Отчим в моей постели
Шрифт:
В это время в особняке уже тихо, Мила наверняка занята своими миллионными вечерними процедурами, прислуга ушла к себе, а вот о Лере я сказать ничего не могу. Эта язва может быть где угодно.
Захожу в дом и направляюсь к лестнице, собираясь принять душ и завалиться спать. Но не успеваю встать на первую ступеньку, как в меня на всей скорости влетает тонкая фигурка с белокурыми волосами. На мою грудь выливается что-то тёплое, а девчонка взвизгивает от испуга.
Отхожу на шаг назад и всматриваюсь в освещённое экраном телефона лицо. Большие глаза
– Решили напасть исподтишка? – спрашивает Лера.
Голос у неё дрожит, лицо бледное, но всё равно огрызается. Окинув её нейтральным взглядом, не смог не заметить очередной топ, только бледно розового цвета, и две горошины сосков, а ниже крошечную тряпку, что другие называют трусами. Ну отлично!
– Теперь ты вообще не одеваешься? – выгнув вопросительно бровь, стараюсь сделать вид, что меня никак не волнует её вид.
И кого я обмануть пытаюсь – себя или её?
Словно только опомнившись, она начинает хаотично махать руками, пытаясь прикрыться, но добивается только того, что расплескивает остатки молока себе на топ.
Чёртова девчонка!
Теперь, кроме горошин сосков, я вижу всю её налитую грудь через мокрую ткань. Раздавшийся скрип зубов оказывается моим, а сбившийся стук в ушах – мой пульс.
– Мой дом, как хочу, так и хожу, – сдавшись, она гордо поднимает голову, разворачивается на пятках и, виляя круглой, скрытой под хлопковыми совсем обычными трусами, задницей, идёт на кухню.
А я смотрю ей вслед и не могу оторвать взгляд от босых ног молочного цвета. На голове у неё какое-то гнездо, топ и трусы – проще и не придумаешь, ничего сексуального. Так какого хрена у меня стоит так, что хоть орехи колоть иди?
– Совсем охренел, Руслан! – ругаюсь себе под нос и, тряхнув головой, спешным шагом поднимаюсь по лестнице.
Дрянь! Уверен, она у окна сидела и поджидала меня, чтобы позлить. Язык бы ей отрезать за язвительность и по заднице надавать в воспитательных целях.
“Уверен, что в воспитательных?” – шепчет издевательский голос в голове.
Мне вот только этого не хватает для полного комплекта – стояка на свою падчерицу. Будущую, но не суть. Точно надо отправить её от греха подальше. От себя.
Были у меня, конечно, молодые особы, но они не входили в круг членов моей семьи. Мне было глубоко плевать, кто они и почему раздвигают ноги перед первым встречным. Сделал своё дело и через минуту забывал о них. А эта… чтоб её!
– Русик, ты уже вернулся, – мурлычет Мила, как только захожу в спальню.
– Руслан, и никак иначе, – сухо бросаю я и, скинув пиджак на кресло, направляюсь в ванную комнату.
– Ты опять злой, – надувает свои ботоксные губы моя будущая жена.
Скоро начнёт тошнить от этого факта.
– Хочешь, я тебе массаж сделаю? – плетётся за мной в ванную. – Ой, а что это? – тычет пальцем в пятно на груди.
– Ничего, – отвечаю и начинаю расстёгивать пуговицы
– Давай, я помогу, – не унимается Мила.
– Выйди, – скрипя зубами, говорю я.
– Что? – спрашивает и глазами своими хлопает. – Не хочешь массаж, давай приятно сделаю, – произносит это томным голосом и начинает опускаться на колени.
– Я могу помыться в тишине? – рычу на неё, схватив за плечи и подняв на уровне своего лица.
– Ладно, буду ждать тебя в спальне, – улыбается, и я её отпускаю. Никакой гордости в этой женщине.
Слышу щелчок двери и только после этого, скинув с себя всю одежду, залезаю в душевую кабинку. Стояка как и не было, и всё благодаря Миле.
На дочь встаёт, а на мать и не дёргается. Отлично!
Разница – как между небом и землёй. Может, она её удочерила? Ну как такое может быть? Лера, словно белая роза с шипами, а Мила… ну максимум на гвоздику потянет.
Ну совсем крыша течёт, Руслан, уже женщин с цветами сравниваешь.
– К чёрту! – ругнувшись, я впечатываю кулак в белый мрамор и включаю холодную воду, а остыв немного, быстро моюсь.
Не успеваю толком выйти из кабинки, как раздаётся женский крик на весь дом. Спешно намотав полотенце вокруг бёдер, выхожу из комнаты, хватаю из ящика с бельём пистолет и аккуратно открываю дверь спальни.
Глава 12
Лера
Услышав крик, я выбегаю из комнаты как ошпаренная, но у самой лестницы сама чуть не кричу, когда сталкиваюсь с полуобнажённым Русланом, у которого в руках пистолет, и вряд ли игрушечный.
– Тихо, – шепчет он одними губами и прикладывает указательный палец к своим губам. – Иди в свою комнату! – так же шёпотом приказывает он.
Я решительно мотаю головой и делаю шаг к лестнице. Но меня тут же хватают за запястье и, резко потянув, припечатывают носом в голую и твердую как камень грудь.
– Вернись к себе в комнату, – грозно шипит на меня, сдвинув брови к переносице, отчего его лицо кажется ещё более суровым.
– Нет, – шиплю ему в ответ и смотрю снизу вверх.
От него пахнет свежестью, дождём и немного табаком. Такой запоминающийся головокружительный запах, что я на секунду прикрываю глаза и глубоко вдыхаю. От мужчины несёт силой, холодом, и это при том, что тело у его горячее и влажное.
Мои руки покоятся на его груди, и чем дольше я прижата к нему, тем чаще бьётся его сердце. Слышу, как учащается его дыхание, и чувствую, как в мой живот упирается что-то твёрдое. Бросив быстрый взгляд на его руку, понимаю, что это не пистолет. Соски скрутились и моментально затвердели, как только пришло понимание, каким оружием он упирается в мой подрагивающий живот. Поднимаю глаза и смотрю в чёрные омуты. Тону в их темноте, на миг забывая, кто я, кто он, и что мы здесь делаем. Неосознанно царапаю его грудь короткими ногтями и облизываю пересохшие губы. От Руслана этот жест не скрывается, и я вижу, как судорожно дёргается его кадык.