Отряд "Зеро"
Шрифт:
Ты — никак, — ответила «корона». — Но я могу попробовать исказить портал.
Проклятье!
— Скальд… — Змей хмурился, его руки нервно сжимали штурвал. — Мне это очень не нравится.
— Подождём, — повторил Ингвар. — Я не знаю, что это такое, и не намерен добровольно туда соваться.
В другой раз я бы удивился его истинно андроидному хладнокровию, но не сейчас. Сейчас мне было совсем не до того.
Чез! Вытащи нас отсюда!
Координаты
Любые! — Как и остальные, я с трудом удерживался на ногах, настолько трясло катер. Часть воды отправилась на ириванскую базу, но в шлюзе её по-прежнему вполне хватало, чтобы размазать нас о стенки. — Куда угодно, откуда мы сможем выбраться! Только быстрей и подальше отсюда!
Скат соскользнул с моей головы и устремился к окну открывающегося пространства. Никто из отряда не видел, как Чез, пройдя сквозь катер, вдруг увеличился в размерах, свился в кольцо — и золотой обруч наложился на телепорт ириванов. Внутри кольца, образованного золотистым ободом, вражеский портал вздрогнул, и изображение ириванской базы пошло заметной рябью. Вместо металлических стен появлялись звёздное небо и тёмные очертания суши.
Я же подскочил к ошеломлённому Змею, вышвырнул его с кресла рулевого и, рявкнув: «Не мешай!», плюхнулся на его место. Понятия не имею обо всех возможностях Чеза, но времени у нас точно в обрез.
— Джокер! Какого!.. — гневный рёв Ингвара потонул в удерживающих объятиях Даггер и мощном гуле, проникшем снаружи. Катер затрясло мелкой дрожью, ещё немного — и эта посудина начнёт рассыпаться.
— Держитесь! — я врубил двигатели на всю мощность, мысленно мимоходом благодаря Йен за помощь в удержании рассвирепевшего командира. Единственный шанс, что резкий рывок и максимальная скорость позволят нам успеть проскочить по горизонтальной оси воронки не такое уж и большое расстояние до нашего портала. Огненный обруч Чеза сжимался, удерживая свои позиции лишь у нижнего края телепорта, и я должен успеть попасть в центр изменившейся картинки! Пальцы стремительно пробежались по панели управления, корректируя курс и отключая швартовы.
Полный вперёд!
Катер, словно гарпун, сорвался с причала, за спиной раздался шум упавших тел: не удержались на ногах ничего не понимающие бойцы. Это всё потом.
Держись, Чез! Держись, приятель!
Я утопил штурвал на погружение, и катер стремительно нырнул в золотое кольцо.
В следующий миг я понял, что хуже в жизни себя ещё не чувствовал. Даже в коме было не так. Нас словно растянуло во времени и пространстве, скручивая, выворачивая едва ли не наизнанку, разрывая на атомы и снова собирая в единое целое. Каким-то непонятным образом самым краешком сознания я понимал, что Чез не просто исказил координаты, а создал дополнительный портал, искривив и временно «заземлив» основной. Словно кусок прямой «трубы» растянули до предела, изгибая и притягивая к некой «поверхности». Там, где «труба» телепорта соприкоснулась с «землёй», образовалась ещё одна «дыра», в которую сейчас и падал наш катер. За стенами многострадальной
Я не знал, сколько лет, минут или часов занял этот переход. Но в один прекрасный момент всё вдруг стремительно сжалось, как отпущенная пружина, меня вновь «сложило воедино», в обзорных иллюминаторах в последний раз мелькнуло нечто звёздное, и катер, в потоках захваченной нашим порталом воды, рухнул куда-то вниз. Я не успел даже осознать, что происходит, когда катер вместе с содержимым встряхнуло от жёсткого «приземления», вся электроника с тихим «уууип» благополучно отрубилась, оставляя нас в полной темноте и без всякой связи, а где-то за спиной я услышал жалкие попытки выругаться:
— Джо…кер… tis…pe…
Ингвар. Очухается — точно набьёт мне морду. Плевать…
Главное, от ириванов подальше…
Йен я почти не ощущал, но знал, что с ней всё в порядке, как и с остальными. Просто надо немного прийти в себя.
Я вслепую потыкал в погасшие кнопки панели управления, автоматика тихо взвыла, жалуясь на ненадлежащее обращение, но внешний прожектор всё-таки выдал треть своей мощности. Я понял это только по осветившимся снаружи обзорным иллюминаторам, покрытым густой сетью мелких трещин. Откуда-то даже поддувал ветерок, что радовало: дышать можно.
Чез? — попытка позвать ската наградила ответным молчанием и приступом головной боли. Вот чёрт…
Стоны за спиной, как и разношёрстные угрозы разобраться со мной самыми жестокими и немилосердными способами, становились все отчётливей. Если мой спаситель молчит, значит, придётся самому выяснить, куда нас занесло и как отсюда выбираться.
Я с трудом поднялся с кресла и в темноте, на ощупь побрёл к выходу, пару раз запнувшись об кого-то на полу: попытки разглядеть ауру кончались той же головной болью и резью в глазах. Добредя до выхода, я постоял, прислушиваясь к своим ощущениям, но чутьё молчало, оставив только уверенность, что опасность позади. Впрочем, Грань под ногами пела негромко и привычно-басовито, и, помятуя лёгкий и вполне себе кислородный сквозняк в рубке, я повернул рычаг.
Открывал бронированную дверь я всё же осторожно. В лицо ударил порыв прохладного и сухого ветра со странным привкусом пепла и мокрой зелени. Слабый свет прожектора подтвердил, что под ногами твёрдая поверхность с морскими лужами. Я спрыгнул, чтобы не слепило глаза, отошёл подальше от катера, сейчас больше пригодного на металлолом, и понял, что теперь втянул в свои «личные» неприятности весь отряд.
Я, пилот класса «А», зная все звёздные карты «человеческого заповедника» едва ли не наизусть, не мог найти ни одного знакомого созвездия или «маяковой» звезды. При этом внутри меня росло и крепло удивительное ощущение, что я, наконец-то, вернулся домой.
И это могло означать только одно: люди никогда не были в этой части космоса.
Зато здесь был Шут.
От осознания этой простой истины мне захотелось рыдать, смеяться и курить одновременно.