П 4
Шрифт:
– Причина в том, что воронят доспехи только на Руси.
Есть такое дело. Остальные предпочитают форсить в начищенных доспехах. Что Романову совершенно непонятно. И ладно бы он в свое время сохранил способ в секрете, но ведь ничего подобного. Однако, европейцы, да и многие русичи, не желали ходить в черных доспехах, предпочитая броню сверкающую на солнце.
– И кто при своем уме не признает в вас русичей? – пожал плечами Михаил. – А что до меня, то я лях, и на это указывает мой говор. Я и прежние свои
– Ну, а то, что оно новое?
– Да без разницы. Но если тебя это беспокоит, сейчас обработаю песочком, живо состарится.
– Делай, – наконец сдался десятник.
Ночка выдалась короткой и толком отдохнуть не получилось. С рассветом весь десяток, выстроился на заднем дворе, облаченный кто во что горазд, словно и не княжьи дружинники, а сборная солянка. Есть такое дело. Сегодня на Руси облачение и вооружение у дружины однотипное. Что серьезно выделяет их в ряду других государств и выводит в один ряд с Византией.
Несмотря на ранний час, провожать их вышел лично князь. Подозвал к себе Горазда, о чем-то с ним потолковал, после чего обратился к остальным.
– Други мои, дело я вам поручаю серьезное и важное. Не удивляйтесь, что идете вы тайно, и тому, что называться будете не моими дружинниками, а дружиной наемников, пробавляющейся охраной караванов. То нужно для дела. И главное помните. Не просто так мой выбор пал именно на вас, а от большого доверия. Потому как дело это важное и опасное. В ком ином может и усомнился бы. Но только не в вас. С богом.
Вот молодец какой. Повысил самооценку дружинников, подпустил немного лести. Взрослые мужики, прошедшие не одну сечу, забравшие многие жизни, получившие множество ран. Но по сути добродушные и наивные. А то как же! Князь добрым словом помянул, доверие выказал. Ни кому иному, а именно им. Вроде и немудреные слова, а вои готовы горы свернуть.
Только об этом и разговоров было, пока они покидали просыпающийся град. Михаил же лишь отмалчивался, да вслушивался в разговоры. Время есть. Еще успеет задать наводящие вопросы. Пусть пока сами говорят. Глядишь и всплывет что-то интересное.
Самому ему все же лучше держать рот на замке. Легенда у него шита белыми нитками. И уж тем более на фоне того, что направлялись они по торговому тракту, по которому он добрался до Червеня. Только теперь он двигался в обратную сторону. Причем, в небезызвестный городишко Тарнув, куда ин предстояло добраться к исходу завтрашнего дня. А там его ведь могли и опознать. Не обязательно, но все же.
Помнится в фильме его детства «Пограничный пес Алый», прапорщик ставя задачу кинологам сказал – «собакам при необходимости давать десятиминутный отдых, себе специального отдыха не давать». Вот точь в точь их ситуация. Лошадям передышку еще давали, кроме того, несколько раз переходили на шаг,
Вот интересно, если они так спешат, отчего бы тогда было не выдвинуться одвуконь? Да они тогда это расстояние и вовсе за день покрыли бы. И не так вымотались бы, как сейчас. Но нет, отправились имея по одной лошадке.
Впрочем, это ведь тайная операция, а они выступают в роли наемников в поисках работы. А в такой ситуации заводная лошадь смотрится более чем странно. Ну вот зачем она им при охране каравана, который и без того плетется со скоростью пешехода? То-то и оно, что не нужна. Зато требует ухода и дополнительных расходов на содержание.
На ночь встали километрах в сорока от своей цели отмахав за день не меньше девяноста. Да еще и прежде чем позаботиться о себе, обиходили лошадей. Это животное насколько полезное, настолько же и капризное. У нерадивого хозяина быстренько ноги протянет, ну или копыта отбросит, это уж как кому.
Управившись с лошадьми, приступили к приготовлению ужина. За день устали настолько, что ни о каком сне не может быть и речи. Нужен минимум час, чтобы отдышаться, развеяться и сбросить напряжение. А то эдак завалишься и проворочаешься всю ночь.
Ну, а раз все одно время тратить, то и причин сидеть на сухомятке никаких. Каша приготовится достаточно быстро, а под горячее оно и спаться будет куда лучше. Еще и часовым придется бороться с сонливостью.
Пока ждали ужин говорили обо всем и ни о чем. К слову, вспомнили и о выселках. Эдак мимоходом, как о некоей ссылке для дружинников. Потому как туда в основном определяли новичков и командиров из старой дружины. Михаилу сделали исключение, потому как такие вои встречаются нечасто.
Вот так. То есть, если свои поминают о выселках, то тут все нормально, и Горазд стойку не делает. А как только распустил язык Пересвет, то непременно доложить по команде. Видел Романов как десятник обращался к сотнику, легонько кивнув в его сторону. И таки да. В свете этого вполне возможно, что сейчас бойцы забрасывают удочки, на случай заинтересованности Михаила. Если так, то не дождетесь.
– Михайло, а чего ты отмалчиваешься? – поинтересовался балагур Зван.
– Так, а о чем говорить-то?
– Да хоть о бабах, а то прямо как не родной.
– Ну ты прямо как мой знакомец: Если мужик не пьет, либо дюже хворый, либо дюже сволочь.
Вроде и не сказал ничего такого. Однако десяток грянул дружным хохотом. Вообще-то, и не десяток, а полная дюжина. Неровный счет, обычная практика в местных реалиях.
– Я запомню, – вытирая глаза, произнес Зван. – А можешь еще чего рассказать. А то браты мои шутки уж все знают.
– Ну, может тогда тишком тебе расскажу, а ту уж потом всем и поведаешь.