Ой, мама!
Шрифт:
– А ты-то сможешь хотя бы абзац без запинки прочитать?
– А ты сможешь сделать хотя бы пару шагов и не споткнуться?
– Лина! – остановила меня мама и обратилась к сестре: – Солнышко, я тобой так горжусь!
– А папа бы мной гордился?
– Конечно, зайка…
Я достала наушники из сумки, вставила их и на полную громкость врубила музыку. А затем стала разглядывать городские пейзажи, проносившиеся за окном. Терпеть все это не могу! Не хочу ни единого слова слышать! Слезы подступали к глазам, и я надеялась
Но вот и дом. Мама кое-как припарковала машину. Я испытывала неподдельные мучения, глядя на нее, пока она думала, в какую сторону повернуть руль.
Когда пытка закончилась, я выскочила на улицу и помчалась в комнату. Ура! Сейчас закроюсь и буду наслаждаться тишиной, пока возможно.
К сожалению, дом вскоре будет продан. А мы переедем в небольшую квартиру на две комнаты. И мне либо придется делить спальню с сестрой, либо – и я склонялась ко второму варианту – съехать в общежитие. Правда, была еще одна волнующая возможность, но о ней я старалась пока не думать.
Телефон булькнул. Я посмотрела на экран и улыбнулась. А вот и ты, моя возможность! Ты что, умеешь читать мысли?
«Привет!» – мигало сообщение.
«Привет!» – поспешила написать я ответ.
«Как дела?»
«Отвратительно», – а сама лежу, улыбаюсь.
«Так уж прям отвратительно?»
«Ага».
«Поделишься?» – не сдавался собеседник.
Да я и не хотела, чтобы он сдавался.
«Даже не знаю…»
«Может, встретимся сегодня вечером? Я знаю, где в городе делают самые лучшие пирожные!»
Я вновь улыбнулась.
«Сегодня не получится – у меня работа».
«Завтра?»
«Завтра!»
И я послала воздушный поцелуй мерцающему экрану, а затем стала собираться. Вместо учебников и тетрадей я загрузила в рюкзак чистую форму. И пока мама и мелкая решали, куда же повесить ее очередную медальку, стащила из холодильника ореховый батончик и выскочила на улицу.
Солнце палило, да так, что без затемненных очков было трудно что-либо разглядеть, и мне приходилось постоянно щуриться. Я шла, наслаждаясь ароматным весенним днем, слушая музыку и пританцовывая. Безоблачное небо радовало своей синевой. Я остановилась и залюбовалась этими красками.
– От души надеюсь, что ты там, – прошептала, глядя ввысь.
– Тетя Лина, вы это мне? – спросил пробегавший мимо Андрюшка.
Я аж подпрыгнула. Все понимаю, я с ним несколько раз сидела, когда эта мелочь под стол ползала, но называть меня тетей…
– Лина, зови меня Линой! – попросила мальца.
– Хорошо, тетя Лина! – кивнул он и убежал.
А я ненароком глянула на свое отражение в окно припаркованного автомобиля. Мне подмигнула симпатичная девятнадцатилетняя блондинка, чьи блестящие ухоженные волосы были заплетены в небрежную косу. И хотя морщинок у меня еще не имелось, да и темных кругов под глазами не наблюдалось, но наверное – с блеском на губах и в
***
Фитнес-клуб встретил меня громкой музыкой и заливистым смехом. Обнявшись со всеми коллегами и немного поболтав за жизнь, я переоделась и отправилась в зал, где уже собрались мои красавицы всех возрастов. Самая младшая была моей ровесницей, самой старшей вот-вот исполнится сорок.
Я хлопнула в ладоши.
– Ну что, девочки? Готовы потрясти своими круассанами?
Все одобрительно закивали.
– Тогда поехали!
Музыка полетела по залу. И я запорхала вместе с клиентками.
– Катя, спину держи! Ева, не приседай так низко! Во-о-от! Отлично! Кристина, шире шаг! Тянемся, девочки, тянемся… Молодцы!
Когда я покидала клуб, солнце скользило к горизонту. Я спрятала кепку в рюкзак и распустила волосы, позволяя легкому ветерку играть с ними. Как же хорошо! Но все хорошее, как известно, не длится вечно! К сожалению, надо идти домой.
– А поздороваться со мной ты не хочешь? – послышался знакомый голос, от мягкого тембра которого по моей спине пробежали мурашки.
Я обернулась.
Павел стоял, облокотившись на белый «Лексус», и смотрел на меня, хитро улыбаясь.
– Что ты здесь делаешь? – не поверила я своим глазам.
– Если красавица-гора не идет к Магомету, то Магомет сам идет к горе. Ты не рада?
Я улыбнулась в ответ, чувствуя, как щеки заливаются краской. Не рада? Да я на седьмом небе от счастья!
Мужчина открыл дверь автомобиля, и я устроилась на переднем сидении рядом с ним.
– Честно говоря, не ожидала.
– А я решил, почему бы не порадовать тебя? – И он повернулся, что-то взял с заднего сидения и протянул мне розовую коробочку в белый горошек.
Внутри я обнаружила корзиночки с ягодами и воздушным кремом.
Какой же Павел классный!
– Как работа? – спросил он.
– Отлично!
Мужчина сделал вид, что расстроился:
– То есть ты по-прежнему не ешь пирожные? – И положил ладонь мне на колено.
– Ради этих пирожных я готова сделать исключение, – ответила я, не сводя взгляда с его руки. – И угрызения совести меня не будут мучить. Подозреваю, эти пирожные очень вкусные. А если я потом добавки попрошу… не боишься?
Он рассмеялся.
– Лина… Что же ты со мной делаешь? Не боюсь. Но сегодня, дорогая, я все-таки отвезу тебя домой.
– Почему? – не смогла скрыть своего разочарования.
– Разве это не должно быть как-то по-особенному? – вопросом на вопрос ответил Павел.
Я пожала плечами. Наверное, он прав. А Павел уже опустил ручник и повел машину по переполненным дорогам, мигающим, словно цветомузыка. Остановился в шагах тридцати от моего дома.
– До завтра, – сказал Павел, а потом наклонился ко мне. – Ты невероятная, Лина…