Overwatch: Герой Нумбани
Шрифт:
До Дня единства оставался месяц, и Ифи ждала его с нетерпением. За работой она принялась распевать гимн единства Нумбани. Дайо присоединился к ней. Их пение, конечно, было, далеко не гармоничным. В конце концов, их семейство не отличалось особыми вокальными данными, но Сэм и Джоке помогали им придерживаться мелодии, пока Дайо не взял фальцетом совсем уж фальшивую ноту, отчего у Ифи даже заныли зубы.
Поморщившись, она посмотрела на Дайо, и тот улыбнулся в ответ.
«Ты великолепно справляешься», – проговорил он одними губами.
Сэм пересчитал прутья тюремной решетки и сказал,
– Поразительная работа, – похвалил он Ифи. – Дайо повезло, что у него такая замечательная двоюродная сестра.
Ифи посмотрела на Сэма и улыбнулась, но тут же заметила, что он тянется рукой к ее волосам. Оставалось полсекунды на то, чтобы уклониться. Больше всего на свете ей не нравилось, когда ее гладили по голове. В такие моменты ей казалось, что люди относятся к ней, как к несмышленому малышу. Но и ставить в неловкое положение Дайо ей тоже не хотелось. Впрочем, неприязнь к поглаживаниям взяла верх, и Ифи схватила Сэма за запястье.
– Я что, похожа на пуделя?
– Нет.
– На кокер-спаниеля?
– Нет.
– На лабрадора-ретривера?
– Нет.
– Тогда не надо трепать меня по головке, – отрезала Ифи самым строгим и суровым голосом, на какой только была способна.
Другие ученики расхохотались и стали показывать пальцами на Сэма, потешаясь над тем, как ему дала отпор девчонка. Целью их насмешек был, конечно, Сэм, но и Ифи с раздражением снова ощутила, что отличается от них. Да, она еще ребенок, но это же не навсегда… Лично ей не кажется, что она какая-то другая. Кроме тех мгновений, когда они смеются.
Ифи стало немного не по себе.
– Ну ладно, мне пора идти. Извините, что не смогу присутствовать на вашем спектакле, но нас не будет в городе. Мы уезжаем отдыхать на всю праздничную неделю Дня единства.
Вероятно, так и будет, уверяла она себя. Родители же сказали, что они все вместе поедут отдыхать, если она получит этот грант. Правда, она до сих пор не получила ответа, но в данный момент даже не сомневалась, что он не заставит себя долго ждать. Совершенно не сомневалась.
– О, уезжаете отдыхать? А куда? – спросил Дайо. – И почему тетя про это ничего не говорила?
– Потому что это очень необычная поездка. Она не хотела хвастаться.
– Твоя мама? Не хотела хвастаться перед моей? Ха!
– Ну, не хотела, потому что… потому что, – Ифи перебирала в уме различные варианты.
Нужно что-то срочно придумать. Тут она вспомнила расписание концертных туров Лусио. Оно буквально впечаталось ей в память, едва его объявили. Они с Хассаной целый вечер проплакали над мисками шоколадного мороженого из-за того, что их любимый певец планирует посетить Нумбани лишь под конец тура, через восемь месяцев. Тем не менее, они все равно заняли виртуальную очередь за билетами. Но безуспешно: все было распродано за двадцать семь минут. Свободные билеты оставались лишь на один из самых последних концертов в родном городе Лусио, Рио-де-Жанейро – тысяча четырнадцать мест по состоянию на это утро.
Ифи проверяла каждый день.
– Мы едем на концерт Лусио. В Бразилии! – выпалила она.
– Ого! – воскликнул Сэм. – Отпад!
Все тут же сгрудились вокруг нее.
– Где вы
– Когда вы уезжаете?
– С кем вы едете?
Вопросы продолжали вылетать один за другим. И что заставило Ифи так сказать? Она еще не знала, получит грант или нет, и даже если получит, то вряд ли ее родители согласятся на перелет через океан!
Ифи посмотрела на Дайо в поисках помощи, но он лишь пожал плечами. Она сама себе вырыла яму этим ответом.
– Ой, извините, у меня последний монорельс перед часом пик, иначе точно не получится найти свободное место!
Ифи выбежала в пустой школьный коридор, где ее все так же продолжало мучить чувство вины за серьезную ложь. Вечерело, и, несмотря на то что в Нумбани было безопасно, Ифи стало немного тревожно выходить на улицу одной. Она оглянулась и с облегчением увидела, что Дайо следует за ней.
Но он не выглядел расстроенным. Напротив, по его лицу расползлась широкая дружеская улыбка.
– Ифи, – окликнул он ее почти таким же тоном, как тетя Йеванде, когда та порой устраивала ей выговоры во время визитов в их дом. Это случалось чаще, чем Ифи хотелось бы признавать. – Ситуация вышла из-под контроля, как я погляжу?
Он положил обе руки на хрустальный набалдашник своей трости и слегка наклонился к ней. Изгиб его брови несомненно напоминал ей тетю Йеванде. То ли это их генетическая особенность, то ли результат воспитания, но такой изгиб способен вытянуть любую правду из уст любого провинившегося ребенка. И он работал безупречно, потому что не успела Ифи осознать, что делает, как из ее открывшегося рта полился поток признаний.
– Извини, что я тебя опозорила. Надеюсь, тебе не придется краснеть за меня. Я просто хотела показаться крутой. Они смотрели на меня, как на грудного младенца!
– Я поговорю с ними. Они не хотели оскорбить тебя, но я тебя понимаю. Неприятно, когда чувствуешь себя непохожей на остальных. Идем. Разберемся с ситуацией и поедем домой вместе.
– Я не могу вернуться. После всего, что я наболтала про Бразилию!
– Просто скажи им правду. Они поймут. Ты, наверное, не помнишь, но когда я был ненамного старше тебя, то хвастался всем, что мой отец был членом «Overwatch» и лучшим другом Райнхардта, но работал глубоко-глубоко под прикрытием, поэтому никто никогда не слышал о нем.
Ифи рассмеялась. Она что-то смутно припоминала. Дайо еще показывал ей «секретный медальон Overwatch» своего отца. Он был сделан из нескольких слоев аккуратно вырезанных банок из-под нано-колы и пах, как целая бутылка бесцветного лака для ногтей, которым был покрыт. Дайо всегда славился тем, что умеет мастерить классные вещицы из любого мусора.
– Ну что, ты идешь? Может, они подберут тебе какую-нибудь роль в пьесе.
Ифи действительно хотелось попробовать еще разок. В следующий раз она принесет пакетики чин-чин, чтобы немного разрядить обстановку. Многие старшеклассники предпочитали с мегалимонным вкусом, хотя Ифи и не понимала почему. Они же такие вяжущие, и от них язык едва не сворачивается в трубочку, когда их разжевываешь. Но едва Ифи открыла рот, чтобы принять предложение, как зазвенел ее планшет. Она посмотрела на уведомление на экране.