Отец моего парня. Его одержимость – я!
Шрифт:
Он подходит к самому дальнему столу в углу. Здесь тихо, отгорожено от остального зала. Большое панорамное окно открывает вид на ночной город. Огни машин, витрин, фонарей отражаются в стекле, но это всё лишь фон.
Столик кажется каким-то особенным. Как будто это
Он не спрашивает. Не раздумывает. Просто садится за него, как будто это его право. Он поворачивает голову ко мне и жестом указывает на стул напротив.
Не словами. Не просьбой. Просто движение руки, властное, спокойное. Я нервно сглатываю. Его взгляд цепляет меня, и я чувствую, как внутри всё сжимается. Я осторожно подхожу к столу и сажусь, стараясь двигаться как можно тише. Когда я сажусь, он смотрит на меня. Тяжёлый взгляд, спокойный, но холодный. Его глаза будто говорят мне, что он видит больше, чем я хочу показать.Я отвожу взгляд. Мои пальцы цепляются за край стола. Чёрт, почему я так нервничаю? Почему от него такое давление? Это не должно быть так. Я прячу руки под стол, потому что чувствую, как они начинают дрожать. Артём сидит напротив, абсолютно расслабленный. Его плечи не напряжены, его руки спокойно лежат на столе. Каждый его жест плавный, контролируемый. Он не пытается что-то говорить, но его молчание говорит само за себя.
Я чувствую себя маленькой. Как будто меня зажали в угол. И всё это – без единого его слова. Я краем глаза смотрю на окно. Вид из него невероятный. Огни города такие яркие, будто это другой мир. Красивый. Нереальный. И мы на
Но этот вид не даёт мне никакого спокойствия. Моё внимание всё равно тянется к нему. К Артёму. Я напрягаюсь так сильно, что спина уже болит.
Сижу, будто на экзамене. Даже хуже. Потому что здесь нет ни билетов, ни правил. Только он. Его взгляд. Его присутствие.
Я стараюсь не смотреть на него. Смотрю на стол, на свои руки. Всё что угодно, только не на него. Но это невозможно.
Артём Северов не даёт мне этой возможности.
Глава 7
Он молчит всего пару секунд, но даже это молчание – как удар. Напряжение в комнате нарастает с каждой секундой, будто воздух становится плотнее. Мне уже сложно дышать.
И вдруг он говорит.
– Так ты учишься на педагога, – произносит он спокойно. Его голос ровный, тихий, но в нём есть что-то, что заставляет внутри всё сжиматься.
Я киваю, не зная, что ответить.
– Значит, ты любишь детей? – он продолжает, его тон чуть меняется. В нём появляется лёгкая насмешка.
Мой голос дрожит, но я всё же выдавливаю:
– Да. Люблю.
И сразу чувствую, что ответила как-то неправильно. Слишком просто. Слишком обыденно.
Его взгляд проникает глубже.
– Ну, с ними проще, правда? – он усмехается. – Они хотя бы не врут так изощрённо, как взрослые.
Конец ознакомительного фрагмента.