Отверженные

Риз Лаванда

– Темп…

– Не утруждайся!!! – пыхнув гневом, пронесся мимо меня на улицу.

– Очень по-мужски, Темп! – кричу ему в след.

– О, мне, наверное, следовало обнять тебя прослезившись, и сказать спасибо, что вернулась живой? – скрипнул зубами Темп, повернув обратно, легонько толкнув меня внутрь. – Это было бы по-мужски, Лав? Каждый раз, когда ты надумаешь играть в игры со смертью, мне тихо подыхать от ужаса, привязанным к столбу? Ты лгунья, Лаванда! Когда твердила, мне что любишь! Если бы любила, не поступала бы так со мной!

– А если бы я была важна для

тебя, ты бы не убегал сейчас, повернувшись спиной!

Темп дышал тяжело и часто, сощурившись и дёрнувшись от моих слов. С горечью покачав головой, он просто развернулся и ушёл, исчезнув за завесой дождя, и на этот раз не вернулся.

– Чёрт! Чёрт! – мне только и оставалось топать, да сжимать кулаки.

Я обессилела мгновенно, опала лоскутом на матрац, сложившись в три погибели. Меня не убил ни лес, ни океан, а ссора с Темпом точно добьёт.

«Ты хотела, чтобы он просто обнял тебя?» - пробился ироничный мысленный вопрос Джоны. «Какая ты у нас однако любительница обнимашек. Хочешь, приду и утешу тебя? Можем даже пообниматься»

«Кроме Темпа мне никто не нужен!»

Наверное, я проспала целые сутки, потому что к тому времени ветер растянул тучи и разогнал туман, океан бушевал с прежней силой, с ненавистью набрасываясь на пляж, но небо впервые за много дней стало ясным, даже пришлось некоторое время с непривычки жмуриться на солнце. Это значило, что можно было отправляться на охоту за припасами и что вирус может достичь нашего поселения.

Первым делом срываюсь на бег, чтобы узнать всем ли достаётся добытых водорослей. И к счастью, мои ученицы исправно крошат и отмеряют дозу.

«Джона, охотники ещё не выдвинулись?», мысленно ищу Джону.

«Ушёл один Темп. Сам вызвался на рассвете»

Таяна и Бэл шарахнулись от моего бессильного и отчаянного рычания.

– Он сделал это нарочно!!! – хриплю я, боясь расплакаться. – Бэл, Темп принимает водоросли?

– Да, - испугано кивнула девушка. – Утром пришёл и сказал – «отмерь мне этого тошнотворного дерьма».

Конечно же он хотел, чтобы я почувствовала тоже самое. Хотелось заорать так, чтобы моё эхо треснуло этого упрямца по затылку. Но закрыв глаза … я вдруг ощутила мысли … кого-то ещё. И это был не Джона. Это были шани, очень далеко отсюда. И я будто подслушивала. Некоторые вещи я не поняла, но кое-что разобрала очень чётко.

«Данные со спутника подтверждают существование разумной жизни на острове Энд. Население примитивное, но довольно многочисленное, как для такого убого куска в океане. Всех мужчин в расход, даже мальчиков и младенцев мужского пола. Нас интересуют лишь женские особи. Упаковать и доставить в Абсен. Перегруз корабля не допустим, Дара, лучше вернуться во второй раз, если они нам подойдут. Я уже знаю, где раздобыть второе топливное ядро. Применять только парализаторы. Важно, чтобы женские особи оставались в живых, мне их дохлые потроха ни к чему. Обезьянки не вооружены, так что дело пустяковое»

И этого мне хватило, чтобы вырвавшись их чужого разговора, впасть в панический ужас.

Мне нужно было видеть Джону лично, когда он об этом узнает. Поэтому я бежала, едва касаясь земли. Предводитель вместе

с четырьмя своими приближенными помощниками как обычно обсуждал дела колонии. Как же здесь не хватало Темпа! Джона что-то говорил, мужчины соглашались, спорить с ним не рисковал никто. Но я была слишком ошеломлена, и мои новости были куда важнее, чтобы расшаркиваться. Схватив с разбегу Джону за руку, я передала взглядом всё, что мне удалось узнать.

– Боже, отец всемогущий! – нервно сглотнув, Джона проведя рукой по лицу.

– Это оно, Джона! Предчувствие предупреждало нас об этом, как и Эмми.

– Придётся драться, - шевельнулись в ответ губы предводителя.

– Копьями и стрелами? Серьёзно? – выкрикнула я. – Они высадятся вблизи нашей колонии, здесь самый удобный берег.

– Что-то случилось? – не выдержал Мэни, переглядываясь с остальными командирами.

– Сюда идёт корабль с материка, - выдавил Джона, вкратце изложив собравшимся суть дела.

Островитяне привыкли к плохим дням. В принципе, здесь хорошего и не бывало, поэтому волосы от этой новости на голове рвать никто не стал.

– Вот херня, - сплюнул Кирк. – Как быстро они будут здесь?

– Мы не знаем, - Джона задумчиво тёр подбородок. – Нужно все силы бросить на ловушки. Когда придёт время, уведём людей в лес.

«Больше так не делай, Лав. Они могут обнаружить наше присутствие»

«Можно подумать я специально!», огрызнулась я мысленно, но со стороны выражение наших лиц не изменилось. Ни одна живая душа не знала о нашем способе общения с Джоной. Даже Темп. Нет, люди конечно уже знали, что мы что-то видим, Джона и не скрывал, что он особенный, вот только насколько не представлял никто.

Где же Темп? Я не знала что делать, от беспомощности хотелось встать на колени и молиться всем известным мне богам. Как поверить в Присутствие, когда с одной стороны угроза чумы, а с другой нечто хуже – люди, возомнившие себя богами.

Мужское население принялось неустанно трудиться, копая ловушки, но в колонии появились первые признаки болезни. Я вместе с Даян и Бэл без отдыха обходила по несколько раз всех кашляющих и блюющих. Людей уже воротило от вида зелёной кашицы из водорослей и отвара трав, но я была неумолима. Лекари на Энде и не должны сюсюкать, меня учили бороться за жизнь пациентов упрямо и жестко. Радовало то, что состояние больных не ухудшалось.

Прошло уже три дня, а Темп до сих пор не вернулся, и из-за этого я не могла ни есть, ни спать, ни толком говорить. Мне всё мерещилось, что он лежит где-то в лесу, больной и слабеющий, и поэтому мои мысли были далеко, моё сердце упорно искало Темпа.

Я почувствовала его, когда на поселение наползли вечерние сумерки, звуки стали глубже и моя душа учуяла его шаги. Мои руки дрогнули, я принялась собирать пролившееся масло мяты и вдруг замерла. А когда увидела как он слегка наклоняясь входит в лазарет, судорожно втянула воздух, будто до этого не дышала вовсе. Мне было плевать как мы расстались, кинувшись к нему я принялась щупать его лоб, шею, заглядывать не покраснели ли глаза. Молча, с безумным видом. Главное, что он был жив и кажется здоров.