Отец смерти
Шрифт:
— Готово, — сказал он, протягивая мне меч. — Теперь тебе достаточно будет попросить его сражаться самому, и он сделает это. Кроме того, Адил теперь стал самообучающимся мечом.
— Спасибо, брат.
— Не стоит, Крит. Теперь многие обучают свои мечи таким образом. Обычные противники с обычным оружием становятся просто развлечением.
— Надо будет попробовать его в бою.
Он рассмеялся высоким булькающим смехом, и из левой половинки его рта выскочило несколько клубов живого ярко-красного огня.
— Хочешь,
— В следующий раз, брат. Выведи меня лучше к Восьмым вратам.
— Хорошо, — сказал Элексигаль.
Он сделал шаг, каким-то образом утягивая меня за собой, и мы оказались перед громадой Восьмых врат. Здесь Элексигаль вновь стал выглядеть как правая половинка демона.
— Кстати, почему ты захотел оказаться именно у Восьмых врат? — спросил он. — Я могу доставить тебя, куда ты захочешь…
Я бросил внутренний взор на свою душу, и она затрепетала в сладком предчувствии.
— Тогда перенеси меня к Матери Ветров, — попросил я.
Элексигаль кивнул и, взяв меня за руку, швырнул в пространство, которое я не мог увидеть. Через миг мы с ним шли по равнине, состоящей из луж жидкого пламени, и глубинные воины, охраняющие огненные деревья, приветствовали нас взмахами своих мечей.
— О! Кажется, тебя не хотят пускать домой, — сказал Элексигаль, показывая своей огненной левой рукой на странные фигуры впереди.
— Кто это? — спросил я.
— Твои дальние родственники, — ответил он. — Мать Ветров научилась производить на свет жидких воинов. Они могут спускаться в глубинные миры и вступать в сражение с нами.
— Есть способ уничтожить их?
— Они так же стойки, как и воины глубин, — сказал Элексигаль. — Боюсь, тебе не пробиться.
Я извлек Адил и приказал ему раскалиться докрасна. Через мгновение он уже пылал в моей руке красным сиянием.
Жидкие воины приблизились, и я нанес первый удар, погрузив раскаленную сталь в зашипевшее тело ближайшего противника.
Тотчас я получил мощные удары в живот и голову: струи воды, исторгнутые врагом, были жесткими, но не причинили моему телу особого вреда. Нанеся удар, вода снова втягивалась в тело жидкого воина.
— Мы можем разорвать твое тело на части, — сказал один из них.
Его голос булькал и шипел, а в глубине овального жидкого тела в разных направлениях плавали отдаленные подобия трех ярко-синих глаз.
— И что же тебе мешает? — спросил я, отдышавшись после водяных ударов.
— Мать Ветров не желает твоей гибели, — был ответ.
Я рассмеялся.
— Никто не может убить сойкеро, — сказал я.
— Тебя слишком долго не было в меняющемся мире, — ответил жидкий воин. — Ты все поймешь, когда преодолеешь восьмые и девятые врата своими собственными силами.
— Придется
— Как твое имя, жидкий воин? — спросил я.
— Меня зовут Твердый Поток.
— Еще увидимся, Твердый Поток, — сказал я на прощание, и Элексигаль перенес нас обратно к Восьмым вратам.
Восьмые и Девятые Врата дарили идущему по Пути понимание. Именно это имел в виду Твердый Поток. Многие вещи становились понятными сами по себе, когда Путник преодолевал их. Любопытно, какой способ нашел Отец, чтобы убить сойкеро. Я хотел это знать. Теперь ставкой в игре стала моя собственная жизнь, которую я еще недавно считал бесконечной. Должен признаться, это придало новую остроту моим ощущениям: теперь, как и все другие путники, я мог потерять все, что имею. Возвращение домой перестало носить характер развлекательной прогулки.
Восьмые врата пели, когда мы оказались перед ними.
— Здравствуй, Октосиаль, — сказал я. — Упражняешься в своих талантах?
— Доброго тебе дня, Крит, Несущий Смерть Всем, Кто Стоит На Пути.
— Рад, что ты еще помнишь мой старый титул, — улыбнулся я.
— Слышала, что у тебя неприятности с Отцом, — сказала Октосиаль.
— Нет времени болтать об этом. Подскажи, как мне пройти в Восьмую зону.
— Найди своих спутников. Я пропущу тебя только вместе с ними. Элексигаль, а тебе я советую быть поосторожнее. На тебя будут охотиться за то, что ты помог Криту.
— Спасибо за предупреждение, — поклонился Элексигаль своей правой половинкой. — Я помогаю Криту не из страха, и не из корысти. Поэтому ни то, ни другое обстоятельство не изменит моих решений.
— Ну тогда приготовьтесь к путешествию, — произнесла Октосиаль.
И ветер подхватил нас, чтобы унести прочь.
ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ
Анфиса. Мвуетси
Мы добрались до Шестых Врат довольно быстро. Через день после того, как мы вышли из Города Напрасно Умерших, Ветер изменил ландшафт, и нам потребовалось всего два дня, чтобы предстать перед Вратами.
Мы стояли в нескольких шагах от границы, разделяющей пятую и шестую зоны, и смотрели на нее. Пленка, натянутая по всей площади Врат, сверкала в лучах светила. Вокруг росли деревья, и среди их листьев пели птицы. Зачарованные зрелищем врат, мы не двигались с места.
— Я слишком долго оставался в этой зоне, — сказал Гриалир. — Иногда я терял надежду на то, что доберусь сюда.
Он сделал несколько шагов к Вратам, и голос Врат произнес:
— Мы ждали тебя, Гриалир. Ответь, в чем был смысл твоего пребывания в Городе Напрасно Умерших?