Шрифт:
Глава 1
– Саша, присмотри за Валей!
– крикнула я сыну, сорвала с вешалки пуховик, натянула его на ходу и вылетела на улицу.
Звук, доносящийся со двора, был похож на погоню лесного тролля за своей жертвой через густой бурелом. Но поблизости у нас не было ни бурелома, ни тролля.
Зато был забор, который я с такой заботой и любовью привела в порядок этим летом, и здоровенный джип, водитель которого, видимо, по незнанию заехал в поселок не с той стороны.
И
Я застыла в ужасе посреди двора. Деревянные колья забора ломались как спички под напором тяжеленной махины, нисколечко ее не притормаживая.
Машина прямиком неслась на курятник!
А у меня ведь там были не только куры, но и гуси, и коза Манька!
– Не-е-ет!
– заорала я, будто громкость моего голоса могла что-то изменить и зажмурилась.
Машина с хрустом врезалась в деревянную стену.
Сердце остановилось.
Послышалось истерическое кудахтанье, но его моментально заглушил рев мотора, и последовавший за ним адский скрежет металла о металл, глухой удар, плеск воды и визг тормозов.
Я распахнула не только глаза, но и рот.
Одна стена курятника сильно пострадала, но оставшиеся три устояли. Рядом валялась перевернутая бочка для воды с вмятиной в боку. Из пробитой стены возмущённо крякая выбежали гуси.
Я перевела взгляд на машину, затормозившую метрах в трёх от меня.
У нее разбилась правая задняя фара, совсем немного помяло нижнюю часть кузова и заднее крыло и поцарапало краску на задней двери от тесного контакта с железной бочкой.
Хозяину машины крупно повезло, что мой курятник не был основательной кирпичной постройкой.
Но у него на этот счёт было другое мнение.
Высокий, статный мужчина лет тридцати с небольшим в коротком кашемировом пальто, изящных кожаных туфлях и с идеально уложенными волосами безмолвно вышел из машины, чиркнул по мне презрительным взглядом и начал осматривать свою травмированную красотку.
Коснулся рукой в тонкой кожаной перчатке разбитой фары, постучал по вмятинам и проверил глубину царапины. А затем вернулся к двери и на полном серьезе собрался уехать!
– Стойте!
– охрипшим голосом произнесла я.
Мужчина обернулся, и я увидела привлекательное, чисто выбритое лицо абсолютно уверенного в своих действиях человека.
– Хочешь поблагодарить меня за то, что я снёс эту рухлядь и тебе не придется нанимать бульдозер?
– цинично процедил мужчина.
– Какую рухлядь? Это был новый забор, - судорожно сглотнув, начала оправдываться я.
Мужчина зло усмехнулся:
– Ну конечно. Новый. Кто бы сомневался. Привыкла наживаться за чужой счёт?
– в его глазах
Домашние тапочки, в которых я выскочила на улицу, предательски заскользили, и я едва удержалась на ногах.
– С утра уже накатила?
– скривилось холеное лицо мужчины.
Я закашлялась от такого наглого обвинения, но этого гада было не остановить.
– Ты же молодая ещё. Не страшная, - отвесил он мне сомнительный комплимент.
– И если не дура, легко можешь пристроить задницу в городе.
– Мама! Что там?!
– прозвучал тревожный окрик сына.
Я обернулась.
Саша в наспех накинутом на голову и плечи пледе и с Валюшкой на руках стоял на крыльце.
– Все-таки дура, - презрительно фыркнул этот эксперт, не оставив моей заднице шанса удачно пристроится.
– Наплодят нищету, потом за бутылку, и все вокруг им должны.
Последние слова огрели, как хлесткая пощечина.
Внутри все закипело. Вот ведь гад!
– Вы снесли забор и повредили курятник! За них и должны. Мне лишнего не надо.
– А ты только пьяная такая дерзкая? Или вообще по жизни?
– Это вы по себе и своему окружению судите? Только в таком состоянии правду друг другу говорите?
Лицо хама резко покраснело, будто я задела его за живое, и он яростно выпустил огромное облачко пара из ноздрей.
– Ты бы вместо того чтобы дерзить, за сопляками своими лучше смотрела. Замёрзнут, заболеют, помрут, пособия детского лишишься. На что пить будешь?
Я остолбенела.
Он мог до бесконечности оскорблять меня. Но пророчить смерть моим детям…
Вот же моральный урод! И жмот!
– Да подавитесь вы своими деньгами, - выдохнула я и развернулась, чтобы пойти в дом.
В следующее мгновение я почувствовала жёсткий захват руки и меня развернули на сто восемьдесят градусов.
– Ты головой своей думай, кого посылаешь, - процедил взбешённый гад мне прямо в лицо.
– Отпусти маму!
– завизжал Саша.
– Я ведь могу сделать так, что это ты будешь мне должна за ремонт машины. Ты таких денег поди в глаза не видела.
И тут мы пошатнулись из-за того, что Сашка со всего размаха врезался в ноги оборзевшего гада.
Я резко стряхнула его руку со своего плеча, метнулась к колоде, схватила топор, и перехватив сына, затянула себе за спину.
– Ты серьезно?
– глаза придурка увеличились вдвое при виде выставленного вперёд топора.
– Я не пью. Совсем. Умею колоть дрова. Рубить головы птице. И ради своих детей, освою ещё один навык, - меня трясло, но отступать было поздно.
– Дура!
– выплюнул очередное оскорбление гад, развернулся, быстро подошёл к машине, сел в нее, газанул и вырулил из двора так, что задел ещё и поленницу.