Отец подруги
Шрифт:
Но все же я оспаривала ее выбор и выкладывала из тележки продукты, которые даже не имела представления, как готовить. Я даже немного отвлеклась и когда возвращались с магазина домой, то смеялись, как раньше. Пакеты тяжелые. Ребро начинает ныть и смеяться больно.
— Дурная, куда тянешь, поставь, я донесу, — выхватывает Карина пакет и мы заходим в дом.
— Ты такими темпами в качка превратишься. И в универе будут бояться тебя, а не Савельева, — стягиваю кроссовки и опять нагибаюсь.
— Ой, этот придурок еще получит потом, поставь,
Каринка тащит все пакеты на кухню и я хвостиком за ней.
— Тут будем готовить, там кино смотреть, пойдем наверх, — она хватает меня за руку и тянет вверх по лестнице. — Тут моя комната, в конце коридора отца, а твоя та дверь.
Киваю и обхватываю себя руками. Моя комната от комнаты ее отца далеко. И это прекрасно. Может даже не будем сталкиваться рядом. Буду отсиживаться за стенами, а когда он уедет, тогда и подумаю о том, что делать дальше.
Карина идет в свою комнату, а я иду к себе. Открываю дверь и вхожу внутрь. Комната просторная и очень красивая. Нежно-фиолетовые стены, мягкий, пушистый, белый ковер, что ноги сразу утопают в нем. Закрываю дверь и открываю дверь, которая в стене. Это гардеробная, а из нее идет еще одна дверь. Так же открываю и попадаю в ванную.
Только я тут не одна.
Пахнет гелем для душа. Мужским. Пряным. От которого во рту пересыхает и руки трясутся. Мельком взглядываю на душевую кабинку и никого там не вижу. Понимаю, что тут только что был отец Карины.
Дверь напротив открывается и в ванную входит он… в одном полотенце и взглядом упирается в меня.
Черт.
Как это теперь из головы вытряхнуть его кубики?
Глава 5
— Раздевайся, — говорит мне и у меня сердце в пятки уходит.
С Вы… Это… Нет, — кручу головой и пячусь назад и упираюсь спиной о стену.
— Как так? А как же узнать поближе? Я готов.
Он делает шаг ко мне и я сама чувствую, что волна дрожи проходит от живота прямо к груди. Дыхание становится тяжелым. Делаю шаг в сторону и ищу выход. А сама не могу оторвать взгляда от отца моей подруги. У него такие пронзительные глаза. Дикий взгляд и бешеная энергетика.
Да я вообще голых мужчин никогда не видела.
Он словно из пластилина слеплен. Такой красивый и… имена точно хорошо приложили головой об пол…
— Вы не так поняли. Я даже не знаю вашего имени. Так же как и вы.
Я говорю и успеваю выставить руки перед собой, пока он не начинает упираться в них. Сглатываю, потому что кожа горячая слишком сильно обжигает, а голодный взгляд слишком напирающий.
— Имени? А зачем? Ты скоро исчезнешь из этого дома. Или думаешь я не вижу тебя насквозь? Девка из бедной семьи, хочет пробить и выбиться в люди за счет моей дочери. А тут резко переезжает во время моего приезда…
— Я не знала, что вы приедете. Это Карина. Я не хотела, — кручу головой, а горячая кожа начинает печь у ладони. Чувствую его бугристость пресса и сглатываю.
—
Расстояния между нами нет. А он не собирается останавливаться. Касается моей футболки и оттягивает ее. Мне приходится рукой удержать, чтобы он не видел моей груди. Но это его не смущает. Он пользуется тем, что я его не отталкиваю и встает рядом.
Меня потряхивает от того, что я чувствую его рядом. Причем всем телом. И у него стоит. Я же чувствую. Не маленькая и не глупая.
— Отойдите, пожалуйста, — набираюсь смелости и проскакиваю под рукой. Слышу, как он шумно выдыхает и перехватывает меня за руку, обратно притягивая. Теперь его руки уже на моей талии, а точнее под футболкой и сильно удерживают.
У меня мозги начинают плавиться, а внутри словно двести двадцать по венам. Искры летят вокруг. Я словно пьяная. И мне безумно хочется поддаться. Как под гипнозом слежу за его губами, чувствую как он сжимает мои волосы и притягивает к себе.
Он всасывает мои губы и углубляет сразу поцелуй. Меня словно имеют языком, а в груди щекочущее чувство и желание, от которого сводит спазмом низ живота.
Он отстраняется и я резко хватаю ртом воздух.
— А говоришь отпустить, — усмехается, а я не чувствую своих ног.
— Амель, ты в ванне? — кричит Карина и голос подруги резко приводит в себя.
Черт.
Вижу, как ее отец улыбается и он хочет чтобы нас застукали. И я поступаю необдуманно, сдергиваю с него полотенце и обхватила член рукой. Его ресницы трепещут и меня опять словно бьет молнией. Его хватка ослабляется и он упирается спиной о стену.
А мне это и нужно было. Я быстро открываю дверь и выхожу в гардеробную.
— Все нашла? Я только забыла тебя предупредить, что ванная смежная с отцовской комнатой. Но его все равно нет… Так что не переживай. Ой, а ты чего такая красная? Плохо?
Каринка прикладывает к моему лбу руку, а я правда приняла бы холодный душ. Потому что я до сих пор чувствую его упругое достоинство в своей руке. И самое противное, что мне бы хотелось с ним…
Но из-за подруги, никогда бы не позволила себе. А еще это бы доказывало, что я дружу с Кариной только из-за ее отца…
— Нет, там жарко. Папа твой дома, кстати, — скашиваю глаза в сторону ванны и в памяти всплывает то, как он меня прижимает. — Кстати, как его зовут? А то я не в крусе, — решаю перевести тему и Каринка поддается.
— Андрей Денисович. Но ты не обращай внимание. Он тут всего на две недели. А потом опять укатит в свою Америку. Видишь вчера был месяц, сейчас уже две недели. Так что есть вероятность, что вообще скоро свалит. Ладно, переодевайся и пойдем вниз. Все же приготовим ужин, посидим по-человечески.
— Иди. Я сейчас, — Карина выходит из комнаты, и без стеснения входит в комнату ее отец.
— Дверь там. А я…
— Стоять, — командует он и я замираю.
Божечки. Он раздетый и злой. Что сейчас будет?