Отряд-2
Шрифт:
Как я здесь оказалась… Погоди, ты уснула там, на траве. Был этот запах от красивых лиловых цветов, а потом – провал и сон. Сон с этим жутким бестелесным шепотом… Эй, а как же мальчики?! Они же все там, на траве, в этом чертовом саду!
Аня вскочила на ноги.
Чарли! Это он, умная собака, вытащил ее из сонного царства. То-то ей чудилось, что кто-то волочет ее за воротник… Значит, ему не страшен запах…
– Чарли, миленький, – Анна обхватила собаку за голову и заглянула ей прямо в умные желтоватые глаза. –
По всему было видно, что Чарли понимал, что хочет Анна, но поставленная задача не вызывала у него особого восторга. Уж больно тяжелы были люди, даже не смотря на всю его силу. Но надо, так надо. Раз хозяйка просит….
Собака совсем по-человечески вздохнула и, развернувшись, побежала обратно в сад.
Первым, как самого легкого, она вытащила Валерку Стихаря.
А потом и всех остальных.
Последним оказался Михаил Малышев и на него, как самого большого и тяжелого ушло больше всего времени и сил.
Одуряющий запах странным образом не выходил за границы сада-парка, обозначенных деревьями по краю, и люди, спасенные Чарли, на чистом воздухе постепенно начали просыпаться. Их пробуждение совпало с некоторыми изменениями, происшедшими в местном небе и вокруг.
Та самая спиралевидная темно-зеленая небесная струя, обозначающая начало возникновения «Воронки», еще больше потемнела, приобретя практически черный цвет, сквозь который теперь отчетливо просматривались россыпи звезд и туманностей.
И эта самая спираль теперь двигалась.
Она как бы начала течь вместе со звездами туда, по направлению к аспидно-черному жерлу воронки.
А вокруг них неожиданно поднялся ветер. Это был не тот легкий ветерок, который они время от времени ощущали на протяжении всего путешествия к Замку. Нет. Этот ветер был резким, ледяным. И дул он не порывами, а с устойчивой, безжалостно нарастающей силой.
Некоторое время, еще не пришедший в себя после насильственного сна отряд, молча созерцал изменившееся небо.
– Надо торопиться, – наконец изрек Велга. – Во-первых, мне это не нравится, а во-вторых, что-то становится холодновато. В Замке ветра нет.
– Там, зато, такое может быть, что этот ветерок покажется нам поцелуем невесты, – пробормотал Майер.
– О! – сказал Дитц, игнорируя слова Руди и глядя на часы. – Опять идут!
Велга тут же посмотрел на свои и убедился, что Хельмут прав. Часы снова шли, и секундная стрелка весело отсчитывала короткие порции времени их жизни.
– Так, – сказал он. – Время пошло, и это символично. Ну что, начинаем с центральной башни?
– Начинаем, – сказал Дитц.
– Все-таки хороший сон я видел, – вздохнул Стихарь. – А вы, хлопцы?
«Хлопцы» не ответили.
Они подошли к высоким двустворчатым дверям центральной башни и попытались их открыть. Попытка не удалась. Двери не открывались ни внутрь, ни вбок, ни наружу. Та же самая история повторилась и со всеми другими башнями, – в каждую из них вел единственный вход, и вход этот был наглухо закрыт.
– Однако, эдак и замерзнуть недолго, – заметил, поеживаясь, Валерка Стихарь. – Прошу учесть, что я человек южный и мне на ледяном ветру жить вредно. Плохо такая погода влияет на мой нежный организм.
– А если взрывчаткой? – хищно предложил Шнайдер.
Они попробовали взрывчаткой.
Ударной волной снесло ветви и листья с деревьев на краю сонного сада, но двери остались непоколебимы. И даже цвет и фактура их поверхности ни на йоту не изменились.
– Когда меня не пускают в дверь, – сообщил Стихарь, – я лезу в окно. Но здесь до окон высоковато.
– Интересно, а откуда и как выбегали «крысы»? – задумчиво проговорил Хейниц. – Для них, что ли, двери открылись, а потом опять закрылись? Непонятно.
– Крысы обычно живут в подвалах, – сказал Дитц. – Может, мы пропустили какой-нибудь вход в местные подземелья?
– Сейчас проверим, – предложила Аня и наклонилась к Чарли, который все время старался держаться рядом с ней. – Чарли, нам нужно войти внутрь. Понимаешь? Ищи вход, Чарли, ищи. Ищи вход!
Чарли понял.
Сначала он, принюхиваясь, закружился на месте, и буквально через несколько секунд уверенно двинулся в обход главной башни.
Отряд последовал за ним.
Чарли обошел башню и, опустив нос к земле, направился по мощеной дорожке к ограде, в которой обнаружилась неприметная калитка. Калитка оказалась незапертой, и отряд, выйдя за ограду, оказался на сильно вытянутом в сторону жерла «Воронки» берегу, сплошь усеянном причудливыми скальными глыбами различной величины и просто валунами пополам с крупной галькой и поросшем редким невысоким кустарником с мелкими темно-коричневыми листьями. Среди глыб вилась довольно широкая тропинка, и Чарли, не задумываясь, побежал по ней. Вскоре из-за камней послышался его возбужденный лай.
Это была даже не пещера, а, скорее, просто большая дыра под обломком скалы, чем-то напоминающим по своим очертаниям безносую голову великана. Которую отрубили и бросили здесь, на берегу то ли в назидание, то ли, наоборот, на вечное забвение.
Размеры дыры вполне подходили для того, чтобы в нее легко мог пролезть взрослый человек.
Отсюда, с берега, вид на «Воронку Реальностей» и ее непроглядное жерло был особенно впечатляющ.
– Опять под землю! – сплюнул Майер. – Ну что это за наказание! Мне еще на Пейане надоело и вот – снова.