Отпуск
Шрифт:
После последнего аккорда Сергей аккуратно положил гитару и пошел за свой столик. Зал взорвался аплодисментами.
– Спасибо, – Оля нежно обняла его и поцеловала, – я люблю тебя!
– А уж как я-то тебя люблю! – сказал Сергей, отвечая со всем жаром на ее поцелуй. В зале снова захлопали.
Афанасьев смотрел на них с чувством легкой зависти и грусти. Грусти от того, что нет рядом с ним его Светланы, что она не знакома с этими прекрасными людьми, что не слышала она этой песни, что не купалась с ним в теплом Черном море… Петрович налил в бокалы вина и сказал короткий тост:
– За любовь!
Выпили все присутствующие, хотя Оля это делала лишь символически. Положение обязывало!
В это время по телевизору показывали местную программу новостей, и одна из официанток сделала звук громче. Сначала диктор говорил что-то про местную власть, кто-то кого-то встречал в аэропорту, потом про погоду. Затем пошел блок криминальных новостей. Сообщалось про угон автомобиля, драку с нанесением телесных повреждений, про различные ДТП. Когда диктор сообщил, что на дороге к водопадам пьяный водитель не справился с управлением и сорвался в пропасть, Сергей с Петровичем и Ольгой обратились во внимание. Ведущий программы добавил, что водитель, житель Воронежской области, погиб на месте. В машине найден пистолет ПМ, предположительно, погибший принадлежал к одной из преступных группировок воронежского региона. Фамилию его не сообщали. Алкоголь за рулем на горных дорогах может сыграть злую шутку с любым человеком, будь он хоть министр, хоть слесарь, хоть бандит. На этой поучительной ноте передача закончилась, и музыканты продолжили свою программу.
Сергей молча налил себе и майору в бокалы вина, у Оли бокал был почти полный. Все трое слегка улыбнулись, свели бокалы до приятного звука от соприкасающегося стекла и выпили.
Уезжали из Лазаревского где-то около двух часов ночи.
В лагере их с нетерпением ждал Морячок. Когда все вышли из автомобиля, он радостно запрыгал вокруг них, но Олю выделял больше всех. Пес запрыгивал на нее, радостно повизгивая и махая хвостом и лапками. Оля в свою очередь гладила его и пыталась чмокнуть в крутящуюся мордашку.
Всем хотелось спать. Приготовления ко сну заняли несколько минут. И через четверть часа вся компания погрузилась в крепкий южный сон, который приближал их к новому дню, неизвестно что несущему им.
Следующий день прошел под знаком полного отдыха и принятия решения о возвращении домой. Все согласились, что завтра надо уезжать. Тянуть не стоит. Майор на поезде приедет в свой родной город уже послезавтра. Сергей с Олей приедут в Новгород на день позже. Морячка решено взять с собой. Как только у Афанасьева появятся какие-то новости, он сразу же позвонит Сергею.
Последний день на побережье отрывались по полной программе. Катались на банане,
Когда лежали на надувных матрацах после очередных заплывов и ныряний, Афанасьев обратился к Сергею:
– Ты знаешь, у меня про этого Морковного, который остался после встречи с вами в Джипе в неживом состоянии, имеется кое-какая информация. Одним словом, этот гад имел какие-то дела в столице. Причем совершенно неизвестно с кем: то ли с бандюгами, то ли с какими-то спецслужбами. Может быть, уголовный розыск, а может быть, и ФСБ. Вероятно, Светлый этого не знал или же что-то имел от этого втихую от Мотыля. Мой друг, тоже опер из ОРБ, более подробно занимался этими вопросами. Ты рассказывал, что закопал в Джубге наряду с документами и какую-то подозрительную связку ключей. Думаю, они имеют какое-то отношение к его московской деятельности. Все это очень интересно и непонятно. Может быть, все те вещи, что ты там спрятал, нам еще пригодятся. Пока забудем про них. Ты, кстати, уверен, что их случайно никто не обнаружит?
– Уверен. Все сделано довольно грамотно и качественно. Даже влага не должна попасть. Я тебе, когда придем с моря, все подробно объясню, покажу на пальцах и отдам наш план, который мы с Олей там нарисовали. Вдруг действительно тебе и твоим друзьям все это пригодится?
– А я сумею понять все только на словах и по плану? Без реального места?
– Сумеешь. Место довольно необычное, дерево там особенное, есть километровый столб. Так что привязка очень хорошая. Самое худшее, ты можешь промахнуться где-нибудь на метр, не больше. Но это не страшно. С хорошей лопатой найдешь захоронку в течение получаса максимум, а то и скорее.
– Ладно, так и сделаем. Если возникнет необходимость, я тебя вызову, лучше все вместе будем разбираться. Вдруг и заработаем чего-нибудь!
– Хорошо, договорились. В любом случае мы с тобой еще увидимся. Или ты к нам приедешь, или же мне придется везти карточку к вам в город. Ладно, не будем загадывать. Пойдем, последний раз в этом году искупаемся и будем готовиться к завтрашнему дню.
Не хотелось выходить из моря. Оля бесконечно плавала на матраце, почти не выходя на берег. Загар у нее был очень красивый, с бронзовым оттенком. Петрович и Сергей тоже загорели, тоже были одними из самых загорелых на пляже, но у них загар был просто темным, а не бронзовым, как у Оли.
Через полчаса все трое были у палатки. Ужинали горячими чебуреками, свежими овощами и корейскими салатами. Оба Сергея все это богатство запивали свежим холодным пивом, которое всегда можно купить у Маши. Что-то давно не показывался Махмуд. Вероятно, придется уехать, так с ним и не попрощавшись.
После ужина начали собирать вещи, которые уже не пригодятся. Сергей достал из атласа план захоронки и отдал Петровичу, все еще раз подробнейшим образом объяснив ему. Спать легли пораньше. Морячок вел себя на удивление спокойно. Увидев, что хозяева забираются в палатку, тоже залез на свое место и свернулся калачиком. Майор лег в машину, где, действительно, было очень удобно спать.
Наступила последняя в этом году ночь на Черноморском побережье, которую Сергей с Олей провели скромно и тихо. Уснули очень быстро, только Морячок о чем-то часто вздыхал и часто открывал глаза.
Петрович, наоборот, очень долго не мог уснуть. Он понимал, что по возвращению придется очень непросто разговаривать с шефом, а возможно, и со Светлым. Нужно все продумать и заставить его не принимать жестких мер к новым друзьям майора, которых он успел по-настоящему полюбить, что в его суровой жизни случалось очень редко. Да и ему самому грозила опасность. Навряд ли Светлый так просто поверил в случайную гибель Матвея.