Отпусти меня
Шрифт:
Я окаменела.
— Но… - не успела возразить, как Мэтт перебил меня.
— Пожалуйста, верь мне, а не ему. Я хочу сделать как лучше для всех нас. Пусть его душещипательный рассказ был правдой или ярой ложью, но мы просто обязаны избавиться от того предмета, с помощью которого он в любой момент способен открыть Врата. — Парень прислонился своим лбом к моему, я почувствовала его согревающее дыхание на лице. — Мы должны это сделать, Келин. Вместе. Сейчас пусть нас всего… двое, против нас уже ополчились ангелы, но мы не должны друг от друга отдаляться, мы должны друг другу доверять. И правильным будет, если
— Разве? — прошептала я, смотря в его глаза.
Он провел пальцем по моим губам.
— Да. Пообещай, что не скажешь Люциферу о нашем плане, ибо он захочет нас остановить.
— Ладно. Хорошо.
— Отлично, — Мэтт поцеловал меня в лоб и обнял, прижав к себе. От его тела исходило приятное тепло, что странно, учитывая, что мы находимся на открытом, заснеженном балконе. — Сегодня и завтра мы никуда не выходим, следим за Люцифером и его поведением, а потом, послезавтра, рано утром, уходим без него. Раз он сказал, что в твоем доме спрятана Печать, значит, едем туда. Надеюсь, она действительно там, и он не напудрил нам мозги, что спрятал ее в твоем жилище.
Да уж, круче не бывает – я только думала, что все закончилось, теперь не будет никаких «приключений», а не тут-то было. На наши плечи опять легка тяжесть – нужно уничтожить Печать. Не знаю, прав ли Мэтт, что надо от нее избавиться, но разве существует другой выход? Вдруг, если мы не сделаем этого, Люцифер воспользуется ею и откроет Врата своего «прекрасного» домика?
Я вздохнула: а когда-то у меня была нормальная жизнь. Ключевое слово «была».
— У тебя были какие-нибудь другие видения, кроме того, недавнего? — спросил Мэтт.
Я крепче прижалась к нему, устанавливая голову в углубление шеи блондина. Боже, как мне не хватало всего этого: его мятного запаха с перчинкой, поцелуев, и вообще его самого.
— Нет, — мой голос прозвучал приглушенно — губы упирались в ключицу Мэтта.
Мы еще немного поговорили о моем знаке и прочих вещах, а потом замолчали. Я решила, что это именно тот момент, когда нужно задать не менее волнующий меня вопрос:
— Мэтт, почему ты не объявлялся все это время?
Он запустил руку в волосы и откинулся на спинку лавочки.
— Я не мог по многим причинам связаться с тобой. Ангелы узнали о… нас, и… было очень рискованно звонить тебе, наведываться или слать сообщения. Они слишком умны и могли выследить меня. Тем более, я не хотел бежать прямиком к тебе, под твое крыло, потому что тем самым бы подверг тебя риску, если хотя бы на полчаса остался в твоем жилище. Я часто мотался из одного расположенного неподалеку от твоего дома мотеля в другой, отчего постоянно что-то да терял. Например, недавно посеял старый мобильник, но, что хорошо, у меня есть запасной. И… — Мэтт выдохнул, из его рта вышел клубень пара и на несколько секунд замер в воздухе, затем растворился, — в общем, я выбирал мотели рядом с твоим домом, потому что волновался за тебя. Я, конечно, не каждый день «наблюдал» за тобой и очень жалею, что упустил тот момент, когда Люцифер вломился к тебе, но…
—… что?
Оказывается, вот почему он не звонил и не появлялся. А я его еще и обзывала.
Дерьмовенько.
Я покрылась мурашками. От холода? Неееет. От его слов. Все это время он… следил за мной? То есть, возможно, многое видел? Например, то, что
И тут на меня снизошло озарение – оказывается, тогда, когда я покалечилась после распития виски и отрубилась, с пола на диван меня переложил Мэтт и укрыл пледом. Ну и тут понятно, что с «Заката» забрал нас он (причем на моей тачке), отвез по домам, меня даже умудрился помыть да переодеть.
Я быстро сложила руки на груди, мое лицо побледнело, – он видел меня голой!
— Так это был ты, — ошеломленно прошелестела я, пялясь на него распахнутыми глазами. — Плед, диван, машина, вся прочая забота.
Он глухо ухмыльнулся, дотрагиваясь пальцем до моего лба, где еще красовалось крохотное, еле незаметное напоминание о «нескучном» вечере.
— Его почти не видно, — Мэтт опустил палец к моей скуле, я больше набрала воздуха в легкие, понимая, что на сей момент число только что появившихся вопросов на эту тему, которые тоже немедленно хочу задать ему сразу и получить ответы, нагло затмило количество других не менее важных.
— О, Господи, Мэтт, — я отпрянула от него, как ошпаренная. — Ты… видел меня голой? Ты… ты мыл меня? Ты… — слова с трудом удавалось произносить из-за пересохшего горла. Я словно пробежала марафон, и у меня к тому же участился пульс, и единственного, чего хотелось сильнее всего, кроме как услышать от Мэтта, что он «купал» меня хотя бы в нижнем белье, — так это убрать во рту неприятную засуху глотком воды или горячего кофе.
— Келин, я бы, конечно, очень хотел и того и того, но, — приблизил свое лицо к моему, — никогда бы не позволил себе сделать этого без твоего согласия. И тем более, без участия твоего трезвого сознания. Тогда я лишь протер твое… одетое в белье тело влажными салфетками и надел на него приглянувшуюся вещь.
Серьезно? Приглянувшуюся? Да это самая ужасная пижама, которую мне купила мама, а я по принципам не стала ее носить и спрятала глубоко в шкафу. Черт. Да как можно было надеть ее на меня, если на полках было столько других нормальных шмоток?
Учитывая то, что на меня напялил Мэтт в прошлый раз – сорочку с недоразвитыми медведями, можно сделать вывод – у него нет вкуса. Ибо тот есть, но на уровне детского сада.
Теперь я дышала спокойно. Меня вполне устроил его ответ.
— Спасибо за все.
— Не нужно меня благодарить. Я волновался за тебя ну… и за твою обезбашенную подругу. Она, кстати, сильно пиналась, когда я утаскивал ее от бара с алкоголем. Ладно это, но было особенно больно, получив удар каблуков в одно важное место. — На его щеках проступили ямочки, я засмеялась, представляя картину, где моя набравшаяся девочка заезжает сапогом от известной марки в пах нашего «спасителя». — Было рискованно везти вас по домам вчера, но я все же это сделал, потому что по многим причинам не мог вас оставить там. Да еще к вам начали приставать какие-то уроды. — Лицо Мэтта приобрело черты злости. — И да, в тот день, когда ты… наглоталась алкоголя и врезалась в стенку, мне пришлось тоже забыть о мерах осторожности и зайти в твой дом.