П 3
Шрифт:
Не знаю, почему так сказал, в тот момент мне это казалось правильным. Посох из моей руки вернулся в печатку. Глаза ящерицы тлеют двумя угольками. Остался стоять я один. Трое присутствующих застыли на одном колене, остальные склонились в низком поясном поклоне. Похоже, Символ Власти, даже ушедшей династии, это тебе не просто красивая палка с изящным орнаментом. Только через несколько минут народ полностью пришёл в себя и встал тесной кучкой.
Разговор с Нестой был сорван. Мало того, артефактор и алхимик, уже переодевшийся в старомодную, но приличную мантию, утащили меня в уголок и загородили телами. Леонард поинтересовался планами в Гильдии, а когда услышал,
– Мессир! Как я вас понимаю! Разбирать мелкие дрязги людишек, это не ваш уровень! Вы рождены для большего!
Тут непредставившийся старик-алхимик задал вопрос о правильном цвете Зелья Долгой Жизни. Я объявил о своём невежестве. Сказал: во-первых не знаю такого. Во-вторых, признался в отсутствии ингредиентов. У меня нет ни Пера Ангела, ни Волоса из Хвоста Демона, ни Дыхания Дракона. В-третьих, что касается его вопроса, главное, не то что я или он считаем изумрудным цветом, а то как считал автор.
Лично я признал бы не совсем корректной фразу рецепта "настаивать около шестидесяти дней до появления нежного изумрудного оттенка", а проверял бы цвет каждые 12 часов, начиная с 44 дня. Ведь реагенты достаются разной степени кондиции и сохранности. То же Перо Ангела случается маховое, а бывает и контурное.
Мы наслаждались разговором, но тут из-за спины алхимика влез нахальный секретарь с вопросом о Прахе Вампира. Вдвоём заткнули неуча, который Прах Вампира с Прахом Лича путает. Да ещё и в разговор умных людей лезет. Понизив голос, я тихонько намекнул собеседнику, что при его возрасте Зелье Долгой Жизни подходит не идеально. Прожить 100 лет, постарев на 10, хорошо тем, кто помоложе. Если ингредиенты есть, ему бы больше подошло Омоложение. Да, Некромантия. Но Белая! Ничему и никому не вредящая.
Старик в ответ шепнул, в смысле, что не знает ни потребностей в ингредиентах, ни о самом заклинании. Сказал ему:
– Решим вопрос. Только потребности есть у многих, а ингредиентов на всех не хватает. Потому лучше молчать, чем говорить.
Мой собеседник скривился в заговорщицкой ухмылке.
– Для такого дела найдём чего и сколько надо. А узнать никто ничего не сможет.
Тогда я уточнил:
– Одно заклинание молодит лет на десять. Первый раз наложим дважды, а потом не чаще раза в год. Лучшее время для наложения - ночь перед Праздником Всех Богов.
– Мессир, я вас услышал.
Леонард всё время беседы сдерживающий Несту с товарищами, вдруг заявил, что мне ещё не показали библиотеку и развил бурную деятельность, включающую накрытие стола с лёгкой закуской для десятка избранных. Уехать удалось лишь сильно под вечер.
Видение
В субботу ближе к полуночи меня призвал Государь в кабинет при личных покоях. На столе лежит свёрнутый и запечатанный облаткой лист бумаги с вопросом. Рядом поместился сапфир, размером с ноготь указательного пальца. Судя по огранке, его вытащили из перстня. Вообще, сапфиры камни Синего Двора, который принадлежит брату короля, Торану. На самом краю стола стоит письменный прибор с новой тетрадкой, раскрытой чернильницей и пером, на случай, если вдруг срочно чего-то захочется записать для памяти.
– Что Тихий? Готов показать ответ на мой вопрос?
– Готов, Ваша Милость.
– Тогда давай начинать. Что мне надо делать?
– Ваша Милость, вы сами писали записку?
– Сам, лично, собственной рукой.
– Тогда, Ваша Милость, ничего
Камень лёг на лист с вопросом. Я начал творить заклинание и увидел, как льдинкой тает сапфир, пропитывая голубым светом бумагу. Когда он растаял полностью, записка распалась на мелкие белые хлопья, а из них, как язычки пламени поднялись разноцветные лучики света. Они слились в единый мельтешащий узор, в котором иногда вдруг проскальзывали знакомые образы. Из деликатности, я закрыл глаза. Нехорошо подглядывать за столь личным. Даже не могу сказать, сколько времени длилось мельтешение. Пять минут? Десять? Полчаса? Чувство времени исчезло совсем. Но вдруг почувствовал, что всё закончилось.
Открыл глаза и увидел потный лоб и задумчивый взгляд Лагоза. Он посидел в кресле ещё пару минут, затем поднялся и прошёлся по комнате.
– Вот как оно оказывается, - не мне, а просто вслух, произнёс король и повторил, - вот как оно...
Проходя мимо невысокого шкафчика для бумаг, он вдруг остановился, открыл ящик, достал хрустальный графин и два массивных стакана. Поинтересовался: "Будешь?", и, не слушая ответа, плеснул в обе ёмкости. Сунул мне стакан, не ожидая реакции, выпил свой до дна и сразу налил себе ещё.
– Стах, а можно поменять будущее? Или что увидел, то и свершится?
– Можно, Ваша Милость. Для того его и предсказывают.
– Тогда и мы с тобой попробуем. Ты не видел, нет?
– Не смотрел даже, Ваша Милость.
– Не видел, значит...
– тут его, как прорвало.
– Все! Все сразу меня забыли! Марианка и та... Государственные соображения!.. Интересы Короны!.. Ты! Только ты один отказался присягать и уехал в опалу! Глупый, Стахушка, глупый... Как есть дурак! От генеральства отказался... Не может умный верным быть... Но я пока ещё живой!
– Ваша Милость...
– Молчи! Ты ничего не знаешь... Мы с тобой ещё повоюем. Может, выживу, назло всем богам, себе на радость. А коли сдохну, так хоть мужчиной, а не раскисшей тряпкой. Жене, как себе верил! А она сразу назвала мужем другого! Ладно, хоть буду знать про её натуру. Теперь о твоём. Земель давать не буду - помру, тебе бы баронство удержать. Денег получишь на хранение. Выживу - заберу обратно. Чуток оставлю, конечно. Сдохну, хотя бы недостойным не достанется. Лаурка внука родит, ему дашь, сколько сочтёшь нужным. Но не разбалуй сына! Деньги портят людей. Книги получишь. Редкие. Магические. Их ещё дед собирал, потом отец по ним пытался учиться. Наверное, тебе пригодятся. И... не хотел я такого делать, перед богами говорю - не хотел. Да, видать, придётся. Ладно, об этом потом поговорим.
– Понял, Ваша Милость.
Государь достал из ящика стола ключ, вставил куда-то в глубину шкафчика и повернул. Что-то щёлкнуло, и в противоположной стене открылась ниша с несколькими полочками. Лагоз достал кожаный мешочек величиной с кулак и шкатулку. Всё это сунул мне.
– В кошеле бриллианты. Тебе награда за будущую верность и за работу. Других наград долго не будет. В шкатулке лежат кинжал и два наконечника для арбалетных болтов. Кинжал недобрый, ядовитый и зачарованный. Раньше такими королевских ассасинов вооружали. Наконечники из Истинного Серебра и тоже сильно зачарованы, пробивают любую защиту. Наверняка, пригодятся. Если ещё чего из снаряжения нужно, к понедельнику напиши список. Завтра вечером поезжай к мадам Розе. Только не напивайся. Человека покажу, который тебе деньги на сохранение передаст.