Отряд "Омега"
Шрифт:
— А если не хотят? — оживился Мвари.
— Не хотят — пусть Мекрджал их сожрет. Приап — свободная планета. И богатая. Приап заботится о своих. И только.
Мвари повернулся к Пурдзану.
— Как, Пур?
Пурдзан встал, выбрался в проход между креслами, случайно наступив Василию на ногу.
— Прости, курпан-баши. И ты прости, шейх. Все-таки… Ну…
— Выдвигай трубу, — скомандовал Мвари. Потом поглядел на Василия.
— А ты?
— А зачем? — пожал плечами Василий, — Пур пошел служить Родине. А я — янычар.
— Так
Василий взял мохнатую лапу Пурдзана обеими руками, крепко сжал.
— Прощай, Пур.
— Прощай, курпан-баши. Хорошо воевали.
— Эй, эй… — Мвари потеребил себя за рукава. Ухмыльнулся.
— Зря вы так, ребята. Ты иди, Пур. Мы с эмиром дальше полетим, но я тебя еще найду. Ты заметил, кругом все стало слишком… «призрачно»? Дел у нас по горло. И у тебя. Рано прощаться, понял? А пока иди, служи у своих зигунов.
— Так точно, шейх! Аллах акбар! — весело оскалился Пурдзан. И ушел.
Удильщик принялся готовить фелуку для прыжка. Сотник помотал головой, отфыркиваясь, словно после купания.
— Я вижу, господин тысяцкий, что вы хорошо знаете арестованных. И почему вы — «шейх»? Господа рядовые, — сотник обернулся к остальным опричникам, — прошу вас засвидетельствовать позже, что я действовал по закону и ради интересов Новгородского Княжества. Тысяцкий Мвари! Именем князя я требую, чтобы вы назвали конечный пункт полета! Или…
Сотник осекся, увидев в руке у Мвари пистолет, отнятый у Бориса. Мвари нажал на курок. Во лбу сотника, выделяясь среди крупных капель пота, появилась темно-красная дырочка. Тело неловко рухнуло в проход.
— Прилетел, дурилка, — сказал Мвари, осматривая пистолет. Потом протянул пистолет Борису.
— Твой? Хороший. Никогда таких не видел. Держи, чего пялишься? Да, и вы, ребята, держите ваши пушки.
Василий, пряча в кобуру бластер, с опаской оглянулся на опричников.
— Свои, свои, не волнуйся, эмир, — успокоил Василия Мвари, — из чужих только сотник увязался. Ну, его носатые съедят, верно, Йоцра?
— Са-Паси уже пили Цир-Цир, когда твои предки жрали друг друга, безносый, — весело ответил удильщик.
— Простите, шейх…
Хафизулла поудобнее пристроил арбалет за пазухой, мягко улыбнулся.
— Простите, но этот сотник по-своему прав. Куда мы летим?
Мвари развалился в кресле, вытянул ноги. Потеребил, как обычно, рукава форменного черного комбинезона.
— Главное, откуда. Я вас еле успел выдернуть из этого говна. А куда… В центр мира, правда, Йоцра? На Килкамжар.
Глава 3
И вновь Кальян Смерти шел по кругу. Чуть больше двух лет прошло с той маслиничной ночи в Новгороде, когда Пять Старцев собирались на последнее совещание. До сих пор между встречами Старцев ни разу не было столь короткого перерыва.
Но никогда еще события в обитаемой Вселенной не разворачивались
Кротов протянул мундштук стратигу Комнину.
— Ваше слово будет первым, стратиг. Именно в Империи творятся наиболее странные дела.
— Я все объясню. Но мое слово будет последним. Потому что у меня есть ответ. Но сперва я хочу выслушать вопросы.
Стратиг улыбался. Борода его, всегда уложенная аккуратным кирпичом, сейчас была всклокочена и смотрела слегка набок.
— Вы в порядке, стратиг? Вам…
— Мне хорошо. И я должен выступать последним. Верьте моей… Верьте мне, почтеннейшие.
— Ну ладно. Вы будете первым, Руперт-ага.
Горбун долго смаковал дым. Выпустил легкую струйку. И передал кальян старому измаилиту.
— Ибрагим-ага, я очерчу проблему, как всегда, а вы предложите выход.
Измаилит подержал мундштук в руке.
— Измаилиты не курят. Цергхи-боц, ваше слово будет за моим. Вы поможете понять общую картину.
Профессор Цергхи курил долго, окутываясь ароматными облаками. Наконец, он отдал мундштук Комнину.
— Стратиг, вы утверждаете, что располагаете ответами…
— Одним ответом. Универсальным.
Стратиг воздержался от курения, отдал мундштук Кротову.
— Господин Кротов, вам принимать окончательное решение. Хотя я думаю, сегодня это сведется к формальности.
Кротов покачал головой. Стратиг был явно не в порядке. На всякий случай Кротов тихонько передвинул ногой потайной рычажок, снимающий предохранитель с устройства личной защиты. Комнин, кажется, не заметил этой манипуляции.
Кальян исчез в отверстии посреди стола. Отверстие затянулось. Старцы опустились в кресла. И Руперт начал.
— Почтеннейшие. Два года от обоих отрядов нет никаких известий. Полагаю, отряды разгромлены. На Айво найдены остатки их техники. Но о «призраках», тем не менее, мы знаем немало, во всяком случае, об их активности. И эти знания несут глубокую печаль. По моим прикидкам, «призраки» являются солдатами какой-то колонии, существующей в неизвестном месте, не находящемся под нашим контролем.
Главное, конечно, не это. Главное — их цели и их методы. Цель их иррациональна, хоть и легко формулируется: уничтожение. Я поясню. Если бы они собирались взять все под свой контроль, им бы это удалось. И если бы их целью были рабы, они бы их могли получить в Империи, где, как я понял, они чувствуют себя достаточно свободно. Но их цель — дестабилизация. Я не знаю, почему. Однако и мои рассчеты, и моя интуиция подсказывают мне, что «призраки» — не более, чем разрушители. Мы им чем-то мешаем, шайтан их разберет, чем. Задача, по-моему, выяснить именно это. Тогда мы будем знать, о чем вести переговоры. И существует ли надежда на переговоры. Свое мнение я уже высказывал в прошлый раз. Если и нужны переговоры, то лишь как прикрытие. На самом деле, тут не о чем договариваться.