Отпущение грехов
Шрифт:
— Вообще-то обычно они работают неплохо, — заметила Гейл. В ее словах звучал скрытый намек на то, что иногда сбои все же бывают. — Наверное, кто-то просто забыл нажать на какой-нибудь рычажок.
Эндрю обратил внимание на то, что она причесалась, собрав длинные шелковистые волосы в хвост. Когда Гейл стала доставать чайник из нижнего отделения буфета, ее волосы перекинулись через плечо. Эндрю ничего не мог с собой поделать. Он же мужчина. Мужчина, оказавшийся наедине с красивой женщиной. Едва Гейл наклонилась за чайником, как Лавкрафт
Она наполнила чайник водой из-под крана и поставила его на плиту. Когда Гейл повернулась, Эндрю неохотно поднял глаза и улыбнулся.
— Извините, что веду себя не по-соседски и не предлагаю чашечку чая. — Она убавила огонь под чайником. — Честно говоря, мне пора бежать в клинику.
— Нет проблем. — Ему и так здорово повезло. Вставить жучок в телефон — это не шутка. Лавкрафт не мог поверить, что женщина, подозрительно относящаяся к каждому, кто вступает с ней в контакт, оставила его в своей квартире без присмотра. ~ Я пойду. Нужно распаковать вещи.
Расстояние между плитой и мойкой было поразительно узким. То ли Гейл об этом не подумала, то ли соблюдала неизвестные ему местные правила вежливости, но она не сдвинулась с места. Эндрю не оставалось ничего другого, как протиснуться между Гейл и буфетом. При этом его рука случайно коснулась ее бедра.
Эндрю не был готов к удару тока, пронзившего его от кончиков пальцев до паха. При этом судорогой свело не только пальцы. Твердить себе, что эта женщина является последней частью головоломки «Найди ее брата», оказалось бесполезно. Не помогло и то, что Лавкрафт отдернул руку и постарался отойти от Гейл как можно дальше.
Яростную реакцию тела Эндрю могло описать только давно вышедшее из употребления слово «похоть». Он отчаянно надеялся, что эта реакция объясняется всего-навсего долгим воздержанием. Физическая тяга к Гейл была бы для него катастрофой. Эта женщина — его единственный шанс. Именно поэтому он оказался в ее квартире в десять часов утра. Дело есть дело. Любые эмоциональные контакты должны быть категорически исключены.
И все же в его жилах продолжала бурлить кровь.
— Вы работаете в клинике? — спросил он, пытаясь взять себя в руки.
Гейл слегка нахмурилась. Неужели она ощутила то же, что и он сам?
— Да. — Ее тон не оставлял в этом сомнений. Эндрю почувствовал себя так, словно в его животе вспыхнул огненный шар. Затем шар спустился ниже и запульсировал.
Проклятье!
Он вышел в гостиную.
— Значит, если я захочу записаться на прием к врачу, то должен буду позвонить вам? — Он знал о ней все. За исключением одного. Того, как его тело откликнется на ее близость. Это явилось для Лавкрафта полнейшим сюрпризом.
— По-вашему, я работаю в регистратуре? — спросила она, положив руки на крышку буфета. При этом бедро Гейл, наверняка хранившее отпечаток его пальцев, слегка выгнулось.
— А разве это не так?
Уголок ее
— Нет, я не регистраторша.
— Медсестра?
Ее улыбка стала шире.
— Опять не угадали.
Он нахмурился, а потом удивленно выгнул бровь.
— Так вы местный врач?
— Что, не верится? Я закончила университет и получила диплом, — дерзко ответила Гейл. При этом в ее золотисто-зеленых глазах вспыхнуло пламя.
Эндрю улыбнулся.
— Прошу прощения. Я не имел в виду…
Она на мгновение закрыла глаза, а потом покачала головой.
— Вы не виноваты. Просто сегодня утром я немного устала. — Гейл сложила руки на груди. — Извините за не слишком любезный прием, но мне действительно пора на работу.
— Тогда позвольте пригласить вас на ланч, — быстро сказал Лавкрафт, не собираясь размышлять над причиной, заставившей его сделать это предложение. — Это самое меньшее, чем я могу отплатить вам за то, что не дал выспаться.
Гейл шумно выдохнула, подошла к двери и открыла ее, молча, но решительно предлагая непрошеному гостю уйти.
— Это лишнее.
— Я настаиваю, — возразил Эндрю, шагнув к ней. — Я чувствую себя виноватым.
Когда Лавкрафт проходил мимо, она отвернулась. Он вышел на крыльцо, обернулся, увидел в глазах Гейл сожаление и воспрянул духом.
— Прошу прощения, — ответила она. — Мне нужно работать.
— Но перерыв на ланч у вас бывает?
— Да, однако сегодня мне предстоит трудный день. Так что спасибо, но, увы… — Дверь закрылась. Звяканье цепочки подтвердило, что эта женщина не так легко меняет свои привычки.
Лавкрафт испустил разочарованный вздох. Впрочем, утро прошло не напрасно. Он сумел вмонтировать в ее телефон два передатчика. Отныне все входящие и исходящие звонки будут записываться. Конечно, это противозаконно, но Эндрю не мог допустить утечки информации, которая наверняка произошла бы, если бы он стал дожидаться решения суда. Сотового телефона у доктора Нортон не было, но зато у нее был звуковой сигнализатор. И, возможно, параллельный аппарат в спальне. Пока что об этом можно только догадываться.
Эндрю обуздал недостойные мысли, готовно вспыхнувшие в мозгу, когда представил себе, каким образом мог бы получить доступ в спальню доктора Нортон.
Он провел рукой по волосам, спустился с крыльца, пересек маленький цементный двор, окаймленный запущенной живой изгородью, и пошел к лестнице, которая вела в его апартаменты. Лавкрафт не слишком считался с правилами, когда нужно было добиться своего, и не собирался изменять этому принципу. А поскольку в данный момент речь шла об обнаружении местонахождения человека, входившего в перечень наиболее опасных преступников, разыскиваемых ФБР, он не задумываясь пошел бы на все. Несколько раз он доходил до предела, но все же никогда не забывал, что является слугой закона. Хотя соблазн был велик. А в случае с Нортоном особенно.