Отец подруги
Шрифт:
– Так что скажешь, Сона? Ты в теме?
Перестав ковырять чизкейк, я в растерянности смотрю на улыбающегося Мишу. За последние несколько минут я погрузилась в свои мысли и напрочь утратила суть беседы.
– Я предложил в выходные поехать ко мне на даче, – терпеливо повторяет он. Сделаем шашлыки, поплаваем в бассейне, пока погода позволяет.
Я машинально поворачиваюсь к Лене. А она-то что по этому поводу думает? Если поедет, то я конечно присоединюсь. В каком-то смысле я от нее полностью завишу.
– Надо подумать, –
Все-таки Ленка действительно близка со своим отцом, если готова отказаться от намечающейся тусовки ради времени с ним. Меня даже зависть берет по-белому. Мой папа был очень молчаливым и замкнутым, и мне часто казалось, что я ему не слишком-то интересна.
– Борису Александровичу большой привет передавай, Лен, – говорит Слава, как мне чудится, с почтением. – Слышал, он новый объект в Подмосковье начал.
На это Ленка лишь беспечно пожимает плечами.
– Понятия не имею, если честно. Папа работу не любит обсуждать, а я не настаиваю. О, вот, кстати, и он звонит… – Схватив зажужжавший телефон, она прикладывает его к уху и начинает бодро тараторить: – Да, пап. Ты уже здесь? Поняла… Хорошо, выходим.
При мысли о скорой встрече с Лениным отцом, я снова ощущаю всплеск волнения, правда списываю его на неловкость от утреннего инцидента. Думаю, Бориса Александровича нечасто путают с наемным шофером.
– Ну что, встаем? – Ленка лезет рукой в сумку и протягивает мне упаковку жвачки. – Держи на всякий случай, чтобы в машине перегаром не дышать.
Я моментально запихиваю в рот полпачки и начинаю активно жевать. Будет жутко, если стекла запотеют. Да и вообще…
Парни выходят на улицу вместе с нами, отчего я испытываю легкую досаду. Из меня пока не выветрился дух школы, нашептывающий, что пить в компании взрослых мальчиков – плохо.
Темный седан стоит справа у входа, опасно переливаясь в полумраке своими полированными боками. Я машинально ощупываю толстовку – не задралась ли? – и резко оборачиваюсь, когда чувствую руку на своем плече. Миша.
– Пока ты не уехала, хотел твой номер телефона узнать, – таинственно щурясь, говорит он. – Не против?
Я чувствую смятение. И не потому, что парень просит у меня телефон – уже за столом было ясно, что Михаилу я понравилась. Скорее от того, что это происходит прилюдно.
– Эм… Ладно, записывай… – выпаливаю я и машинально оборачиваюсь, проверить, не задерживаю ли остальных. По коже разбегаются миллионы покалываний: отец Лены в этот момент пожимает руку Славе и его взгляд по случайности падает на меня.
Густо покраснев, я снова отворачиваюсь и быстро диктую Мише свой номер. Просто потому, что пообещала. Надеюсь, Борис Александрович после этого не подумает, что вместо учебы я собралась романы крутить.
– Круто. Я обязательно позвоню, –
Помахав ему рукой в знак прощания, я спешно иду к машине.
– Первый день на новом месте, а уже поклонником обзавелась, – шутливо комментирует мое шествие Ленка.
Щеки горят еще ярче. Не могла она хотя бы сейчас промолчать? Пусть еще отцу скажет о том, что в его доме завелась девственница.
– Здравствуйте еще раз, – бормочу я, поравнявшись с Борисом Александровичем. Намеренно на него не глядя, я собираюсь быстро прошмыгнуть в машину, но цепляюсь за какую-то выбоину и, ойкнув, начинаю заваливаться на бок.
Услышанный ранее запах дороговизны и кедра окутывает меня плотным облаком, и одновременно с этим твердая рука ловит мой локоть, помогая удержаться на ногах.
– Куда так торопишься? Аккуратнее.
Сердце начинает молотить, как сумасшедшее, а во рту, даже несмотря на жвачку, пересыхает. Эти слова я услышала так, будто их сказали мне в ухо.
– Спасибо большое… – Я смотрю себе под ноги, ища причину, по которой чуть не рухнула и, к своей растерянности, ничего не нахожу. – Не знаю, как так вышло… На ровном месте…
– Главное, что не упала. – Отец Лены отпускает мой локоть, и когда я с облегчением хватаюсь за ручку пассажирской двери, слышу: – Жвачка от запаха алкоголя не спасает. В следующий раз выпей кофе.
Выкинув жвачку в окно, я наблюдаю за сменяющимися пейзажами ночного города. Красиво-то как. Ещё даже великолепнее, чем днём. Немного расслабляюсь от монотонного и спокойного движения и переключаю внимание на телефон.
Мама получила мои снимки и пишет восторженные сообщения одно за другим. Просит позвонить, но мне неудобно при посторонних делиться своими эмоциями и впечатлениями, о чем ей тут же пишу в ответном смс, быстро перебирая пальцами по дисплею.
– Мишка тебе уже строчит, да? Кажется, он всерьез тобой заинтересовался, – говорит Ленка, даже не пытаясь сделать свой голос тише.
Мои щеки снова начинают пылать. Ещё бы! Ведь ему так разрекламировали мою девственность!
– Это мама ответила. Передает тебе привет и благодарность Борису Александровичу, что предложили у вас пожить, – быстро говорю я и, поймав в зеркале заднего вида пристальный взгляд Лениного отца, снова смущаюсь.
Мне жутко неудобно перед ним. В первый же день выпила и продиктовала номер телефона малознакомому парню. Что он обо мне теперь думает?
– Не за что, – отзывается он. – Как прогулка?
– Хорошо, – отвечает Ленка за нас обеих. – Почти весь день провели на ногах, потом с Мишей и Славой посидели в кафе. Кстати, пап, в выходные у нас все в силе? – Он утвердительно кивает. – В силе. Саблины к себе приглашают. Шашлыки пожарим. В бассейне поплаваете, в теннис поиграете. Умеешь, Сона? – задерживает на мне внимательный взгляд.