на шаг не перешёл.
При том, что сейчас стояла самая середина лета, и днём, порой, становилось весьма жарко, ночью, особенно, в приморских частях Полуострова было весьма комфортно – по ощущениям, не больше двадцати градусов, да ещё и радовал тело и душу освежающий бриз с океана.
Бежалось хорошо и думалось тоже. Выскочившая у землянина случайно фраза про пулемёты, увела его мысли в сторону очередного прогрессорства. Почему нет? Всё равно ведь пока больше заняться нечем, кроме, как двигаться и размышлять.
Егорову вспомнилась картинка древнего китайского многозарядного стреломёта. Если сделать такие в миниатюре для вооружения ими своих янычар, то чем не пулемёты получатся? Ну, хорошо, не пулемёты, а пистолет-пулемёты. Так даже лучше.
За то время, пока землянин бежал до того, как отдать команду на короткий привал, он успел представить несколько вариантов ручной механической полуавтоматики.
– Стой, – перейдя на шаг и обернувшись, сказал граф Приарский, – Смотрю, даже не запыхались, хотя километра три уже отмахали. Орлы, чё.
– Как натренировал, командир, – подбежал к попаданцу Гарки, – Могли бы и не останавливаться.
– Могли, – согласился Игорь, – только я хочу, чтобы все к городским стенам пришли совсем свежими. Поэтому, десять минут отдыхаем.
Янычары, помимо своего обычного для спецназа вооружения –
– Сиднирус, – окликнул Гарки одного из своих янычар, шляющегося на краю поляны позади двоих своих товарищей, склонившихся над найденным родником, – Брось ты свою палку, не убежит она от тебя.
При янычарах имелся и отрядный комплект для преодоления стен – три мотка тонкого прочного каната, набор альпинистских костылей из качественной стали и складной восьмиметровый шест, разобранный на четыре части, одну из которых нёс янычар со столь сложным именем Сиднирус.
Взбираться с помощью длинной жерди на городские укрепления, когда один боец, схватившись за конец шеста, бежит по стене вверх, а двое других, взявшись за другой край, его толкают, ученики попаданца умели не менее ловко, чем обезьяны скакать по своим лианам.
Для самого Гжара в данный момент такой способ не подойдёт – помешает ров, который засыпать нет возможности и времени – зато графский замок, находившийся внутри города и не имеющий перед собой преграды даже в виде канавы – вполне годится использовать, как и для преодоления рва, мост-то на ночь поднят, а переплывать вонючую канаву, погружаясь в нечистоты, как те, вызвавшие злость Латаны двое менял, ни у графа, ни у его парней желания никакого нет.
Егоров посмотрел на родные «Командирские», отсчитавшие прошедшие десять минут, и поднял свой личный состав.
– Вперёд, – попаданец поправил висевший за спиной меч и вновь возглавил колонну.
Вскоре они выбежали на вырубку, которая образовывала пространство между городскими стенами и лесом.
Через четверть часа должна появиться на небе первая из лун, так что, времени укрыться в тени Гжарских укреплений оставалось с запасом. Попаданец всё рассчитал точно.
– Аккуратно. Под ноги смотрите, – тихо сказал землянин, – Пеньки повсюду.
В подобных указаниях янычары не особо и нуждались, однако бывший спецназовец считал, что повышать бдительность и осторожность иногда следует.
Добравшись до рва, бойцы отряда перекинули через него свинченные друг в друга три секции шеста, ловко перебежали по пружинящей опоре к стене и, забрав свой импровизированный мостик, вновь разобрав его на запчасти, тихо двинулись цепочкой по направлению к надвратной башне.
– Господин, разреши мне первому? – спросил сзади Лепесток, когда Игорь подошёл к стыку стены и башни.
Граф Приарский посмотрел на горящие в темноте азартом глаза шедшего за ним янычара и усмехнулся.
– Собственно, именно это я тебе и хотел предложить, – согласился Игорь, – Мирт, у тебя костыли и верёвка? Отдай их Лепестку.