Отец для двоих

Черно Адалин

Обид, конечно, больше нет, но зато есть Жанна, которая при любом удобном случае винит меня во всех смертных грехах. Есть мать Макара, которая никогда меня не примет, потому что давно ненавидит. Есть Степан, который вообще непонятно как отнесется к тому, что у его отца есть другая женщина и ребенок. Сейчас он не кажется мне причиной, по которой можно отказаться от мужчины, которого я люблю, но это сейчас… он беспомощный, в коме, он не знает о том, что у него теперь есть братик и мачеха.

А когда узнает? Как он отреагирует? Боюсь, я просто не смогу… Я ни за что не поставлю под удар своего ребенка. Если Степан не воспримет Тимофея так

же, как мой сын его, то… у нас никогда ничего не получится. Просто потому что я всегда встану на сторону своего сына, всегда буду его защищать и не смогу видеть, как другой ребенок его обижает или… господи, я даже не знаю, что может произойти.

— Я поеду к Стасу. Как справишься — приезжай к нам.

Макар не хочет меня отпускать, но все же соглашается. Он еще не собрался, а мне катастрофически нужно на воздух.

— Вот ключи от машины. Тебе можно водить?

— Можно, — кивает. — Но лучше езжай ты, я на такси.

Мы прощаемся, Макар целует меня в щеку и я сбегаю. Иду по коридору, спускаюсь на лифте и выхожу на улицу. Я замедляюсь, чтобы достать ключи от автомобиля, держу в руках телефон и ищу в сумке вязку, когда на меня налетает Жанна. Я даже смартфон роняю на асфальт.

— Это все из-за тебя, — рычит она на меня. — Слышишь ты… из-за тебя он такой. Шесть лет его мучают эти боли, но они были терпимыми. Ты полгода назад приехала, ему хуже стало. А вот как вернулась, так еще хуже. Это ты… ты… ты… у него на тебя аллергия!

Она меня толкает. Не сильно, но я отхожу на несколько шагов. В ушах шумит “ты… ты… ты” и “шесть лет”.

Глава 45

Оля

Я не знаю, откуда беру силы, чтобы оттолкнуть Жанну и поднять свой телефон. Она еще много чего говорит. О том, что это я виновата в их бедах, что это я разлучила ее с сыном и с Макаром. И что она все равно его вернет.

Его.

О сыне она забывает напрочь.

Впрочем, какая мне разница, что из нее не вышло хорошей матери? Мне абсолютно на это наплевать. Я добираюсь до автомобиля Макара, забираюсь в салон и блокирую дверь. Жанна, к моему удивлению, за мной не следует. Остается стоять у клиники. Видимо, будет дожидаться Макара.

Я прикрываю глаза и откидываю голову на спинку. Ее оскорбления не произвели на меня впечатление, но я зацепилась за другое.

Шесть лет… Шесть лет он терпит боль. И ему стало хуже не так давно. Жанна не знает диагноза Макара, а вот я… я начинаю ковырять эту мысль и понимаю, что, возможно, его гложет чувство вины.

Чтобы не быть застанной врасплох, завожу двигатель и трогаюсь с места. Еду к сыну и к брату, с которым мы в последнее время, к удивлению, поладили. Ссоры отошли на второй план, Стас больше не кричал на меня и не пытался сказать, что я сделала неправильный выбор. Он читал одно письмо, может быть поэтому, а может, его заставило что-то другое. В любом случае, теперь я могла на него положиться, могла надеяться на поддержку.

Я подъезжаю к дому через полчаса, заезжаю на территорию. Я частенько в последнее время пользуюсь машиной Макара. Он оставил мне ключи, когда уезжал в клинику и не успел забрать автомобиль, а я не спешу его отдавать. Привыкла немного. Мне удобно отвозить сына к Стасу, да и к Макару езжу на его авто. От такси отвыкла и теперь остро чувствую нехватки собственного автомобиля.

— Ты быстро.

Когда я выхожу из машины, ко мне подходит Стас. Данька с Тимофеем

бегают на лужайке. Сын при виде меня только рукой машет. Забыл совсем, что недавно дулся на меня и обижался из-за того, что не беру его к папе.

— Макара выписывают, — говорю брату. — Он поедет к Степану, а потом к заедет сюда.

— Решила не ехать с ним? — интересуется, зная, что после Макара я должна была навестить Степу, но вместо этого стою здесь.

— Долгая история, — отмахиваюсь, не желая рассказывать брату о Жанне.

К счастью, Стас больше ни о чем не расспрашивает и уходит в дом, чтобы позвать Настю. Я приземляюсь на диван в беседке и, пока никого нет, прокручиваю в голове случившееся.

Вины за то, что происходит с Макаром я не испытываю. Он сам выбрал этот путь. Я не виновата в том, что он решил оттолкнуть меня и поступить, как ему тогда казалось, правильно.

— Я думала, Стасик шутит, — голос Насти отвлекает меня от раздумий.

— Я правда приехала.

— И скоро уезжаешь…

— Да. Макар за мной приедет.

Настя мотает головой и садится рядом со мной. Чем она мне нравится — не пытается залезть в душу. Как-то так вышло, что мы с ней никогда не были близкими подругами и у нас не принято обсуждать острые темы. О них я могу поговорить с Лерой, но она укатила с детьми и Богданом на несколько месяцев, а звонить ей, чтобы посоветоваться, мне не хочется.

Я вообще не приемлю советов. Моя писательская натура довольно прихотлива. Предпочитает тишину и самокопание. Мне легче принимать решения в одиночку, хотя вот моей подруге Лере нужен разговор, так ей легче понять, что делать дальше. Да и Настя любит советоваться. Иногда я ощущаю себя немного пришибленной. Наверное, это удел всех авторов быть немного странными.

Мы многозначительно молчим, каждая размышляя о своем. Дети бегают по лужайке, где-то неподалеку чирикают птички, лает соседская собака. Я же погружаюсь в себя, в размышления. Перестаю слышать весь окружающий мир, прикрываю глаза. В моем воображении почти сразу возникает образ Макара и почему-то того, шестилетней давности. Со слегка вьющимися волосами и челкой, которая постоянно падала ему на глаза, с серьезным хмурым взглядом и легкой ухмылкой на губах.

Я вспоминала его именно таким, так как запрещала себе искать его в социальных сетях. Я не хотела видеть, как он изменился, а сейчас понимаю, что с годами он стал только лучше. Шире в плечах, выше на несколько сантиметров. Его взгляд стал жестче, циничней, а той ухмылки на губах, которую я помню, больше нет. Макар возмужал, стал уверенным в себе мужчиной. Уверенным во всем, кроме меня. Я вижу эту толику сомнений в его взгляде, когда он смотрит на меня. Улавливаю и мне становится немного грустно, хотя я прекрасно понимаю причину.

— Кажется, твой приехал, — непринужденно говорит Настя.

Ворота отъезжают, а я перевожу взгляд в ту сторону. Макар заходит пешком, потому что его машина здесь и он приехал на такси. Идет размашистым шагом прямиком к нам с Настей, но на полпути ему приходится остановиться, чтобы поздороваться со Стасом.

Дальше он попадает в поле зрения Тимофея, и я понимаю, что ко мне он доберется не скоро, а поэтому продолжаю сидеть в беседке. Решение я уже приняла. Я приняла его давно, просто сомневалась, взвешивала, думала. Наконец, Макар вместе с сыном идут ко мне. Тимофей довольно и важно улыбается, голову вверх задрал. Гордится тем, что отец к нему приехал сразу после больницы.