Отступник

Арментроут Дженнифер Ли

Оставив Куинси или то, что там от него осталось, я обернулся, снова возвращая себе человеческий облик. Возможно, я слишком далеко зашел, но сейчас уже ничего не мог поделать с собой.

Роланд изогнул бровь.

– Ну что ж, тогда…

Моя грудь резко поднималась и опускалась. Я бросил на Роланда быстрый взгляд, прежде чем посмотреть туда, где стояла она. Ее руки вцепились в спинку стула, она смотрела на меня, а серые глаза на бледном лице были огромными и широко раскрытыми.

Наши

взгляды встретились, и по потрясенному выражению ее глаз я мог сказать, что она не знает, как ко всему этому относиться. От нее исходили замешательство, сильная обида и ярость, и все это клубилось в воздухе, и я тоже начал задыхаться.

Мне потребовалось несколько мгновений, чтобы прийти в себя. Я снова мог дышать и заставил себя взглянуть на Роланда. Он изучал меня с любопытством.

– Я уже предупреждал его не прикасаться к ней и что я убью его, если он это сделает. Я держу слово.

Взгляд Сади метнулся туда, где лежал Куинси.

– Он не умер.

– Пока, – сказал я, чтобы она не обнадеживалась.

На лице Сади проявилось выражение ожидания и откровенной готовности. Она облизнула нижнюю губу.

– Какое тебе дело до того, трогал он ее или нет?

Для этого были тысячи причин.

– Она принадлежит мне. – Я практически чувствовал спиной, как Сади мечет в меня испепеляющие взгляды, но намеренно не смотрел на нее. – И никому другому. Вот и все.

Роланд пристально уставился на меня, а потом резко встал из-за стола, выпрямился и хлопнул в ладоши.

– Так, всем слушать внимательно.

Я напрягся, понимая, что ничего хорошего это не предвещает.

– Ты. – Роланд сделал жест в направлении еще одного Лаксена. – Убери отсюда Куинси. Дай мне знать, если он придет в себя.

Я даже надеялся, что Куинси придет в себя, чтобы я мог еще раз его отмутузить.

Обращаясь к Сади, Роланд пригвоздил ее острым взглядом.

– Сопроводи эту молодую… леди и позаботься о том, чтобы она могла помыться и чтобы ей было комфортно.

О, проклятье, нет… Я открыл рот, но Сади бросилась вперед, и глаза ее заблестели от злорадного удовольствия.

– Конечно, – пропела она и пронеслась мимо, одарив меня полуулыбкой. Я сделал шаг вперед, чтобы перехватить ее и воспользоваться близостью окна.

– Ты, – Роланд ткнул в меня пальцем, – останешься здесь. – Потом он улыбнулся Ди. – Уже поздно. Я заметил, что в этом новом обличье я чувствую невероятный голод. Не могла бы ты раздобыть мне поесть?

Поколебавшись, Ди кивнула. Затем она повернулась ко мне и, бросив на меня встревоженный взгляд, поспешила вон из комнаты, чтобы выполнить приказ Роланда.

Наблюдая за тем, как Сади силой выводит Кэт из комнаты, я был снова готов к драке. У меня стало пощипывать затылок, а по коже побежали мурашки, когда дверь

за ними закрылась, оставив меня в обществе Роланда и еще какого-то парня, чье имя я даже не удосужился запомнить.

Роланд походил вокруг стола и сел.

– Куинси и раньше был не очень-то доволен тобой. Он сказал, что ты… бросился на него, потому что он был в комнате с этой… этой девушкой. – Облокотившись на спинку кресла, Роланд закинул ногу на ногу. Потом махнул рукой в сторону пробитой стены. – Впрочем, сейчас это уже не проблема.

Я пожал плечами.

– Уверен, что он не единственный. И я бы не доверил ее Сади.

Брови Роланда приподнялись.

– Не доверил бы?

– Нет.

Скрестив руки, он продолжал неотрывно смотреть на меня.

– Я хочу, чтобы ты ответил на мой вопрос, Дэймон Блэк, и мне нужен честный ответ.

У меня заболела челюсть от того, как сильно я заскрежетал зубами. Мне не следовало находиться в этой комнате. Мне следовало быть там, где сейчас находилась Сади, но я кивнул.

– Как я уже говорил, твои мысли трудно прочитать. С твоими братом и сестрой легче, но ты другой.

– Люди говорят, что я особенный.

Роланд еле слышно засмеялся.

– Что значит для тебя эта девушка, Дэймон? И мне нужен честный ответ.

Мои руки сжались в кулаки. Время летело молниеносно.

– Она принадлежит мне.

– Ты это уже говорил.

Я сделал глубокий вдох, заставив воздух наполнить мои легкие.

– Она моя, и она часть меня. Поэтому – да, она многое для меня значит, но то, что я чувствую к ней, не меняет ничего здесь, с вами. – Я встретился с ним глазами и, не моргнув, выдержал его взгляд. – Я поддерживаю то, чем вы здесь занимаетесь.

– То есть меня? – Он хихикнул. – Поддерживать нужно не меня. Я просто… рабочая пчела, как и ты.

Тем лучше.

– Ты все еще ее любишь? – спросил он, меняя тему. – Все еще хочешь ее?

Роланд спрашивал, остались ли у меня какие-то человеческие эмоции после их прибытия, или я был так же подключен к улью, как и все они.

– Я хочу ее.

– Физически?

У меня зверски болела челюсть. Я поднял и опустил подбородок.

– А ты хочешь большего?

Я аккуратно подбирал слова.

– То, чего я хочу, это дом, где моя семья была бы в безопасности, и только мы можем об этом позаботиться. Наши потребности стоят на первом месте.

Роланд склонил голову набок, не отрывая взгляда от моего лица.

– Безусловно. И скоро у тебя будет этот безопасный дом для твоей семьи. Половина работы уже проделана.

Я хотел спросить, что он имеет в виду под половиной работы – пока что я видел только череду отвратительных убийств.