Отмель
Шрифт:
Клянусь, Купер, я тебе не лгу. Знаю, звучит страшно. Я тебя напугала. Но ты должен меня выслушать. – Я крепко обхватываю его лицо ладонями. – Если мы не уедем сейчас, то никогда не увидим наш дом, ты меня понял? – На сей раз стадию подготовки пришлось пропустить. Время бесценно, ведь в любой момент сюда может ворваться Матео, Джек еле жив, а у меня вот-вот начнутся роды. Остается лишь сообщать плохие новости.
Купер кричит и вырывается. Иного я и не ждала. Кики бежит за братом, пытаясь его остановить. Куп добегает до входа, открывает дверь, но я захлопываю ее у него перед носом и притягиваю сына к себе.
– Не хочу плыть! – верещит он. – Не хочу!
– Тебе и не придется. Все будет хорошо! – Я тоже срываюсь на крик, отчего сын вдруг впадает в ступор и молча смотрит на меня мокрыми от слез глазками. – Пожалуйста, Купер, успокойся. Я пытаюсь тебя спасти, и другого выхода нет. Ты будешь лежать на надувном матрасе и делать то, что я скажу. – Я целую его лицо, по которому ручьями текут слезы и сопли. Как и мы, он дрожит от страха. – Джек тоже поплывет с нами. Он ранен и нуждается в помощи. Ты ведь хочешь помочь Джеку, да? Нужно доставить его на остров как можно скорее.
– Но я хочу к папе! – восклицает сын.
Я объясняю ему, что мы увидимся с папой позже, когда доберемся до острова. Называю моим маленьким героем. Уверяю, что нас ждет захватывающее приключение. В конце концов, несмотря на протесты и слезы, Куп чуть заметно кивает и позволяет мне плотно обернуть тканью его ручки и ножки. В спешке я роняю лоскуты. Снова поднимаю. И тороплюсь изо всех сил, помня, что Матео в особняке, совсем близко, и у него пистолет. Кики помогает мне обвязать Купа, потом себя. Напоследок мы крепко обнимаемся, долго не выпуская друг друга. Я очень горжусь детьми и говорю им об этом. Скоро все вновь встанет на свои места, обещаю я. Все будет хорошо.
Потом я закрываю дверь в «Барк». Марьям, Сити и Акмаль уже на пирсе. Время пришло, мы наконец-то отправляемся в путь. Я вглядываюсь в океан. Он отвечает мне холодным взглядом, словно напоминая, что Матео где-то рядом.
Сейчас
20:00
Мои требования просты и понятны, и одно из них – тишина. Не плакать, не кричать, не пререкаться, вообще не шуметь, пока не отойдем достаточно далеко от берега. Поплакать можно по дороге, но во время отправления – ни звука, говорю я детям. У нас всего один шанс совершить побег. Ошибки недопустимы. Я лишь надеюсь, что этим маленьким человечкам хватит сил справиться с такой сложной взрослой задачей. Акмаль с любопытством за нами наблюдает, сидя на руках у мамы. Его ручки и ножки надежно обвязаны лоскутами. Я с тревогой поглядываю на дощатый настил. В любой момент кто-нибудь из мужчин может заметить нас и броситься в погоню.
Из личных вещей в рюкзаке у меня только плюшевые мишки Кики и Купера. Когда доберемся, надо будет сразу их постирать и высушить. А еще я тайком от детей прихватила нож и взяла пару бутылок воды – придется довольствоваться малым – и три яблока, чтобы было чем подкрепиться. Надеюсь, в ход пойдет все, кроме ножа.
Мы подходим к пирсу, и я велю Кики и Куперу ждать меня рядом с Джеком, а сама ищу матрас. Мне помогает Сити. Марьям надежно спрятала наш плот от посторонних глаз. Я осторожно, стараясь не шуметь, стряхиваю с него песок и вынимаю из-под досок. Сити берет второй, а также аквапалку.
Вокруг
Напоследок бросаю взгляд через плечо – и ничего не вижу, ничего не слышу. Только пальмы тихо шелестят ветвями, а где-то вдали кричит птица. Однако тишина не означает, что мужчины не крадутся сейчас вниз за нами. В длинной пижаме, обвязанная лоскутами, я выхожу на пирс. Мне жарко, я вся обливаюсь потом, от которого мокнут подмышки, но ведь неизвестно, насколько холодная будет вода. Сейчас же, с рюкзаком за плечами и матрасом в руке, я еле дышу, переполненная тревогой, адреналином, страхом. Но понимаю: нельзя позволять эмоциям взять верх над рассудком. Надо сосредоточиться, поверить в свои силы. Я ведь стараюсь не только ради себя, а ради всех, кто сейчас здесь, рядом со мной на пирсе.
– Я помогать его на матрас, – шепчет Марьям, передавая Акмаля Сити, и кивает в сторону Джека, который приподнимает руку, подзывая меня к себе.
Услышав его тихий шепот, я наклоняюсь и хочу поцеловать его руку, но сдерживаюсь, вспомнив, что на нас смотрят Кики и Купер. Когда-нибудь я открою им правду о наших отношениях, но всему свое время. Джек очнулся и, похоже, постепенно приходит в себя. Но продолжает упрямиться.
– Оставь меня здесь.
Я сжимаю его руку.
– Тише. Сюда приехал Матео. С ним его люди, они вооружены.
Это заставляет Джека замолчать: он понимает, что Матео убьет и его, если найдет.
Как хорошо, что сегодня высокий прилив: погрузить Джека на матрас будет не так уж трудно. Лишь бы пластик не порвался, зацепившись за доски. Надо быть крайне осторожными. Кики плетется рядом, таща за собой аквапалку. Ее тельце дрожит. Напрасно я беспокоилась из-за шума. Детям сейчас не до болтовни, не до слез и пустых пререканий. Они в ужасе. Полном, абсолютном ужасе. Поскорее бы уложить всех на матрасы и сбежать отсюда.
– Закатывай его сюда, – говорю я Марьям.
Малайка протягивает к Джеку руки, но тот ее останавливает.
– Нет. Подожди. Приподними меня. Похоже, сломано несколько ребер, но я все-таки постараюсь помочь.
Я опускаю его голову на доски и шепчу:
– Хватит геройствовать, Джек, и не шевелись. Давай, Марьям.
Она кивает и помогает перевернуть Джека на бок, а я подвигаю под него матрас. Услышав стон, Купер закрывает уши руками. Часть тела по-прежнему свисает с матраса, и я при помощи Марьям хватаю Джека за рубашку, зажимаю ее в кулаке и затаскиваю на матрас. Потом снова наклоняюсь к любимому и быстро целую – тайком от детей, пока те на нас не смотрят.
Марьям бесшумно заходит в черный океан, чтобы помочь нам с Кики спустить плот на воду. Она будет тащить его спереди, мы – подталкивать сзади. Держась свободной рукой за пирс, Марьям тянет матрас на себя. Я морщусь, боясь услышать звук лопающегося пластика. К счастью, обошлось: матрас гладко скользит по дереву, и мы с дочерью приподнимаем его с той стороны, где находятся ноги Джека. Опускаясь, плот чуть не подпрыгивает, и я изо всех сил стараюсь его выровнять, напрягая мышцы живота. Только бы Джек не свалился в воду. Получилось: матрас спокойно лежит на воде.