Отдай свое сердце

Роньшин Валерий Михайлович

— А что это значит?

— Раскрыть их истинный смысл. Верно растолковать.

— Чего уж толковать, — вздохнул Самокатов. — Нестерова во сне хотела меня убить. А после наяву. Все очень просто.

— Ошибаешься, парень, — дымил папироской майор. — Все гораздо сложнее, чем ты думаешь. Взять хотя бы Черную руку. Наяву она к тебе прилетала или во сне?

— Наяву.

— Не уверен.

— Так ведь и ребята видели, какой кавардак она в квартире устроила.

— А потом куда весь этот кавардак

подевался?

— Вы же сами говорили: серая магия и все такое.

— Говорить-то я говорил. А вот теперь мне кажется, что это был пророческий сон. Просто он имел столь мощную энергетику, что его заключительную часть увидели и твои друзья. Этим, кстати, объясняются царапины, шишка, укус и ожоги из твоих предыдущих снов.

— И еще фонарик, — прибавил Генка.

— Да, и еще фонарик, — рассеянно повторил Гвоздь, думая о чем-то своем.

— Петр Трофимыч, — вдруг неприятно осенило Самокатова. — Но тогда получается, что ко мне должна Черная рука прилететь. Ну, то есть Рука Смерти, которую из Эрмитажа украли.

Майор Гвоздь кивнул.

— Я как раз сейчас об этом думал.

В этот момент к ним подошел капитан Кипятков.

— Ваше приказание выполнено, товарищ майор, — четко доложил он. — Стекла вставил! Дверь починил!

— Молодец, Жора, — похвалил его Гвоздь.

— Рад стараться!

— Ну что ж, орлы, — Майор ловким щелчком послал окурок в урну. — Следствие продолжается. Садитесь в машину. Едем на Никоновское кладбище.

Глава XIX

«ВАМПИРОИСКАТЕЛЬ»

— На Никоновском кладбище никого не было. Если, конечно, не считать похороненных. И вампирши, которая пряталась где-то здесь, в одной из могил.

Самокатов оглядел ставший для него привычным кладбищенский пейзаж. (В последнее время он только и делал, что по кладбищам мотался.) Ряды многочисленных крестов и надгробий уходили к горизонту.

— Ни фига себе, — присвистнул Генка. — Да нам Нестерову тут за сто лет не найти.

— Найдем, Гена, — откликнулся Кипятков. — Я сейчас группу спецназа вызову, они быстренько здесь все перероют. — Капитан начал набирать номер на мобильнике.

— От-ставить! — приказал ему Гвоздь. — Сами управимся.

— Но, товарищ майор, здесь же копать не перекопать!

— Не кипятись, Кипятков. Ничего копать не надо. У меня есть специальное устройство под названием «вампироискатель». Достань-ка его из багажника.

— Слушаюсь!

Капитан полез в багажник. А майор тем временем объяснил Самокатову:

— Технические возможности органов безопасности несоизмеримы с потенциалом нечистой силы. Поэтому постоянно приходится самому что-то изобретать…

Кипятков вытащил из багажника «вампироискатель», очень похожий на миноискатель.

— Прошу, товарищ майор!

Нацепив

наушники, Гвоздь пошел по кладбищу, поводя «вампироискателем» над каждой могилой. Генка и капитан шли следом, с интересом наблюдая за действиями майора.

— Холодно, холодно, — бормотал в усы Гвоздь.

Пи-пи-пи… — запикало вдруг в наушниках.

— О! Уже теплее, — оживился майор и взял чуть влево.

Пиииииииииииии… — пошел сплошной писк.

— Горячо, — удовлетворенно произнес Гвоздь, держа «вампироискатель» над старинным надгробием.

Полустершаяся от времени надпись гласила:

ТАЙНЫЙ СОВЕТНИК

ПОРФИРИЙ ГАВРИЛОВИЧ АДУДАРОВ

1773–1830

— Геша, — позвал майор.

— Да, Петр Трофимыч?

— Будь другом, сгоняй за лопатой. Она в багажнике лежит.

Самокатов сгонял.

— Жора! — сказал Гвоздь.

— Я!

— Давай, разомнись маленько.

— Есть! — козырнул капитан и, поплевав на ладони, взялся за лопату.

Работа закипела.

Не прошло и получаса, как лопата ударилась о крышку гроба.

Тук-тук-тук, — постучал майор по крышке.

— Кто там? — раздался из гроба приглушенный женский голос.

— Пол Маккартни, — с усмешкой ответил Гвоздь. — Открывай, красотка.

Крышка открылась. В гробу лежала Нестерова. Лицо у нее было обычное. Никаких выпученных глаз и торчащих клыков.

— Попалась, которая кусалась, — сказал вампирше Гвоздь. — Вылезай, ты арестована.

— Вот опера гадские, — злобно процедила Нестерова. — Даже в гробу от вас покоя нет.

Вампирша вылезла, и Кипятков защелкнул у нее на запястьях наручники. Потом вампиршу посадили в машину и привезли в Большой дом.

С первых минут допроса стало ясно, что Нестерова — это не Купоросов.

— Я не буду отвечать на ваши вопросы, — надменно заявила она.

— Тогда распишитесь, что вы отказываетесь от дачи показаний, — подвинул к ней бумагу Кипятков.

Вампирша смахнула листок со стола.

— И подписывать ничего не стану!

— Так дело не пойдет, — осуждающе покачал головой Гвоздь.

В ответ Нестерова разразилась наглым смехом:

— Ха-ха-ха…

— Смеется тот, кто смеется последним, — напомнил ей майор.

— Ой, напугал, — продолжала хохотать Нестерова. — Да что вы мне сделаете, менты поганые?!

— Осиновый кол в сердце вобьем, — спокойно сказал Гвоздь. — Как в старину с вампирами поступали.

Хохот резко оборвался.

— Не имеете права! — взвизгнула вампирша. — Это не по закону!

— А если хочешь по закону, то отвечай на вопросы, — отрезал майор.

— Ладно уж, — нехотя согласилась Нестерова. — Задавайте свои дурацкие вопросы.

— Фамилия, имя, отчество, — начал вести протокол допроса Кипятков.