Отшельник
Шрифт:
Я закинул один из автоматов за спину и ринулся к лестнице. Взбежал по перекладинам, выскочил в бокс и увидел, как Егор, выронив свой ПП, корчится на полу под электрошокером промеж двух трайков.
Над ним стоял уже знакомый мне парень со шрамами.
Я выхватил пистолет Аверина, сдернул предохранитель, вскинул оружие.
Парень обернулся на звук, и в этот момент я нажал на спусковой крючок.
Пуля вошла ему аккурат промеж глаз. Шокер вывалился из разжавшихся рук.
Ну вот все и началось.
Егор со
В этот миг дверца бокса в очередной раз со скрежетом поднялась, и в проеме показались двое патрульных с автоматами на шее.
— Вы что тут, совсем уже охренели? — не глядя на нас, начал было один из них, рослый мужик с окуляром вместо правого глаза и выкрашенной в оранжевый цвет тощей бороденкой. — Теперь уже и палите средь бела…
Тут его приятель, уставившись выпученными глазами на труп, ткнул говорливого локтем.
Но тот и сам уже сообразил, что договаривать фразу не имеет смысла.
Они оба схватились за оружие.
Но слишком медленно. По крайней мере, для меня.
Я вырвал из-за ремня второй пистолет, щелкнул предохранителем и, не прицеливаясь, навел оба ствола на патрульных. И несколько раз выстрелил им в грудь.
Рыжебородый рухнул замертво.
Его напарнику повезло меньше. Хватаясь за воздух руками, он неловко завалился на бок, пуская кровавые пузыри и судорожно хрипя.
Тогда я выстрелил еще раз ему в голову.
Алое месиво лохмотьями разлетелось по полу.
Егор, кашлянув, подошел ко мне.
— Это, я не успел сказать… Та машина, что ты присмотрел. Она того. Уехала.
Что?.. Как уехала, когда, куда?!
Все эти вопросы разом закружили у меня в голове.
Вот только смысла в них не было.
— Ну и хер с ней, — сказал я, глядя в открытый створ ворот, как снаружи начинается обеспокоенное волнение, и люди, потрясая стволами, двигаются по направлению к гаражам и тычут пальцами в нашу сторону. — Разберемся по ходу пьесы. Эй ты, блин, ежик в тумане депрессивной философии! — крикнул я Женьке. — Вылезай давай, где застряла?
Сунув пистолеты за ремень, я стащил со спины автомат и выпустил предупредительную очередь.
В ответ прогремела парочка разрозненных выстрелов. По не до конца поднятой гармошке ворот лязгнула пуля.
— Ну держитесь, с-суки, — просипел Егор, отскочив в сторону и прижавшись спиной к стене бокса.
Я тоже сдвинулся в угол, скрывшись за кирпичной стеной.
Тут из люка появился тяжелый автомат в тонких руках, а следом за ним — Женька, все в той же рубашке на голое тело, штанах и грубых ботинках на босую ногу.
— Чё, долго губы красила? — сверкнув зубами в улыбке, спросил у нее Егор — и, высунувшись из укрытия, не прицеливаясь короткой очередью полоснул подползшую к нам толпу — довольно метко, потому что четверо человек с воплями рухнули на землю.
Вместо ответа Женька
Прогремело несколько выстрелов в воздух — это появился Командор.
— В стороны! В обход!!! — рявкнул он, перекрывая нарастающий гул лагеря.
Тупая толпа сразу рассыпалась, растеклась промеж построек и восстановленных палаток, оставляя дорогу пустой.
И вдруг раздался оглушительный грохот и хруст кирпича.
Мы все, как один, пригнулись, опасливо озираясь вокруг. С задней стороны бокса посыпалась битая крошка. Прогремел еще один выстрел, и еще — и здоровенный кусок стены проломился внутрь, разлетаясь в стороны мелкими осколками и поднимая облако ржавой пыли.
Это по нам долбанули бронебоем.
Женька закашлялась, закрыв лицо рукой.
Из дыры на нас выпрыгнули здоровая баба в камуфляже и такой же здоровый дядька с имплантированными руками и титановыми пластинами на груди. На поясе — штук пять гранат в специальных держателях. За плечами — здоровенный красный баллон, в руках — брандспойт, сваренный непонятно из чего, но явно на коленке.
— А-ааа-ааа! — проорал он на кураже, поворачивая свою трубу на нас.
Женька, не прекращая кашлять в локоть, резко вскинула засиявшую оранжевым светом свободную руку, оставляя в воздухе световой след.
Раздался жуткий хруст, будто кто-то разламывал целиковую курицу-гриль, металлический скрежет и лязг. Титановые пластины отлетели в стороны, имплантированные руки дядьки вывернулись в плечах, раздирая связки и мышцы, как намагниченные, пока их не вывернуло окончательно.
Мужик опять заорал свое «а-ааа!», но теперь уже совсем с другой интонацией. Кровища хлынула из ран, обдавая нас фонтаном.
«Зря стирались», — пронеслось в моей голове.
Женщина в камуфляже, на секунду позабыв про нас, в ужасе отшатнулась от своего напарника.
Я развернул автомат и прицельно выпустил короткую очередь ей в голову.
У Егора от изумления непроизвольно открылся рот.
— Чего?.. — проговорил он, переводя взгляд с рухнувшего на колени фонтанирующего дядьки на Женьку.
— Подбирай челюсть с пола, мы уходим! — крикнул я, напрягая все свои мышцы для максимальной скорости.
В этот момент из пролома в наш бокс завалились патрульные.
Я увидел, как они поднимают дула своих автоматов — и бросился к ним. Кирпичная крошка скрипнула у меня под подошвой, воздух засвистел в ушах — и я с размаху ударил своим автоматом по медленно поднимающемуся оружию ближайшего патрульного и, схватив за плечо, швырнул на напарника — как раз в тот момент, когда он нажал на спусковой крючок. Десяток пуль одна за другой прошили патрульного. Одной рукой я почти воткнул в ошалевшего стрелка автомат, прострелил ему грудь и отшвырнул от себя.
Запустив пятерню в карман, выхватил новый магазин и по-быстрому перезарядил оружие.