Шрифт:
Annotation
Так уж получилось, что я отец-одиночка, у меня мальчик и еще один мальчик. Был бы третий малыш, да наша мама и ребенок не пережила родов. С работой мне не повезло, очень уважаемая профессия в СССР - учитель. Да зарплата оставляет желать лучшего, да еще одна проблема не просто нищий учитель, а сельский нищий учитель. Благо я уже как-то умудрился прожить жизнь, умереть и вернутся в исходную точку, что переломала меня через колено. Получается сама судьба дает мне второй шанс.
Отец-одиночка
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Глава 1
Попал
— Папка! Папка! Не умирай! Папка! — Слышу плачь ребенка, ощущаю удары детских кулачков в грудь. Совершенно не понимаю, что происходит.
— Папка! — Да кто так надрывается? Детей у меня нет. Точнее есть два взрослых сына, они явно не дети. С трудом открываю глаза.
— Сережка?! — Моему удивлению нет предела. Мой старшенький, ему сейчас 45 годиков, но здесь и сейчас не более 5 лет, мы в нашем старом сельском домике.
— Папка! Ты живой! — Радости Сережки нет предела, он бросается меня обнимать, а чуть ниже в ногах сидит маленький Вовка и рыдает. Ага маленький, офицер, семья дети, а тут ему года 3. Получается я что помираю и у меня глюки, вижу всю жизнь перед глазами?
— Все хорошо Сережа. — Я обнимаю сына, глажу его по голове. Вовка по моим ногам ползет к нам. Он похоже просто напуган слезами старшего братика. Я непонимающе вожу взглядом по комнате и обстановке. Все как тогда при СССР. Когда умерла жена родами вместе с ребенком и мы остались втроем на хозяйстве. Надо сказать в достаточно небольшой забытой Богом деревушке, где я учительствовал.
Был грех, хоть два малолетних сына на руках, но узнав новости, что вместо того, чтобы стать отцом в третий раз я потерял жену и ребенка нажрался, как скотина. Да был такой эпизод в моей жизни, которым кстати ни разу не горжусь. Почему именно он вошел в мое умирающее сознание и вижу именно его?
— Сергей Владимирович, напугали вы нас. — Перевожу взгляд, за столом сидит соседка, все как тогда было. Я поехал в роддом. В районный, хоть деревушка и маленькая, но председатель нашел машину, учитель он в СССР пусть и не самый богатый человек, но крайне уважаемый. До Ельца чуть более 30 км, вот мы и поехали. Я ждал, долго ждал, ребятишки остались с соседкой. Потом, ну после новости нашел таксистов, новость была в ночь, а ЭТИ, даже ночью продавали водку. С кем пил, как пил, как оказался дома ничего не помнил. Денег в карманах не было. Спасибо неизвестным мне собутыльникам. Ведь по словам соседей приехал на такси, хоть на такси оставили. Да и не убили. Хотя зачем меня убивать? Я не с заработков, с золотых приисков приехал, денег половину зарплаты с собой взял. Хотел «магарыч» проставить, чтобы палату получше, отношение к жене, да всякие фрукты-овощи. Ну и ей надо было денег оставить. Зарплата же у меня небольшая всего 120 «рЭ», правда оклад побольше. Надо понимать премия есть, каждый урок дополнительно по сетке оплачивают, тринадцатая и четырнадцатая зарплаты, доплата за классное руководство, за ведение кружка и школьного музея посвященного ВОВ.
— Баб Нюр. Ты детей забери разговор есть.
— Да куда ж я их дену Сергей Владимирович? — Всплеснула руками соседка.
— До дому, сказать одно надо, да деду своему передашь.
— Неужто беда какая?
— Она самая…
Соседка похватала ребятишек в охапку и убежала. Я не знаю глюк или нет, но было просто до невозможности плохо. Жуткое похмелье, как в «реале». Причем
— Случилось, что Сергей Владимирович? — Когда я занюхал и прожевал немудреную закуску спросила соседка.
— Случилось… Нет больше Наташки моей и дитенка тоже нет. — Ответил я бабе Нюре. Та всплеснула руками.
— Горе-то какое. Как же вы теперь?
— Не война! Советская власть не бросит, проживем.
— Детям-то говорить будешь?
— Зачем? Душу рвать? Совру чего, да и увезти их надо куда, когда похороны будут.
— Куда ж их отвезти? — Вздохнула соседка.
— У односельчан спрошу, может у кого родня в соседней деревне, думаю приютят пацанов на половину дня.
— Это верно, никто не откажет Сергей Владимирович. — Согласилась соседка. Она хоть и была старше, но тут свои политесы, деревня. Скажем учитель в СССР, человек уважаемый. Потому даже какой местный алкоголик со мной себя ровно ведет. Причем старше меня или младше значение не имеет. Учитель, понимать нужно. Хотя, тоже есть свои нюансы и подводные камни. Скажем будь сразу после распределения, да ходи в клуб по девкам, так значит соперник, можно и морду лица набить. Женатый же человек, ну или как я теперь вдовец, что детей учит в школе, сам отец, драться с таким не правильно, даже материться при учителе не прилично. За такое могут и местные мужички бока намять.
— Баб Нюр, найдешь, где детей приютить? Не выгонишь сирот? К председателю надо, директору школы, теперь делов… Эх горе-горюшко. — Спросил я соседку.
— Да что ж мы без сердца? Все сделаем Сергей Владимирович, не беспокойся.
Опять деревенские политесы. Дело в том, что в алкоголизме я замечен не был. Потому и удивил старшенького и напугал, он будит, а папка не просыпается. Баба Нюра, человек, что прошла войну, пусть как работник тыла все понимает. Мужик ребенка, да жену потерял, ну сорвался, ну напился, такое в деревне, как говорил охранник Сашка Бородач поймут простят. Тем более я у директора школы на хорошем счету, да и у председателя. Потому мы с Наташкой стояли в очереди на получение квартиры в этом году я ее и получу. Хоть она и называется квартира, а по сути дом на два хозяина с разными входами, потому и квартира. Большая, да добротная трешка, скорее коттедж, чем просто дом.
Пусть я и не колхозник, но школа подшефна нашему колхозу, учителям, особенно молодым, да семейным, кто вроде меня вот в таком домике-развалюшке живет в первую очередь квартиру предоставляли, как во всем Советском Союзе абсолютно бесплатно. Учитывая же, что переезд осенью случиться должен у меня какое-то время даже два огорода будет. Один возле старого домика, ведь я его сажал, а второй возле нового дома-квартиры. Хотя там не просто дом. Там целый хоздвор от колхоза построен да на фундаменте хорошем из кирпича, живи да радуйся! Эх не дожила Наташка…