Оттепель
Шрифт:
Сколько не мучали бы меня кошмары, как бы боль не терзала восстанавливаемое тело, план я выполнил. Очнулся с стойким ощущением голода и пониманием что у меня наконец выросли и руки, и ноги. В восторге от нового тела я сделал несколько шагов и понял, что до сих пор слишком слаб. Осталась самая малость – нарастить мышцы. И тогда я, возможно, вернусь в норму.
Если конечно вообще можно говорить о норме при том что я не в состоянии вспомнить какова она. Тело чувствовало себя лучше, чем мозг. Гадать сейчас – смогу ли я получить назад свои воспоминания было
От прошлого брикета осталась только мутная зеленая жижа. Мой расчет на то что растение продолжит расти если подливать воды не оправдался. Значит один брусок весом двести грамм превращается в восемь килограмм пищи. Отличный показатель. Ну и надо запомнить, что в воду им лучше не попадать. А значит стоит упаковать их в водонепроницаемые пакеты для образцов, чтобы взять с собой. Но делать это можно и разговаривая. Перекусив я нажал на кнопку вызова. В ту же секунду в комнате появилось мерцающее изображение доцента.
– Наконец! Ну сколько вас ждать можно, голубчик? – всплеснул руками Березин, - так ведь всю жизнь проваляться можно.
– Приветствую. Кажется, это вы мне посоветовали отъесться и отоспаться, - выгнул я бровь, - как вы там сказали? До конца жизни?
– Фигурально, голубчик. Фигурально!
– Отдых мне в любом случае нужен был. Но я вижу ваше возбуждение, рассказывайте.
– Собственно, - сбитый с толку доцент подвис на несколько секунд, - а! Точно! Я нашел! Нашел выход для нас обоих. Пусть это не слишком легко – но уверен у вас получится. Вам нужно получить интерфейс контроля и управления. Это наша самая последняя разработка в сфере симбиотической наномашинерии. Поистине, потрясающая вещь, - ученый активно жестикулировал руками, было видно, как ему важно то чем он занимается, - контроль ферментов, изменение мутационного фона, феромонная выработка. И при этом никаких наномашин. Только белковое программирование!
– То, о чем вы говорите для меня звучит как заклинание… Очень впечатляюще, но ни черта не понятно. Объясните нормально.
– Голубчик. Не важно, - отмахнулся Федор Иванович, - абсолютно не важно понимаете вы это сейчас или нет. Главное, что с его помощью вы сможете отпугивать и даже подчинять насекомых и сможете получить полный контроль над собственным телом! Даже проводить направленные мутации, не нуждаясь в лабораторных условиях!
– Вот, - я улыбнулся в предвкушении, - так бы сразу и сказали. Что нужно делать?
– Для начала придется вам добраться до четвертого этажа. В самом центре есть лаборатория, совмещенная с учебным центром. Там тоже есть электричество, но боюсь дверь оказалась не столь прочной, придется вам зачистить ее от паразитов.
– Понятно, но с голыми руками соваться наружу я не намерен. Мне нужно оружие, способное пробить броню того же богомола. Лучше многоразовое. А то ударить и спрятаться – выход не самый лучший. Я думал по поводу копья с электрошоком. Даже основу сделал. Но на четыре этажа не хватит никакого
– Вы слишком узко мыслите, хотя конечно с электрошоком мысль интересная. Но я бы предложил подойти к проблеме, с другой стороны. Соберитесь, сейчас вы будете творить настоящую науку собственными руками!
Глава 12
Кто бы мог подумать, что в небольшой лаборатории можно собрать столько полезного. За несколько часов я познакомился с электролизом, магнетроном, центрифугой, а главное получил собранное из подручных средств оружие. Несколько пакетов с водородом, вместо гранат. Кислотные химические смеси. И вишенка на торте – огнемет.
В самом деле, зачем пробивать броню если можно просто зажарить противника до хрустящей корочки? Арахнид в собственном соку. Березов очень разумно подошел к распределению времени, поэтому вначале мы поставили воду на разделение. Ну как. Поставил то я, он даже не видел окружающие меня предметы. Так что приходилось поступать следующим образом: он описывал вещь, которую я должен был найти, я рассказывал о том, что вижу или держу в руках. Получалось не быстро, но в целом нормально. Зато и знания, и практика в одном флаконе.
В результате оказалось, что конструкция огнемета очень простая. Газовый баллон, который я наполнял через насос водородом. Пластиковая широкая трубка. Металлическая горелка, из гайки и банки. Вентиль да искра от аккумулятора моего инструмента. Все! Ничего более. А самое веселое, что из-за чрезмерного содержания кислорода в атмосфере лаборатории длинна пламени достигала полутора метров!
– Красота, - удовлетворенно кивнул я, когда за десять секунд пламя прожгло в хитине от многоножки небольшую дырочку, - не думаю, что теперь они сунуться против меня.
– Рад это слышать, голубчик, рад это слышать, - улыбнулся Федор Иванович, - теперь, когда у вас есть оружие нужно подумать о защите.
– Не стоит, если эти твари по мне попадут погибну сразу. Без вариантов. У них такая силища что они металл гнут и пол когтями царапают.
– Я не был бы так уверен, - заметил доцент, - такой выживаемости как у вас я еще ни разу не встречал. Только подумайте. Пережить пять лет без еды и воды. Сохранить разумность при полном обезвоживании и выжить в сражении с меченосцем.
– Каким еще меченосцем? – уточнил я, не сразу понимая в чем дело, - имеете ввиду сколопендру?
– У них много названий, - небрежно отмахнулся доцент, - не забивайте голову, голубчик. Доберетесь до имплантата – мы с вами все посмотрим и обсудим. А пока просто сосредоточьтесь на том чтобы выжить. По моим данным в центральном зале сейчас находится восемь тысяч семьсот двадцать одна живая форма. Из них триста четырнадцать являются крупными. Так что защита вам все равно понадобится. И не мыслите так узко. Это не только, да и не столько броня в привычном вам понимании слова. Для начала возьмем пестициды. Если нанести их правильным образом, то большинство насекомых на вас даже не посмотрят.