Отщепенец
Шрифт:
«Так вот, как ты понял, когда нужно останавливаться! А тебе ведь повезло парень, что ты из клана Охотников и вас обучают так, чтобы вы на рефлекторном уровне ощущали опасность. И если бы не это чувство, я бы сейчас убил эту лягушку и мог реально подсесть на этот энергетический наркотик. А там и до безумия недалеко», — подумал я, но взглянув на лягушку, все равно испытал очень сильное желание доесть ее.
Значит, чтобы выжить мне предстоит научиться сдерживать себя, а для этого нужно попытаться вытянуть энергию еще из кого-нибудь, при этом, не убив его. Тем самым я проверю, потянет
С этими мыслями я прирезал лягушку кинжалом и выбрался наружу в поисках новой жертвы.
Глава 4
Российская империя. Выборгская аномалия.
Я отошел от входа в убежище не более чем на километр, постоянно прислушиваясь и принюхиваясь. Я слышал буквально все. Я слышал, как жужжат местные насекомые, как журчит неподалеку ручей, как шелестят листья на деревьях в пяти сотнях метров от меня. Я ощущал все запахи, что витали вокруг и подмечал все, что меня окружало, а вдохнув воздух ртом, я мог по вкусу понять, что и как далеко находится в той стороне, откуда дует ветер.
Как ни странно, но у этого тела, как и у даргов все пять чувств были невероятно развиты. Именно благодаря им я и учуял стаю волколаков.
Интересно, а получится ли у меня поймать одного из них? Вдруг кто-то отобьется от стаи. Я ведь дарг и мне нужны смертельные схватки на пределе моих сил.
Я потихонечку направился в сторону стаи, и вскоре мой слух уловил скулеж измененной псины и сразу же за ним жуткое чавканье. Похоже, аномальные псы угодили в ловушку какого-то более сильно монстра. По мере приближения я ощутил резкий запах, тины вперемешку с гнилью.
Наконец, я смог войти в зону прямой видимости и, находясь в кустах, чуть сдвинул ветку кустарника, закрывающую мне обзор.
Честно говоря, я, будучи даргом, повидал много всяких монстров, но то, что сейчас предстало моему взору, заинтересовало даже меня. Огромная черная клякса с невероятно зубастой пастью, имела возможность изменять свою форму, как слизь. Этим она и пользовалась, вытягивая из своего тела щупальца, которыми хватало волколаков и просто поедало их, каждый раз откусывая от очередной жертвы кусок за куском. Но надо отдать должное этой тварюге, о своем пищеварении она заботилась, потому, как очень тщательно пережевывала то, что откусила, громко чавкая на весь лес.
Не знаю почему, но волколаки даже не пытались убежать. Наоборот, они с яростью кидались на эту кляксу, пытаясь ее разорвать, но лишь оставляли в ней глубокие порезы, которые тут же затягивались. Причем каждый раз они нападали все вместе, а черная клякса своими щупальцами отбрасывала всех, но когда доедала очередную жертву, одного из них она ловила и начинала жрать.
Вот в один из таких моментов, когда клякса откинула всех волколаков от себя. Один из них, самый большой, отлетел в мою сторону и, ударившись о дерево, снес его, но сам волколак, хоть и не вырубился, но ему изрядно досталось, и он стоял, пошатываясь, на четырех лапах, даже не пытаясь поднять на две. Это был мой
Псина была огромной, со взъерошенной клочковатой шерстью, осаленной в ярости клыкастой пастью. Когти у этой псины были размером с кинжал и мышцы. В тех местах где шерсть отсутствовала или была короткой были отчетливо видны рельефные мышцы.
— Да, Тузик, ты именно тот, кто мне нужен! А теперь, Лежать! — прошептал я, но измененный пес и не подумал выполнять команду. Вместо этого волколак бросился на меня.
Надо отдать должное Антеро, его тело оказалось достаточно ловким, чтобы не только увернуться от довольно быстрой и сильной твари, но суметь схватить измененного пса сзади, чтобы выкачать из него энергию.
Дотронувшись до волколака, я потянул из него энергию и испытал эйфорию куда более сильную, чем от энергии кислотной лягушки, но в этот раз я очень внимательно следил за состоянием своей жертвы и остановился тогда, когда не оставил ему сил на сопротивление, но при этом он был еще жив. Все это произошло так быстро, что измененный пес, просто рухнул на землю, не успев меня достать ни своими когтями, ни клыкастой пастью.
Затем я убедился, что клякса добила всю стаю и поволок своего пленника к себе в убежище. Если в живых остался бы хоть один волколак, он бы нашел своего товарища по запаху, а мне это было не нужно.
Только далеко мне отойти не удалось, вскоре я услышал хлюпанье за спиной и, даже не оборачиваясь, понял, что эта черная хрень ползет за мной. Не знаю, как именно, но она чует или меня, или мою жертву.
Несмотря на то, что умом я понимал, что с таким противником мне не сладить, душа моя трепетала от негодования. Какая-то хрень покушается на МОЮ добычу?!
Я бегом затянул ослабевшего волколака на верхушку высоченного дерева, а сам спрыгнул вниз. Теперь я уже знал, что это тело выдержит прыжок с такой высоты.
К тому времени, когда я приземлился, сюда подоспела клякса.
— Ну, что тварь, хочешь забрать мое? — оскалился доставая ножи. Сейчас страх во мне заглушила жажда крови и жажда битвы. Мне уже было все равно, насколько силен мой противник, мной овладело лишь одно желание — убить того, кто покусился на МОЁ!
Клякса сунула ко мне сразу несколько щупалец. Две из них я отрубил, от остальных увернулся и попытался забежать к ней с другой стороны, подозревая, что это у нее спина. Но я оказался неправ. Клякса попросту переместила свою пасть, сама даже не разворачиваясь при этом. Ну, конечно… я — идиот. Откуда у слизи спина? А эта тварь явно какой-то родственник слизи.
Тогда, продолжая бегать, я принялся искать ее ядро и вскоре нашел. Вот только легче мне от этого не стало. Ядро находилось в пасти. Причем глубоко. Настолько глубоко, что эта клякса меня сначала прожует, и только потом я смогу дотянуться до ядра. Собственно, этой пастью эта клякса и кормила ядро.
Ножи мне было жалко, поэтому я подобрал камень поувесистее и, подловив момент, швырнул его со всей силы. Попасть я попал. Тело пацана достаточно сильное, а свои навыки метания и боя я принес с собой в своей душе. Раздражает только эта задержка, с которой мое тело начинает действовать после того, как мой разум даст команду в мозг.