Отступник
Шрифт:
С губ Заквасского невольно сорвались слова, которые услышал Олег, когда приложил свою руку к памятнику Гарибальди:
– Tu lascierai ogni cosa diletta pi`u caramente; `e questo e quello strale che l'arco de l'esilio pria saetta.
И после некоторого молчания он повторил те же слова по-русски:
– Покинешь все ты, вопреки желанья, что ты любил: вот первая стрела, которую извергнет лук изгнанья [7] .
7
Данте А. «Божественная комедия». Пер. с итал. Д. Мина.
Об авторах
Элона Демидова
Теперь, когда поставлена последняя точка в тексте, я оглядываюсь на октябрь 2012 года, когда Евгений Шкиль поделился со мной планами написать роман, действие которого происходило бы в Таганроге. Эта локация была выбрана отнюдь не случайно — Евгений родился, вырос и сейчас живет в этом городе.
Многие его разработки были необычайно интересны, оригинальны, а идея формирования новой религии, краеугольный камень которой базировался бы на памятниках, оставшихся от прежней эпохи — меня очаровала. Поэтому когда Евгений предложил соавторство, я без особых раздумий согласилась, тем более что за плечами был ценный опыт (роман «Изнанка мира»). В это же самое время мне хотелось написать книгу, в основе которой лежал бы конфликт между героями, начавшийся ДО катастрофических событий 2013 года получающий развитие через много лет, в 2033/34. На эту идею меня натолкнул рассказ «Цель оправдывает» на втором официальном конкурсе по «Вселенной Метро». Довольно плохо и сумбурно написанный, он не прошел отбор и в сборник не попал, но мысль о противостоянии двух систем, столкновении двух мировоззрений захватила мое воображение.
Итак, объединив усилия, фантазию и способности, мы с Евгением приступили к более детальной проработке сюжетных линий, характеров действующих лиц, написанию синопсиса и пробных глав.
Сперва в книге был очень сильный акцент на эллинизацию одной из противоборствующих общин, тем более что идея построения «Новой постъядерной Спарты» на территории Миусского полуострова исторически оправдана. В окрестностях Таганрога на самом деле есть населенный пункт с необычным для русского уха названием — Лакедемоновка, а основателем этого поселения был Николай Алфераки, представитель знатной греческой фамилии. Протянув эту
Правда, в процессе обсуждения книги с редактором от излишней эллинизации книги мы отказались, но какие-то отголоски в романе сохранились. Кроме того, из-за необходимости значительно сократить текст из него полностью исчезли стихотворные эпиграфы Майка Зиновкина, и лишь целиком прочитав Оглавление, можно представить всю эпичность первоначального замысла.
Вот, в общих чертах история создания романа «Отступник».
Еще добавлю, что мой соавтор Евгений Шкиль обладает даром «быстрого пера» и черновой вариант текста был написан им буквально за 4 месяца. А потом началась долгая кропотливая работа по редактированию, уточнению характеров, переписыванию отдельных кусков, увязыванию деталей, на которую ушло еще более полутора лет.
Надеюсь, что читатели не будут скучать, прослеживая перипетии истории главного героя.
Так же хочу сказать огромное спасибо за помощь в работе над текстом Александру Бирюкову, Денису Шабалову, Ларисе Ворошиловой, Павлу Старовойтову, Андрею Гребенщикову, моим берлинским друзьям Инне и Володе, а также, разумеется — Вячеславу Бакулину.
Евгений Шкиль
От себя хочу добавить: я рад, что все наконец-то благополучно закончилось. Иногда мне казалось, что эпопея с написанием данного произведения будет длиться целую вечность. Но это лишь иллюзия восприятия. Не вечны, говорят, даже Солнце и Луна.
Что касается достоинств и недостатков самого романа — не нам (авторам) об этом судить. Полагаю, там есть и то и другое, но чего больше, пусть решают читатели. Тем не менее «Отступник» лично для меня был пробой пера, попыткой «замахнуться» на большой объем.
В книге открывается не просто еще одна локация. В романе сталкиваются две общины, каждая со своим устройством и миропониманием. Одна человеческая, пытающаяся сохранить генофонд самыми радикальными методами, другая — уже не совсем человеческая, принимающая в свои ряды любого, согласного жить по странным правилам, со строгими табу и полупервобытным укладом. И вот как раз противостояние между двумя этими порядками и выбор героев между ними, возможно, и есть нечто новое в серии «Метро».
Хочу также поблагодарить всех тех, кто помогал в создании данного произведения.