Отец подруги. Мой генерал

Ева

Андрей сегодня вернулся с работы не в духе. Я поняла это по его шелестящим шагам, громкому дыханию и тихому раздраженному бормотанию.

– Ева! – доносится до моего обостренного слуха голос из прихожей. – Почему не встречаешь?

Обняв себя за плечи, иду навстречу «любимому». Я приболела, и плохо себя чувствую. Однако Андрея не волнует мое состояние, я обязана словно собачка нести ему тапочки в зубах.

– Ева!! – повторяет

громче и злее.

– Привет, – хриплю в ответ. – Ты сегодня рано.

– Что, не ждала? – окидывает меня подозрительным взглядом. – Почему так плохо выглядишь? Опять себя запустила.

– Андрей, я болею. Говорила же тебе по телефону.

– Ну и что, что болеешь? Мне теперь весь вечер на твою бледную и кислую физиономию любоваться?

– Так не любуйся, – пожимаю плечами. – Я просто лягу обратно в постель.

Андрей проходит на кухню в своих белоснежных носках и шарит по холодильнику.

– Да я смотрю, ты весь день валяешься в кровати, жрать нечего, – зло хлопает дверцей.

– Есть вчерашний зеленый борщ, подогреть?

– Вчерашний, – передразнивает. – А я хочу сегодняшний.

Он даже думать не хочет о том, что мне может быть плохо и больно. Весь мир должен крутиться вокруг его персоны, а остальные подождут. Я редко болею, но метко. Сегодня вот и вправду пришлось лежать весь день. Думала, к вечеру станет легче, и я смогу приготовить ужин. Но стало только хуже. Особенно после возвращения «благоверного».

– Извини. Сейчас что-нибудь придумаю.

– Пожарь мне мяса с картошкой. Салат настрогай и заправь сметаной, а не маслом. А я пока в душ.

Превозмогая слабость, достаю мясо из морозилки и ставлю в микроволновку на разморозку. Шмыгая носом, чищу картофель. Голова будто набита ватой, глаза слипаются и еще больше знобит. Но боюсь пожаловаться Андрею на свое самочувствие, потому что хочу избежать скандала.

Несколько лет назад Андрей вытащил меня из дыры и сделал своей домашней игрушкой. Приходится терпеть его закидоны, потому что мне некуда идти. Да даже если бы и было куда – он везде меня найдет и вернет обратно в клетку.

– От меня уйти невозможно, Ева, – повторяет он всякий раз, когда переборщит с «воспитанием», как он называет банальное рукоприкладство. – Найду и убью. Ты знаешь мои возможности.

Андрей Беззаконов работает в прокуратуре, и его большие возможности я, конечно, осознаю. В общем, когда-нибудь он точно меня убьет, да. Уж лучше бы оставил подыхать в той дыре, где я жила с матерью-алкоголичкой.

В детстве мне приходилось спать с ножом в рукаве вязаной кофточки, чтобы было чем отбиться от ее собутыльников. Но и теперь мои ночи спокойными не назовешь.

– Ты моя, – оживает в голове хриплый голос Андрея. – Только моя, Ева. Ни один мужик больше не прикоснется к твоему нежному телу. А если прикоснется – я его убью. Ты меня знаешь.

Андрей у меня первый и единственный

мужчина. Даже не знаю, как мне удалось сохранить девственность в таких условиях. Мне, наверное, повезло. Да и нож, опять же, в рукаве кофты был припрятан. Когда-то я была готова драться и убивать.

Забавно…

Раньше я была бесстрашной, но Беззаконов меня полностью поработил и стер мою личность. Я теперь никто, игрушка в его руках, созданная удовлетворять его прихоти.

Иногда он бывает хорошим и заботливым.

Но чаще – злым и бессердечным. Особенно, если возникают проблемы на работе. Всю злобу он привык вымещать на своей девочке для битья – то есть на мне.

– Отпусти меня, Андрей! Умоляю, отпусти! Зачем я тебе? – кричала я две недели назад, чувствуя во рту железный вкус. Он неудачно шлепнул меня по губе наручными часами и рассек ее.

– Я люблю тебя, Ева, – отвечал он на полном серьезе.

– Когда любят – не бьют!

– Я тебя воспитываю, чтобы боялась и знала свое место. Чтобы не вздумала сбежать от меня.

Андрей установил слежку на мой телефон и контролировал каждый шаг. Если я задержусь в супермаркете, выбирая для него лучшие продукты, он непременно позвонит и спросит: в чем дело, почему я так долго брожу по магазину? Он даже не скрывает того, что я нахожусь под колпаком все 24 на 7.

В то же время он не ограничивает меня в тратах: я могу покупать всё, что захочу. У меня есть роскошная машина, шуба, драгоценности, брендовые сумочки и итальянская обувь. Но ничего из этого меня не радует. Я словно красивая кукла, но пустая внутри.

Единственная моя отдушина – это фитнес. Я хожу туда, чтобы выпустить накопившуюся усталость и гнев, а не «делать тело» в угоду своему благодетелю. Хотя он считает, что быть для него красивой – единственная причина, по которой я торчу в зале по несколько часов в день, три раза в неделю.

Именно на фитнесе я и познакомилась с Ариной. Приветливая девочка сразу «запала» на меня, но я сначала держалась отстраненно, боялась заводить подруг. Точнее, Андрей следил, чтобы у меня их не было. Ревность – причина номер один. Боязнь, что я сболтну кому-то лишнее – причина номер два.

Две недели назад я пришла на фитнес с опухшей губой. Арина сразу все поняла. Она уже не раз видела синяки и кровоподтеки на моем теле. Я не демонстрировала их, просто девушка вошла в раздевалку в тот момент, когда я переодевалась.

– Кто это с тобой делает? – строго спросила она.

– Никто. Забей.

– Ева, расскажи мне всё. У меня папа генерал. Давай ему всё расскажем? Он накажет твоего обидчика!

Я знала, что Арина – дочь какой-то влиятельной шишки. Но даже думать нечего о том, чтобы посвящать ее в суть дела. Ее высокопоставленный папочка вряд ли станет марать руки, спасая меня от Андрея. Это, право, даже смешно. Она очень наивна.