Ожесточение

Исаев Руслан

Дядя Абу говорил ему, что благодать по сути - талант истинного зрения. Дядя Абу говорил, что благодать можно получить от Святого человека. Магомед знал ощущение радости и истинного понимания, которое остается

от встречи с такими людьми.

Но, возможно, Святой человек, или Святой текст просто возвращает нас к истинному зрению?

"Благодать - это способность к счастью, - думает Магомед, - между "быть счастливым" и "быть не несчастным" лежит пропасть".

Маленькая Роза смеялась и пыталась взлететь. В семье ее прозвище Ласточка. Она пока не умеет разговаривать, ей никто не может рассказать, что прекрасно, а что уродливо. Но она знает это с рождения.

Потом мы прочитаем Святые Книги и утвердимся.

Ожесточение

Тишина, весеннее тепло, легкий ветер возле памятника на дороге Раате. Памятник погибшим финским и советским воинам только в одном этом сражении. Двадцать тысяч камней - по камню на каждого. Это огромное каменное поле.

Когда станет возможным установить такой же памятник погибшим в кавказских войнах? Какого размера

будет это поле?

Рядом в леске подбитый русский танк Т-26. Между прочим, хорошо бронированная, крепко сделанная машина, передовая для 1940 года. Рядом финские пушки, которые его остановили, маленькие, совсем нестрашные на вид. Калибр почти такой же, как у подствольного гранатомета. Но ожесточение не зависит от совершенства оружия. Танк весь избит взрывами, похоже, у артиллеристов не было достаточно мощных снарядов, и они закидывали машину, пока металл не стал разрушаться и осыпаться осколками внутрь корпуса. Именно ожесточение убивает, а не оружие.

Может быть, уже никого и в живых нет из участников этого боя. Однако вросший в землю ржавый остов машины сохранил следы ожесточения людей семидесятилетней давности. Казалось, если бы у артиллеристов закончились снаряды, они забили бы танк железными палками.

Зара подошла сзади, взяла за плечи:

– Хватит думать. Пойдем. Заедем в кафе в Суомуссалми? Мы с Ласточкой хотим есть. Отличное место, чтобы сообщить тебе: от этой нервотрепки я опять беременна.

Конец 1-й книги.