Отрицание
Шрифт:
С другой стороны, даже наиболее благоприятный исход, в котором Бахир берёт Инас своей четвёртой женой, Раида почему-то сильно раздражал. Мужчина никак не мог отделаться от напряжения. Он невольно стискивал зубы, играя желваками, сжимал и разжимал кулаки. Бахир ничего не замечал.
Раид, даже не поворачивая головы, увидел, как Инас увезли в сторону входа в гарем. Их машина остановилась у входа в поместье. Раид выбрался за эмиром из машины и тенью проследовал за ним. Эмир омылся после дороги и первым делом поспешил в конюшню. Там его ждал Тенин. Новая гордость табуна Бахира. Драконом его прозвали за ярко-рыжую
Бахир шёл между денниками, откуда к нему высовывались любопытные лошадиные носы. Но эмир спешил в дальний угол. Тенин, завидев нового хозяина, всхрапнул и затанцевал в деннике. Конь был великолепен. Статный, тонконогий, лобастый, сильный. Он высокомерно задирал голову и хвост и был похож на блестящую покрытую маслом статуэтку.
Бахир с нежностью заворковал у денника, приглашая коня принять припасённое угощение, но благородное животное никак не хотело идти на контакт. Конюхи пока не нашли к нему подход. Бахир уговаривал коня ласковым голосом, но, так ничего и не добившись, проговорил:
– Я приручу тебя!
Раид молча проследовал за эмиром в поместье. По дороге он против своей воли бросил короткий взгляд в сторону окон запретной части дома, гадая, в какую комнату могли поместить Инас. Он предположил, что в белую, ближайшую к мужской половине. Наверняка эмир поселил девушку поближе к себе.
Эмир отпустил Раида, и боец собрался выспаться после напряжённого путешествия. Хотя, даже здесь он не мог расслабиться. Только в родных песках под вечными звёздами он мог дышать свободно. Город давил на него. Большие дома давили на него. Сейчас Раид всей этой роскоши предпочёл бы колеблемый ветром шатёр из козьей шерсти и сухой холодный ночной воздух пустыни.
Но сегодня Раид был особенно беспокоен. Он пытался убедить себя, что его подопечный надёжно защищён, и Раид может расслабиться. Ничего не помогало. У него промелькнула было мысль пойти к людям, чтобы хоть как-то отвлечься, но Раид был нелюдимым, и ему не хотелось идти в общую гостиную. По их традициям принимать пищу в одиночестве было не очень принято, поэтому Раид предпочёл пропустить ужин. Ничего, он привык.
Мужчина долго ворочался в своей постели, пытаясь убедить себя, что всё дело в акклиматизации, перелёте и очень напряжённой неделе, но всё-таки сдался. Перед его глазами мелькали образы прекрасной среброволосой Инас. Прекрасное нежное лицо с прозрачной белой кожей, волосы, как белый шёлк, светлые глаза, каких он ещё не видел… И страх в этих глазах, что притаился в них с того самого момента, как она пришла в себя в самолёте. Совершенно обоснованный страх.
Раид перевернулся на другой бок и ударил подушку. И пусть она напугана сейчас, но она покорится. Он, как наяву, ясно видел, как она улыбается Бахиру. Бахир умеет ухаживать. Он засыплет её подарками, очарует посулами, и она сдастся.
Она откроет для него уста, она отдаст ему своё белое тело. Она станет его. Это неизбежно. И от этого хотелось скрежетать зубами. Раид пытался выкинуть эти мысли из головы. Инас не его и никогда не будет его. Что может он против эмира?
Раид зарычал и снова перевернулся. Только под утро ему удалось забыться сном. Во сне он видел беловолосую
Глава 8
Инесса проснулась разбитой. Непривычная кровать, шумящий в решётке ветер, незнакомые звуки, шаги за дверью, и удушливый тяжёлый аромат цветов, от которого у неё разболелась голова. Она, видите ли, даже выкинуть цветы не могла, поэтому стащила их в гардеробную, но запах проникал даже через закрытую дверь.
Спросонья девушка не сразу сообразила, где находится, но осознание вернулось быстро. А с ним и страх. Невозможность действовать плохо влияла на её эмоциональное состояние. Ей было бы проще рубануть с плеча, и будь, что будет, но Бахир вынудил её сидеть в закрытой комнате и вариться в собственном соку. Возможно, довести её до нервного тика и было его целью.
Инесса отругала себя за боязливость, вздохнула поглубже и поплелась в ванную. Экстерьер никоим образом не должен выдавать её раздрай. В зеркале отразилась опухшее заспанное лицо, и Инесса долго стояла под холодным душем, чтобы хоть немного вернуть себе человеческий вид. Дверь в ванную она тщательно заперла на защёлку.
По выходе из душа она натянула на себя свою юбку и блузку. Одежда помялась, но абайю на голое тело не надевают, да и в принципе ей не хотелось надевать эту одежду. По какой-то нелепой причине ей казалось, что этим она признает своё поражение.
Девушка подошла к зеркалу. Выглядела Инесса не то, чтобы плохо, но на фоне окружающей роскоши она была простушкой. Она настолько не вписывалась, что это резало глаза ей самой. Здесь было самое место какой-нибудь смуглой одалиске в шелках и золоте. Инесса фыркнула и отвернулась.
В дверь постучали. Не дожидаясь её разрешения, в двери щёлкнул замок, и в комнату вошла служанка. Как показалось Инессе – та же самая, что была вчера, но в первый день Инесса была настолько ошеломлена, что не обратила внимание на то, кто проводил её в эту комнату. Вошедшая девушка была закутана в чёрное. Украшений на ней не было, но её абайя была сшита из очень дорогой струящейся ткани.
– Уважаемая Инас, я принесла тебе завтрак. Его Королевское Высочество, эмир Бахир ибн Хассан приглашает тебя на прогулку после завтрака.
Поскольку о прогулке с принцем ей сообщили в утвердительной форме, Инесса поняла, что отказ с её стороны не принимается. Никто даже помыслить не мог, что она может отклонить столь щедрое предложение. Девушка вкатила в комнату ресторанную тележку, уставленную накрытыми крышками блюдами. Она бросила взгляд на Инессу и, казалось, только сейчас по-настоящему обратила на неё внимание.
Служанка осмотрела её босые ноги. Инесса разулась, поскольку в зимних сапогах, в которых она была в России, можно было просто свариться. Потом служанка подняла глаза на помятую за ночь юбку и на превратившуюся в тряпку блузу. Она тут же опустила глаза в пол и извиняющимся тоном выпалила:
– Я немедленно принесу тебе одежду.
Служанка быстро удалилась, а Инесса подняла крышки с блюд. Сладкое. Снова сладкое… Он желает ей диабета что ли? Или это такой способ её откормить, чтобы она не смогла проходить в двери и не сбежала? Похоже, за ужином придётся пропустить ещё и завтрак. Инесса налила себе кофе, чтобы взбодриться.