Открой моё сердце, Господь
Шрифт:
Моя семья была бедна, и мы жили загородом. Я одевалась в соответствии с нашими финансами. Также я кушала в школьной столовой, где работала моя бабушка и в основном это была пища с высоким содержанием крахмала.
С отвержением в школе и нездоровой эмоциональной атмосферой в доме, я взялась за еду как за лекарство от чувства пустоты и отвержения, которое царило внутри меня. Это создавало замкнутый круг: больше еды, ожирение и затем больше отвержения.
Ко времени, когда я перешла в среднюю школу, я уже не могла войти в класс
Дети могут быть очень жестоки друг к другу. Большинство времени я пребывала в страхе, потому что никогда не знала, что плохого ещё может произойти со мной.
Я никогда не знала, когда надо мной посмеются, поприкалываются или поиздеваются каким-либо образом. Например, были дни, когда я входила в класс и слышала, как дети говорят, «Жирная, жирная идёт… спорим, что не сможет войти в дверь!»
Однажды наш школьный автобус съехал в канаву по пути из школы. Так произошло, что я сидела на стороне, которая оказалась в канаве. Позже дети стали дразнить меня, что это из-за меня автобус затянуло в канаву.
Это было ужасно и такого рода вещи травмируют ребёнка. Я часто думала, что кажется, что малозаметные вещи для взрослого могут быть очень травмирующими для ребёнка, особенно для того, кто столь чувствителен, какой была я.
Когда я наконец добралась до старших классов, я уже жила с «Жирной Кэти» долгое время. Мы были хорошо знакомы.
Но кое-что произошло в моей жизни. Моя семья переехала из города в Алабаме в город в Огайо. Во время переезда я была так занята, что не ела три дня и сразу же сбросила три килограмма.
Это привело меня на дорогу к потери веса, и я стала следить за питанием и развивать хорошие привычки в еде. Через некоторое время я стала следить за собой очень строго и начала терять лишний вес.
К шестнадцати я стала чирлидером в старшей школе и стала встречаться с парнем из соседнего городка, который был капитаном футбольной команды. Наконец-то я зажила жизнью, о которой могла только мечтать.
К сожалению (из-за страха отвержения) я чувствовала себя неуверенно и не могла долго поддерживать взаимоотношения с кем-либо. У меня было немного подруг, но длинный список парней. При этом я была популярна, потом что я стала физически привлекательна.
Как «Жирная Кэти», я получала признательность, будучи полной отличницей. Когда же я потеряла вес, я начала оставлять всё, что представляло «Жирную Кэти». Я оставила прошлое и личность, которая была раньше и преобразилась в полностью другого человека.
Я так и не могла поддерживать длительные взаимоотношения с кем-либо. Как только я видела какой-либо недостаток в человеке, я бросала его.
Но к двадцатилетнему возрасту Господь пристроил меня. Я познакомилась и вышла замуж за Гари Отс, мужчину моей мечты, в какие-то три недели. Я определённо никому не рекомендую такие быстрые ухаживания, но именно так Господь поработал со мной.
Когда
Мы жили по вере, что значило не иметь постоянного дохода и необходимость доверять Богу на всё. Казалось, всегда над нами было давление и стресс.
Я была молодой женой пастора в Галтинбурге, штат Теннеси, когда Господь взорвал нашу церковь чудесами, происходящими в жизнях людей. Люди из наркоманской среды часто получали спасение.
При этом, среди всего того, что Бог делал, я чувствовала высокий уровень гнева к своим двум дочерям и пытаясь быть женой пастора. Гнев всегда вовлекает некоторую меру контроля, и гнев был огромной проблемой в нашем доме.
Я достигала победы на время, а затем возникала неожиданная ситуация из ниоткуда, «выпуская» тлеющий под поверхностью гнев.
У нас в церкви бывали известные спикеры, и я часто спрашивала, «Как вы избавляетесь от гнева?»
Единственное, что они могли сказать, было что-то вроде, «разгрузи свою тарелку». Другими словами, не пытайся делать слишком много. Это была мудрость того дня, но она так и не решала главной проблемы, почему мой гнев занимал первое место.
Я часто боролась с тем, чтобы просто удерживать крышку над моим гневом, потому что, порой, мне казалось, что я почти «теряла его» — а на самом деле я не знала, с чем имею дело.
Со временам я стала осознавать, что что-то блокирует меня. Какая-то неизвестная или невидимая сила не давала мне переживать мне столь желанные Божьи обетования мира, радости и счастья.
Я была уставшей всё время – очень, очень уставшей. Насаждение новых церквей (как Джон Вимбер часто говорил, что это работа, которая берёт 80 часов в неделю) и воспитание двух дочерей оставляли меня физически и эмоционально опустошенной большинство времени.
Большая часть энергии, как казалось, уходила на удержание моего гнева под контролем. Требовалось много энергии сдерживать себя, когда внутри всё было неудержимо.
К этому времени, годы отвержения (что обычно в служении) и отвержение детских лет глубоко засели внутри меня. Я также стала стараться угождать всем из-за нежелания быть отверженной ещё раз. Я выкладывалась по полной, чтобы делать вещи, угодные людям и вернуть людей в церковь. Для человека с проблемами как у меня, насаждение церкви – это плохая идея.
Каким-то образом я всегда находила себя пытающейся удостовериться, что все охвачены: у людей есть еда на встрече, Рождестве, празднике Благодарения, специальный собраниях, где я готовила всё и вся. Я служила своей семье таким же образом. Я просто не мола стоять на месте и служила всем. В итоге я превратилась во всеобщего попечителя.
Я не могла, или лучше сказать, не хотела, позволить своим дочерям переживать боль. Мне приходилось работать без устали, чтобы оберегать их.