Шрифт:
ГЛАВА ПЕРВАЯ
В Бостоне стоял жаркий день, когда Реджайна Лэндерс О'Райан наконец поняла, что около года назад совершила самую большую ошибку в своей жизни. Ее ошибка заключалась в том, что она вышла замуж за неподходящего мужчину. Вернее, позволила ему на ней жениться. Теперь за ошибку расплачивался ее муж. Это стало ясно на прошлой неделе.
— Что ж, довольно, — прошептала Реджайна, глядя на часы. Делл скоро будет дома. Как правило, молодая женщина его не встречала. В это время она проявляла в темной комнате фотографии для «Уэддинг
Ирония заключалась в том, что профессия Реджайны была связана с романтическими мечтами, в которые она сама перестала верить. Впрочем, все еще можно исправить.
Возможно, Делл найдет женщину, которую он бы выбрал, если бы ему предоставили возможность выбирать. Давно пора освободить мужа от ненужных ему уз!
Делл О'Райан вошел в изысканный особняк, в котором прожил всю жизнь, и сразу понял: что-то изменилось.
В коридоре сидела Реджайна — на викторианском канапе, которое принадлежало его семье уже несколько поколений, казалось очень неудобным и было таким на самом деле. Должно быть, произошло нечто из ряда вон выходящее. Когда он приезжал домой, Реджайна никогда его не встречала. Но на этот раз она поднялась и направилась прямиком к нему.
Он взглянул в ее встревоженные карие глаза. Она держала в руке пачку бумаг.
— Что случилось? — спросил он.
— Нам нужно поговорить. — Ее мягкий голос звучал неровно. — Нам нужно поговорить немедленно, — прокашлявшись, повторила Реджайна. Теперь она говорила твердо и решительно, хотя заметно волновалась.
— Понимаю.
Она покачала головой.
— Нет, не понимаешь. А у меня, наконец, открылись глаза.
Реджайна протянула ему бумаги, и он заметил, что верхняя страница вырвана из местного журнала.
— Ты уже видел? — спросила она.
Нет, не видел. Предполагалось, что этот журнал рассказывает о событиях, происходящих в Бостоне, но на самом деле в нем в основном публиковались сплетни и интервью со знаменитостями.
Делл поднял бровь.
— Подобные издания не в моем вкусе.
Она слегка покраснела, и тут Делл понял, что редко видел, как она краснеет. Впрочем, он вообще не слишком хорошо знал свою жену. Они поспешно вступили в брак по расчету и очень мало времени проводили вместе. Как и его родители, они жили в этом доме, по сути не зная друг друга. Реджайна кивнула.
— Понимаю, — сказала она, — но я проверила факты. Они соответствуют действительности.
Она отвернулась и говорила приглушенным голосом, но при этом высоко держала голову. Прямые каштановые волосы падали ей на плечи. Реджайна была женщиной с пышными формами. Но ему показалось, она похудела с тех пор, как Делл познакомился с ней чуть больше года назад. Что в этом удивительного? За последние несколько месяцев ей многое довелось пережить.
Делл потер рукой подбородок. Если Реджайна и была несчастна, то отчасти в этом виноват он сам.
— Ты проверила факты? Так расскажи мне о них, Реджайна. — Его голос звучал довольно грубо, и она снова повернулась к нему.
— Ты собирался жениться на
— Когда мы поженились.
— Да, но ты должен был жениться на Элиз. Все ожидали, что вы объявите о помолвке. Я этого не знала. Если бы я имела хоть малейшее представление, я бы не согласилась стать твоей женой. — В ее голосе звучало страдание.
— Прекрати, Реджайна! Если ты думаешь, что погубила мою личную жизнь, то ошибаешься. Мы с Элиз даже не говорили о браке. И мое сердце не разбито. — Но в известном смысле она была права. Делл никогда не был романтиком. Его жизнь вращалась вокруг империи О'Райанов, а Элиз — умная и красивая женщина — была родом из не менее уважаемой семьи. Она знала, как себя вести на мероприятиях, и из нее могла выйти прекрасная хозяйка дома. Правда, с тех пор, как Делл женился на Реджайне, он не принимал гостей.
Такое решение принял он сам. Учитывая обстоятельства, ему казалось, что он не имеет права что-либо требовать от жены.
— А у нее разбито сердце? — спросила Реджайна, поднимая подбородок.
Делл моргнул.
— Я не знаю.
Он умолчал о том, что Элиз приходила к нему в кабинет на следующий день после свадьбы. Никогда еще он не видел ее такой взволнованной. Если на то пошло, это был единственный раз, когда он видел, что Элиз дала выход чувствам. Но с тех пор прошло около года. И Делла до сих пор мучило сознание того, что, пытаясь уберечь от страданий одну женщину, он, возможно, заставил страдать другую.
Делл состроил гримасу.
— Почему в газете только сейчас написали об этой истории? — Он решил переменить тему. — Ведь столько времени прошло!
— Не знаю. Но мне невыносимо думать, что из-за меня пострадала другая женщина.
— Ты здесь ни при чем. Все было совсем не так. — Делл шагнул к ней. — Возможно, Элиз думала, что мы в конце концов поженимся, но я никогда не делал ей предложения. Конечно, если бы она забеременела, я не оставил бы ее…
Реджайна снова опустилась на жесткое канапе красного дерева.
— Я знаю, что ты поступил бы правильно, Делл. У тебя есть чувство долга. Ты меня спас.
Когда они поженились, Реджайна находилась в отчаянном положении, но с тех пор многое изменилось. Она оказалась в безопасности, у нее появилась работа, которую она выполняла с удовольствием. Но ее глаза больше не сияли так, как в тот день, когда она возникла у него на пороге, с его письмами, которые по ошибке доставили к ней на дом. С тех пор прошло почти полтора года. Ей довелось пережить немало несчастий, и он был невольной причиной некоторых из них.
— Ты знаешь, что по отношению к тебе я не всегда поступал справедливо.
Реджайна покачала головой. Ее мягкие каштановые волосы коснулись бледно-желтой блузки.
— Я тоже не всегда вела себя идеально. На прошлой неделе… — Она нахмурилась, встала и принялась ходить взад-вперед.
Делл подошел к жене и мягко остановил ее. Он наклонил голову, пытаясь рассмотреть выражение ее лица.
— Что произошло на прошлой неделе? — спросил он.
Реджайна скрестила руки на груди и глубоко вздохнула.