Отель Трансильвания
Шрифт:
– А что же вас так удивляет, мой друг? Или вам кажется, что я самозванец?
– Я… я нисколько не удивлен… – замялся Эркюль, приходя в ужас от собственной наглости.
– Титулом этим я пользуюсь очень нечасто, – хладнокровно продолжал Сен-Жермен, – но заверяю, что кое-кому это имя известно.
Совершенно смущенный Эркюль робко пролепетал:
– Но я не сомневаюсь ни в чем и, разумеется, вовсе не спрашиваю…
– Разумеется, спрашиваете. И, разумеется, заслужили ответ. Я происхожу из древнего карпатского
Была Флоренция, были Медичи, но Сен-Жермен не стал о них поминать. Саттину с Доминго, судя по их остановившимся взглядам, хватило и сказанного, кучер казался совершенно раздавленным, невозмутимой осталась только Ифигения Лэрре.
– Слава предков, без сомнения, законный повод для гордости, – спокойно сказала она. – Но отпрыск славного рода и сам должен быть достоин почтения, иначе вся его знатность не многого стоит.
– Полностью с вами согласен, – сказал Сен-Жермен.– Этот камешек брошен в мой огород?
Ифигения покачала головой, не обращая внимания на шиканье сотоварищей.
– Нет, князь, не в ваш.
Сен-Жермен удовлетворенно кивнул.
– Вот и отлично, – он повернулся к Эркюлю: – Пойдемте со мной. Я хочу попросить вас кое о чем.
– А что касается вас, – добавил граф, обращаясь ко всем остальным, – новый тигль вы получите в конце этой недели. Надеюсь, моего слова достаточно вам, мадам?
Отвесив иронический поклон Ифигении и кивнув рассеянно магам, Сен-Жермен двинулся к выходу.
– Теперь разберемся с вами, Эркюль, – произнес он, поднимаясь по лестнице вверх.– Я дам вам работу. Пока ваши ноги совсем не оправятся, вы будете мажордомом отеля.
Эркюль, слегка задыхаясь от спешки, сказал:
– Да, хозяин. Что я должен делать?
– Я хочу, чтобы вы следили за всеми, кто здесь бывает, особенно за теми, что ходят с Сен-Себастьяном или Боврэ. Если заметите что-нибудь подозрительное, немедленно дайте мне знать. Не беспокойтесь, что вас могут узнать.
– С Сен-Себастьяном? – переспросил Эркюль, останавливаясь.
– Да.
Сен-Жермен спокойно ждал, когда кучер справится с приливом волнения, глядя на него сверху вниз.
– Вы заново родились, Эркюль. Вы – мой мажордом. Какое дело моему мажордому до Сен-Себастьяна?
– Он меня искалечил! – крикнул Эркюль.
– Вы уже не калека.
Сен-Жермен продолжил подъем и снова остановился.
– Эркюль, – мягко сказал он.– Я полагаюсь на вашу выдержку.
Он поднялся на площадку, от которой отходил коридор.
– Ради того чтобы отомстить Сен-Себастьяну, я выдержу все. И пойду на все. Даже на сделку с
Сен-Жермен коротко рассмеялся.
– Вот даже как!
Он покачал головой и добавил другим тоном:
– Велите Роджеру приготовить карету. Объясните, что дело касается известной ему дамы, попавшей в беду. Ей надо помочь, ибо опасность все возрастает.
Эркюль наконец добрался до верхней ступеньки.
– Будет исполнено, господин. Сен-Жермен бросил взгляд на свой плащ, переброшенный через руку.
– Мне надо переодеться. И… вот еще что.
– Да, господин?
– Молчите о том, что знаете, если вам дороги жизнь и душа.
Эркюль снова остановился с озадаченным видом Граф одарил его холодной улыбкой.
– А если вам нет до них дела, молчите из чувства долга, ибо опасность угрожает и мне.
Письмо врача Андре Шенбрюнна графу де Сен-Жермену.
«30 октября 1743 года.
Андре Шенбрюнн, врач с улицы Экуле-Ромэн, шлет свой поклон графу де Сен-Жермену, выражая сожаление, что несчастный Сельбъе все еще не в себе. Врач интересуется, понимает ли граф, что причиной тому служит не дурной медицинский пригляд, а жестокость нанесенных побоев?
Касательно дела, обсуждавшегося намедни, врач Шенбрюнн сообщает, что он расположен принять в нем участие и намерен прибыть в оговоренное время к особняку де Кресси.
Врач берется сопроводить даму, которую передаст ему граф, в Бретань, чтобы препоручить несчастную опеке сестры ее Доминик де ла Тристесс дез Анж, аббатисы монастыря Милосердия и Справедливости в Редемптю.
Поскольку был сделан намек, что путешествие небезопасно, врач не отказывается от услуг вооруженного сопровождающего, предложенного ему графом, и в свою очередь берет на себя обязательство запастись шпагой и пистолетами. Повинуясь желанию графа, врач не будет никуда заезжать по дороге из Парижа в Бретань.
Поскольку высказывалось предположение, что дама не очень здорова, врач предусмотрит возможность предложить ей необходимую помощь. В ожидании завтрашней встречи имею честь оставаться вашим покорным слугой,
Андре Шенбрюнн, врач».
ГЛАВА 8
Около четырех утра граф Сен-Жермен наконец появился в игорных залах северного крыла «Трансильвании». На нем были просторный камзол черного шелка, черные панталоны и черные же чулки. Правда, жилетам приглушенных тонов граф в этот раз предпочел изысканно белый – атласный.