Отмеченная драконом
Шрифт:
– Мне тоже нравится. А какой это вид?
– «Магический».
– Что?! - не поняла я. Это как так?
– «Этот вид создала твоя магия, Исса», - хитро посмотрела на меня лаури.
– Ого, а вкусно!
***
Через час я поняла, что виноградом наелась до отвала, а уже скоро обед. Ой, не пойду я туда. Не хочу! И все равно, что надо. Не пойду и точка! Я герцогиня или где? Ладно, пока еще не герцогиня, но скоро уже буду! А точнее – завтра. И маленькие прихоти могу себе позволить. Тем более, у меня есть такой хороший заместитель и секретарь. Придумают же что-нибудь. Упс… Мик,
Ладно, переживу как-нибудь. Тем более, он же там не один, а с остальными друзьями. А значит, они что-нибудь придумают. А я… А я пока почитаю!
Пошла в библиотеку, нашла книгу, пошла в покои. Села, сижу и смотрю на обложку. Там нарисована красная роза, а по ней течет алая капля крови.
И что это? Смотреть надо что беру!
Ага, я взяла стихи. А почему тогда роза и капля крови? Что, после них хочется розой зарезаться? Вам не смешно, дорогие читатели? Мне что-то тоже. Почита-а-аем!
Как много тех, с кем можно лечь в постель
Как мало тех, с кем хочется проснуться...
И утром, расставаясь, обернуться,
И помахать рукой, и улыбнуться,
И целый день, волнуясь, ждать вестей.
Ого, ну и стих. Что-то меня на лирику потянуло. Может, тоже что-нибудь эдакое сочинить? Да ну, бред…
Что там дальше в стихах?
Как много тех, с кем можно просто жить,
Пить утром кофе, говорить и спорить...
С кем можно ездить отдыхать на море,
И, как положено - и в радости, и в горе
Быть рядом... Но при этом не любить...
Нет, что за ужас? Эти стихи на меня меланхолию наведут… Надо дать Кэлу и Мику почитать. Вот они посмеются. Любят они такие стихи, а потом смеются и зачитывают их остальным. Причем таким голосом, что тоже смеяться хочется. Да, так и сделаем! Только еще абзац прочту…
Как мало тех, с кем хочется мечтать!
Смотреть, как облака роятся в небе,
Писать слова любви на первом снеге,
И думать лишь об этом человеке...
И счастья большего не знать и не желать.
Ну, это уже лучше… Может, еще абзац?
Как мало тех, с кем можно помолчать,
Кто понимает с полуслова, с полу взгляда,
Кому
И за кого ты сможешь, как награду,
Любую боль, любую казнь принять...
Ах, как это напоминает меня! Меня и Эла. Я тоже готова принять и боль, и казнь… О-о-о-о, Исса, все, ты перечитала! Знаю я такие моменты, когда эльфы перечитывают стихов… Вот, не скажу, что они делают. Сами догадайтесь. Хотя, я же полукровка. Видимо, кровь заиграла. А ну, цыц!
Вот так и вьётся эта канитель –
Легко встречаются, без боли расстаются...
Все потому, что много тех, с кем можно лечь в постель.
Все потому, что мало тех, с кем хочется проснуться
Хорошо, что стихотворение кончилось, а то я сейчас бы пошла к Элу в любви ему признаваться. Вот бы богиня обрадовалась. Нет! Будем ждать более хорошее настроение. Стоп! Пусть лучше он делает первый шаг. Это привилегия мужчины!
Глава 24
Бал
– А я говорю, что она должна поехать на коне! – возмущался Лай, уже почти полчаса доказывая, что к замку Императора я должна приехать на коне, а остальные…
– Ты не понимаешь! Она благородная леди, герцогиня! Исса поедет в карете! – рычала Шаре, доказывая все наоборот.
– Нет! Она должна появиться эффектно! Надо посадить ее на мороки четырех элементалей! – доказывала свою теорию Риль.
– Что, сказу на четырех? – язвительно уточнил Кэл.
– Нет, на одном, а остальные рядом, - тут же среагировала эльфийка.
– И все-таки, надо посадить ее на коня!
– В карету!
– Коня!
– Элементами!
Гвалт стоял оглушительный. Я сжалась в кресле и крепко закрыла ужи. Эл, оценив мое состояние, хмыкнул и вдруг гаркнул:
– А ну, тихо! Значит, так. Если вы хотите, что бы она выглядела эффектно, то значит так и будет. Она поедет на мне, - сказал Эл таким голосом, что перечить никто и не вздумал. Да и идея была хорошая. Я еду на единороге! Это будет нечто…
На том и порешили, а потом Риль уточнила у Шаре.
– Слушай, а где платье-то?
– В покоях дожидается, - усмехнулась фея и затрепетала крыльями.
– Так идемте одеваться! Времени в обрез! – тут же закричал Мик и первым устремился ко мне в покои. Мы поспешили за ним, мало ли что он там натворит… Он может!
– Вау! – выдохнула Риль, рассматривая платье. Я тут же посмотрела и восхищенно застыла.
На кровати лежало произведение искусства. Темно-зеленое, длиной в пол и с разрезом на бедре и спине, оно красиво струилось по шелку одеяла. Вырез был вообще странный. От талии отходили острые «ромбики». Снизу они были тонкими, а ближе к верху расширялись. Так же они блестели и переливались, словно накрахмаленные. Таким образом, были открыты плечи.