Отморозок Чан

Достоевский Федор

– Короче, разматывай нитки. Они вроде крепкие. Один конец я возьму, другой ты. Держим нить натянутой, так нам не придется искать друг друга по голосу и создавать лишний шум.

– Какой шум? Какие блядь нитки? Что мы делать вообще будем? Пойдем через тоннель в полной темноте?

– Да.

– Охуенный план. Только бля, там еще во мраке прячется какая-то неведанная хуйня, а станция и пути дальше Ботанической - завалены к ебеням, насколько ты помнишь. Ясно, что какая-то лазейка может быть - мы на это и рассчитывали, но бля, как мы ее в темноте найдем, да еще зная, что вместо заветной дверной

ручки, можем нащупать ебаное чудовище? И какого хуя мы вообще не подумали о том, что нам могут не дать фонари?

– Бывает.

– Заебал ты со своими односложными ответами. Какой у тебя блядь план?

– Мы пойдем на ощупь, прижавшись к стене. Будем надеяться, что рано или поздно нам попадется технический ящик, в котором найдутся химические факела.

– Ты ебанутый? Эти ящики по всему метро посрывали давным-давно.

– Ну, может, нам повезет.

– Охуенный план.

– Лучшего у нас нет. Даже если не найдем факела, то в любом случае доберемся до станции. Там уже решим, что делать.

– Бля, ты не забыл про ебаного монстра? С ним что делать будем?

– Не бывает никаких монстров. Это человек. У меня коломет. Встретим - убьем и пойдем дальше.

– Ты голос этого человека слышал? Я думаю, слон обосрался бы, услышав голос этого «человека».

– Ты слонов-то видел?

– Только на видео.

– Я тоже.

– Да мне похуй. План у тебя хуевый.

– У нас нет другого плана, Чан. Разматывай веревку и в путь.

Мы медленно шли, ведя руками по стене. Чудовища мы не слышали с тех самых пор, как оказались в этом блядском тоннеле. Может быть, это какой-то хитрый трюк? Типа аудиозапись, которую они усилили и пустили по вентиляции, чтобы напугать нас до усрачки. Сука, надеюсь так и есть. Хотя, даже если чудовища нет, сомневаюсь, что мы сможем найти выход из этого места, если не найдем ебаный фонарик.

– Слышь, капитан...- начал я, но сразу же замолчал.

Меня прервал вой. Тот самый. Он был по-прежнему где-то далеко впереди. Из тоннеля он звучал не так басисто, но все равно принадлежать человеку он не мог. Чтобы издавать такой вой, нужны огромные легкие.

– Ну что, похоже это на человека?
– спросил я

– Нет, - коротко ответил капитан.

– Мы идем прямо на него. Уверен, что это хорошая идея? Я сомневаюсь, что твой коломет его возьмет. Как ты его вообще в темноте выцеливать будешь? Или подождешь, пока он тебя проглотит, и изнутри убьешь?

– Что-нибудь придумаем.

– Заебала эта твоя неопределенность...

– Да что ты, мля, предлагаешь? Убежать обратно и забиться в угол? Так оно сюда идет, наверняка. И будет идти пока в тупик не упрется, в котором мы спрячемся. Мы можем либо идти дальше с призрачной надеждой спастись или сидеть на жопе, надеясь, что нас спасет божественное вмешательство. Я за первый вариант. Если тебе больше нравится второй - можешь валить обратно.

– Не нервничай, уебок. Я просто предпочитаю все продумать, прежде чем действовать...

– Правда? Ты все продумал прежде чем убить человека за пару кирпичей? А потом ты все продумал прежде чем завалил троих ни в чем не виноватых за гребаную резиновую лодку?

– Иди на хуй, это совсем другое. Но когда ты это так говоришь, звучит реально некрасиво.

–

Захлопни пасть, короче, и иди молча. Нельзя шуметь.

За следующие десять минут мы слышали рев дважды. Каждый раз он звучал все ближе. Хер его знает, идет ли тварь к нам навстречу, или только мы приближаемся к ней. Но бля буду, так страшно мне никогда не было. Идти в полной блядь темноте, без оружия, навстречу неведомой твари, без возможности убежать от нее, случись что.

Спустя еще какое-то время, я заметил тусклый свет впереди.

– Видишь это?
– спросил я у капитана.

– Вижу, - ответил он напряженно, - только не знаю хорошо это или плохо.

Чем ближе мы приближались, тем ярче становился свет. Совсем скоро мы заметили, что источников света несколько и они движутся - лучи света хаотично скользили по правой стене тоннеля. Этот свет также дал нам понять, что тоннель круто сворачивает. А еще, стало понятно, что чем бы ни был источник света, он скрыт от нас за поворотом. Но я уже догадываюсь, что эти блядские фонари светят нихуя не со стены.

Внезапно вой раздался снова. Совсем близко. На этот раз, кроме рева, я услышал хрип, прозвучавший перед ним. Точнее три последовательных хрипа. Они были гораздо тише и вполне могли принадлежать человеку. Также я слышал какие-то странные звуки. Словно сто рыбаков пытаются тащить ебаного кита по гальке. Хуй знает, откуда такие ассоциации. Еще мне стало ясно, что источников света больше, чем я думал. Десятки. Много десятков. Блядь, неужто за углом скрывается банда рыбаков в касках с фонарями, тащащих здоровенного кричащего кита? От этой мысли мне стало бы смешно, если бы я не был в полном ахуе от ужаса.

Вскоре мы остановились как вкопанные. Точнее сначала остановился Капитан. Я же остановился, когда врезался в него. Из-за угла, в нескольких десятках метров от нас, стало выползать нечто. Десятки фонарей светили во все стороны, еще десятки освещали его самого. Оно было гигантским.

Снова раздались три последовательных хрипа, а затем вопль. Внезапно я разглядел, что это за тварь. Это десятки, нет сотни людей. Они передвигаются одной, огромной кучей, словно единое существо. Эта куча тел была покрыта кровью вперемешку с землей. Присмотревшись еще внимательнее, я понял, что лучше бы не присматривался. Вот зачем им нужны эти блядские нитки.

Эти уебки пришили себя друг к другу. Многие из них занимались этим прямо сейчас. Они торчали из-под других тел и протыкая свою и чужую кожу кривыми проволочными крюками, пришивали себя к общей куче. Одни пришивали себя, другие помогали пришиться другим, третьи светили ручными фонарями, помогая видеть куда они пришиваются. Те, что были снизу, ползли, прижавшись к земле, очень медленно продвигая общую массу вперед - им явно недоставало сил.

Среди этой массы тел было много мертвецов. Свежих, полусгнивших, частично расчлененных. Да, эти люди пожирали друг друга. Хуй знает, по какому принципу они выбирали, кого будут есть, но многие из людей жрали прямо сейчас. Я увидел, как один из них с трудом дотянулся то мертвеца неподалеку и какое-то время пытался оторвать от него кусок мяса. Когда это ему наконец удалось, он стал жадно запихивать его в рот. Людей в куче было так много, что они касались руками и ногами стен и свода тоннеля.