Отдать долги

Вахненко Елена Владимировна

Влада невольно передернуло от отвращения. Он почти маниакально обожал чистоту и аккуратность, и суровые спартанские условия последних недель только усилили эту тягу. Лицезреть столь наглядные признаки отсутствия условий для гигиены было ему физически больно. "Неужели и я скоро буду таким?" — с паникой подумал парень, на какую-то долю секунды позабыв о гораздо более насущной проблеме, заключавшейся как раз в обладателях гнилых зубов. И лишь тяжелое хриплое дыхание Кости, наверняка помнившего о грозящих неприятностях, вернуло юношу в реальность… какой бы неприглядной

она ни была.

— А ты, круглоглазый? — обратился к Косте крепыш. Тот отшатнулся. — Думаешь взять нас голыми руками?

— Да я ж мастер каратэ, обладатель черного пояса, — попробовал сострить Костя, тщетно силясь придать голосу привычный шутливый тон.

— В жизни не слыхал о такой борьбе как каратэ, — фыркнул рыжий и язвительно подначил: — Давай, давай, демонстрируй!

Они насмешливо смотрели на них, явно забавляясь, и Влад внезапно разозлился. Выступив вперед, он поудобнее перехватил меч и резко сказал:

— Думаете, я не смогу убить вас? Напрасно! Давно мечтал отрубить кому-нибудь голову!

Его угроза охотников не впечатлила. Высокий шагнул вперед, и взгляд его упал на эфес меча. В глазах браконьера вспыхнул откровенный испуг.

— Это ОН вам подарил? — выделив интонацией второе слово, прошептал охотник.

Его приятель, недоуменно покосившись в сторону напарника, тоже посмотрел на оружие в руках Влада и сдавленно охнул.

— Да, он! — громко произнес Влад. Плохо понимая, что именно так напугало закоренелых бандитов, он, однако, не собирался упускать подвернувшийся шанс выйти победителями из сомнительной переделки.

Рыжеволосый шумно сглотнул:

— Э… а кто он вам?

— Двоюродный дядя, — тут же вставил Костя.

Влад испытал страстное желание пнуть друга ногой: а вдруг эти типы прекрасно осведомлены о родственниках загадочного хозяина меча?! Но, увы, желание осталось нереализованным — его воплощение в жизнь только привлекло бы внимание к неправдоподобности версии о родстве.

Но браконьеры, наверное, знали Хуана немногим лучше самого Влада, и заявление Кости лишило их последних остатков храбрости.

— Лады, ребятки, мы просто шутили, ясненько? — заговорил, наконец, рыжий, все еще не в силах оторвать взгляд от меча. — Всего доброго!

Они поспешно скрылись среди деревьев. Костя судорожно вздохнул, казалось, он только что одолел марафонскую дистанцию.

— Слава богу, пронесло… — пробормотал он облегченно.

Его друг озадаченно обернулся к нему:

— Кто же такой этот Хуан?

— А кто его знает! Но нам надо убираться отсюда, — Костя, поежившись, тревожно огляделся. — А то если появятся саблезубые тигры или кто тут водится, плохо нам придется! Вряд ли здешних леопардов обеспокоит дядюшка Хуан, будь он трижды знаменит и опасен!

ХХХ

Минут тридцать спустя они вновь оказались высоко над землей, пересекая пространство на послушном шоколадно-коричневом скакуне. Влад уже немного привык к испытываемым при этом ощущениям: бьющему в лицо ветру, огромным крыльям, не позволяющим удобно устроиться на скользкой

спине животного, к ноющим коленям, которые из-за риска сверзиться с огромной высоты приходилось сжимать с максимальным напряжением. Более того — он научился получать своего рода удовольствие от полета: в крови бурлил адреналин, а оставленные на земле сложности и проблемы тут, в столь тесном соседстве с птицами, представлялись, по меньшей мере, смешными.

Минувшие полчаса друзья посвятили жаркому спору. Склонившись над картой, они пытались определить, в каком направлении следовать, и каждый из них считал собственную точку зрения единственно верной.

В конце концов, Влад уступил Косте, скрепя сердце согласившись, что у того имелось больше возможностей разобраться с картой. И теперь, пытаясь перекрыть вой ветра, он громко вещал на ухо приятелю:

— Убедишься сам — я прав! И придется возвращаться!

— Не придется, — беспечно отмахнулся Костя. — Я что, по-твоему, совсем идиот, и ты за четверть часа лучше понял карту, чем я за пару суток?

Влад хмыкнул, предусмотрительно воздерживаясь от каких-либо комментариев. Особо умным он своего товарища, по правде говоря, никогда не считал…

Продолжить дискуссию им не удалось — Влад ощутил, как мышцы Костиного тела внезапно напряглись, а мгновением позднее прозвучал и его голос с прорезавшейся тревогой:

— Это что такое?

Тотчас насторожившись (здесь стоило в любую секунду ожидать всяческих неприятностей), Влад вытянул шею, всматриваясь вдаль в поисках неведомой опасности. Полноценному обзору мешали крылья, скрывающие часть видимого пространства, и все-таки парню удалось заметить небольшое пятно, отпечатавшееся на небе у самого горизонта неровной чернильной кляксой.

— На тучу не похоже… — после недолгого раздумья хмуро признал Влад. — Быть может, такой же всадник, как и мы?

Костя нервно повел плечом — перспектива встретиться с незнакомым всадником его явно не воодушевила, да и сам Влад понимал: этим наездником вполне может быть Николя собственной персоной. Сжав зубы, юноша зло подумал: "В замок я не вернусь! Пусть хоть режет…"

Пятно, приближаясь к ним, постепенно принимало более четкую форму, и вскоре стало очевидным, что это вовсе не Николя… и даже не другой всадник. И, следует сказать, Влад предпочел бы увидеть заклятого врага.

— О Господи, это что, дракон?! — испуганно выдохнул Костя.

Влад в немом ужасе смотрел на увеличивающегося в размерах монстра, напоминающего гигантскую ящерицу — длиной метров десять, с кожистыми крыльями и гребнем из шипов на спине. Вот уже видны жемчужно-белые клыки в разинутой скалящейся пасти и солнечные блики на пронзительно-зеленой, словно лакированной, чешуе…

— Сворачивай, немедленно сворачивай! — хрипло заорал Влад, обретая дар речи. Липкий, унизительный, физически парализующий ужас затопил его сознание, не оставив места ни одной трезвой рациональной мысли, так что, по сути, винить друга в медлительности было несправедливо… но как не винить при таких-то обстоятельствах?!